Дорога на Аваллон - Антон Валерьевич Платов

а Рис пустился в пляс, будто бы под музыку, которую слышал сотни раз… Он уговорил Алуэллина идти вперёд с лошадьми, пообещав вскоре догнать его. Однако Алуэллин так водиночку и добрался до дому. На следующий день его обвинили в убийстве Риса и посадили в тюрьму. Но один "опытный в делах эльфов" фермер догадался, что же произошло на самом деле. Собрались несколько человек — среди них и рассказчик этой истории — и отправились вместе с Алуэллином на то место, где, по словам обвиняемого, исчез его спутник. Внезапно Алуэллин закричал: "Тише! Я слышу музыку, я слышу мелодичные арфы!"

Все прислушались, но никто ничего не услышал. Одна нога Алуэллина стояла на внешнем краю "волшебного кольца". Он предложил рассказчику поставить свою ногу на его, и тогда тот тоже услышал звуки арф и увидел маленьких человечков, танцевавших в кругу около шести метров в поперечнике. Затем каждый из пришедших проделал то же самое и тоже смог всё это наблюдать. Среди танцевавших маленьких эльфов оказался и Рис. Алуэллин поймал Риса за одежду, когда тот оказался поблизости, и вытолкнул его за пределы круга. Рис тотчас спросил: "А где же лошади?" — а затем попросил разрешения закончить танец, который, как ему казалось, не продолжался и пяти минут. И никто не мог убедить его в том, что прошло уже так много времени. После этого происшествия Рис стал печальным, заболел и вскоре умер…

Оба эти описания — сказочное и "бытовое", реальное — сходятся в тех деталях, которые имеют отношение к обстоятельствам общения с Волшебным Народом. Две важные детали сразу бросаются в глаза: во-первых, различия в восприятии времени непосредственным участником событий и остальными людьми (для Тафи и Риса проходят часы или минуты, для остального мира — годы или недели), а во-вторых, странные обстоятельства "возвращения" — Тафи "быстро ссохся, а потом рассыпался и превратился в горсть золы", а Рис "стал печальным, заболел и вскоре умер". Не правда ли, такое сочетание весьма напоминает обстоятельства путшествия Брана Благословенного, предание о котором на полтора тысячелетия старше только что приведённых отрывков. Действительно, вернувшись в Ирландию, Бран застал свою землю изменившейся так, будто прошли столетия; когда же один из его спутников коснулся земли нашего мира, он скончался столь же скоропостижно, как Тафи и Рис.

И тем не менее предание о Бране принципиально отличается от случаев с Тафи и Рисом. Ведь Бран был на Священных Островах Запада, а… где побывали Тафи и Рис?

Теперь, полагаю, становится понятным, почему события, подобные двум описанным, я назвал в начале этого раздела "пограничными": налицо явные признаки Перехода, но прямой Переход так и не совершается, действующие лица так и не попадают в Волшебную Страну и остаются где-то на границе. Где именно — Бог весть…

К слову, подобные "пограничные инциденты" далеко не всегда заканчиваются столь печально — собственно говоря, так же, как и возвращение из Волшебной Страны. Упомянутый спутник Брана погиб, но король Кормак и Томас Стихотворец не только выжили, вернувшись оттуда, но и здравствовали долгие годы. Вот ещё один рассказ о "пограничном инциденте”, не столь печальный, как предыдущие[39].

Однажды один человек, живший в Истрадфинлайсе, в Бреднокшире (Уэльс), отправился взглянуть на своих коров и овец, которые паслись на горе, и исчез. После трёх недель тщетных поисков, когда жена уже свыклась с мыслью о смерти мужа, он вернулся домой. Жена спросила его, где он был все эти три недели. "Три недели? Ты три часа приняла за три недели?" — воскликнул он.

По настоянию супруги он рассказал ей, что играл на флейте (обычно он брал её с собой на гору) в Ллорфе, местечке близ Ван-Пула, как вдруг его окружили маленькие существа, похожие на людей и, мало-помалу сужая круг, подошли к нему вплотную. Они пели и плясали и произвели на него такое впечатление, что он совсем растерялся. Они предложили ему несколько маленьких лепёшек, и он съел их; никогда в жизни он не испытывал такого удовольствия от еды…

Думается, на этом можно прервать наш краткий обзор описаний "пограничных инцидентов" — преданий и записей, подобных трём приведённым выше, великое множество, и все они весьма сходны.

Одновременно подходит к концу и обзор свидетельств о Переходе. Мы рассмотрели немало примеров, и следующая наша задача — проанализировать их и найти в них нечто общее. Нечто такое, что смогло бы стать для нас своего рода "поисковым признаком" Дороги в Волшебную Страну…

4

ТРИЛИСТНИК ДОРОГИ

Магия — это искусство оказаться в нужном месте в нужное время в нужном состоянии сознания…

Народная мудрость

Древние кельты Уэльса поклонялись богине Дороги. Имя её — Олвэн. Там, где ступает её нога, расцветают трилистники, белым своим цветом отмечая тропу богини…

…Работая над поисками Дороги в Волшебную Страну, я встретил такой трилистник, оставленный лёгкой ногой богини Олвэн. Три фактора Перехода — как три лепестка трилистника — отмечают Дорогу: деформация времени, деформация пространства и деформация состояния сознания…[40]

Деформация времени

Пожалуй, из трёх названных признаков близости Перехода деформация времени больше других бросается в глаза. Как верно отмечали многие исследователи, путешествие в Волшебную Страну в этом отношении весьма напоминает путешествие со скоростью, приближающуюся к скорости света. Вытекающий из специальной теории относительности факт, что ход времени в двух системах отсчёта, движущихся друг относительно друга, должен быть различен, уже послужил основой для массы фантастических произведений: герой-космонавт оставляет Землю ради далёких звёзд, а вернувшись после нескольких лет полёта домой, застаёт дожидающуюся его невесту дряхлой старушкой. Действительно, сходство описаний деформации времени при Переходе и релятивистского эффекта "замедления времени" поразительно, что дало повод некоторым уфологам трактовать древние свидетельства о Переходе, как описания космических путешествий наших предков. Оставляю это более чем смелое предположение без комментария, лишь напомню, что деформация времени не только сопровождает прямой Переход, но и сопутствует "пограничным инцидентам", где ни о каких путешествиях нет и речи.

Любопытно, что о связи переходных явлений с деформацией времени знали не только наши предки-индоевропейцы. Вот, например, знаменитая история о Ван Цзы — одном из даосских святых.

Как-то раз, когда Ван Цзы бродил по горам Ку Чоу в поисках хвороста, он наткнулся на пещеру, где несколько старцев играли в шахматы. Он бросил топор и подошёл посмотреть на игру. Один из старцев дал ему что-то вроде финиковой косточки и велел положить её в рот. Как только он сделал это, жажда