Лекарь из Пустоты. Книга 9 - Александр Майерс

— Секунду, ваша светлость, — ответили на той стороне.

Через полминуты в трубке раздался другой голос:

— Говорит майор Плахов. Здравия желаю, ваша светлость. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, майор! Не буду тратить ваше время, дело государственной важности и не терпит отлагательств, — Аристов посмотрел на Юрасова и подмигнул. — Нам нужно срочно встретиться. Кажется, я знаю, кто организовал этот чудовищный пожар в тайге…

Российская империя, город Санкт-Петербург

Петербургский ветер трепал флаги с гербом рода Серебровых, установленные перед парадным входом моей новой клиники. Несмотря на холод, перед сверкающим стеклом и полированным камнем зданием собралась внушительная толпа. Вспышки фотокамер репортёров из ведущих имперских изданий слепили, а гул голосов заглушал даже шум проезжающих по проспекту автомобилей.

Сегодня мы открывали первый корпус инновационной реабилитационной клиники «Ренессанс».

Я стоял на небольшом возвышении у красной ленты, оглядывая собравшихся. Это был не просто запуск очередного медицинского центра — это была громкая политическая и социальная заявка.

Всё произошло удивительно быстро — князь Бархатов значительно ускорил все бюрократические процедуры и договорился с людьми из Минздрава. Альберт нашёл подходящее помещение, где даже не потребовалось делать ремонт, только немного обновить фасад и завезти всё необходимое.

Целители, часть из которых тоже помог найти Бархатов, прошли ускоренное обучение в немецкой клинике фон Штерна. Суммарно прошло меньше месяца, и вот — мы уже открываем клинику.

Рядом со мной, светясь от счастья и гордости, стоял барон фон Штерн. Для него этот день был не меньшим триумфом, чем для меня. Первая клиника в Российской империи! Пусть её и будет контролировать корона, для Вильгельма это всё равно очень много значило.

Среди почетных гостей в первых рядах стояли люди, чье присутствие придавало мероприятию особый вес. Представитель императора, чиновник в расшитом золотом мундире, благосклонно кивал, слушая мою приветственную речь.

Неподалёку расположились князь Бархатов и несколько магистров из Гильдии, заместитель министра здравоохранения, а также более близкие мне люди — барон Мещеринов и та троица, которая должна была стать основой медицинского объединения. Лебедев, Рагозина и Оболенский, судя по лицам, были рады открытию клиники не меньше меня.

Но главными на этом празднике были первые пациенты клиники. Для них мы выделили специальную ложу. Это были боевые офицеры, получившие тяжёлые травмы в горячих точках. Был среди них и один маг с полностью разорванными энергетическими каналами — травма, которая в обычной клинике считалась приговором. Сегодня «Ренессанс» давал ему и всем остальным шанс на новую, полноценную жизнь.

Под аплодисменты толпы мы с фон Штерном перерезали красную ленту.

Официальная часть плавно перетекла в роскошный фуршет в главном холле клиники. Я принимал поздравления, пожимал руки и обменивался дежурными любезностями, пока сквозь толпу гостей ко мне не приблизился Михаил Андреевич.

— Мои искренние поздравления, Юрий Дмитриевич, — князь Бархатов слегка поднял бокал с шампанским, останавливаясь напротив меня.

— Благодарю, ваша светлость. Без вашей помощи всё бы не получилось так быстро.

— Ну что вы, я не так много сделал… А вот открытие прошло просто чудесно!

— Благодарю, Михаил Андреевич. Но мы оба знаем, что без вашей поддержки на предварительном этапе, это здание до сих пор стояло бы пустым. Ваше содействие было неоценимым.

— Рад слышать, что вы это понимаете, граф, — Бархатов чуть прищурился. — И, полагаю, вы так же хорошо помните о нашем маленьком джентльменском соглашении?

Разумеется, я помнил. Помощь патриарха Гильдии целителей не бывает бесплатной. За зелёный свет для «Ренессанса» я обязался брать троих пациентов в год на личное лечение.

— Конечно, князь. Три пациента в год, которыми я буду заниматься лично. Но, как мы и договаривались, окончательное решение о том, браться за случай или нет, остаётся за мной.

— Я тоже прекрасно помню условия, Юрий… Именно поэтому я подошел к вам сегодня. Первый пациент уже ждёт вашего решения, — улыбнулся князь.

— Внимательно слушаю, Михаил Андреевич. Что за пациент?

— Его зовут Виктор. Очень талантливый маг-артефактор, из тех, кого называют самородками. Несколько месяцев назад он работал над новым проектом в своей лаборатории, пытался создать какой-то нестандартный артефакт, что-то связанное с более эффективным накоплением маны… Короче говоря, эксперимент не удался. Энергетический резонанс привел к взрыву, который ударил прямо по ауре несчастного Виктора.

— Выгорание каналов? — уточнил я. — С этим наши лекари справятся и без моего личного вмешательства.

— Если бы всё было так просто, Юра, я бы к тебе не обращался. Взрыв не повредил его каналы, он исказил сам дар Виктора. Причем самым парадоксальным образом. Когда я услышал подробности, то далеко не сразу поверил, — князь сделал глоток шампанского, наслаждаясь моим интересом.

Я молчал, ожидая продолжения. Михаил Андреевич взглянул на меня с оттенком обиды.

— Так и не спросишь, что там за случай?

— А без моего вопроса вы не расскажете?

— Юра, Юра, — князь покачал головой. — Зачем ты действуешь на нервы старику? Ладно, слушай. Виктор больше не может создавать артефакты. Стоит ему попытаться сформировать простейшее заклинание своей школы, как оно мгновенно рассыпается. Но… он случайно обнаружил в себе способности к исцелению.

— К исцелению? — я приподнял брови.

Это было что-то невообразимое. Крайне редко встречались маги, которые обладали двумя дарами. Довольно многие могли выучить базовые заклинания из других школ — особенно хорошо с этим справлялись боевые маги благодаря большому резервуару маны.

Но чтобы дар кардинально менял направленность — о таком я никогда не слышал.

— Ты не ослышался, Юрий. Артефактор внезапно стал целителем. Как тебе? — усмехнулся Бархатов.

— Трудно поверить.

— Согласен, но это правда. А проблема в том, что Виктор совершенно не может управлять своими новыми способностями. Его аура теперь ведет себя крайне непредсказуемо. Лучшие магистры нашей Гильдии разводят руками. И поэтому я обращаюсь к тебе.

Бархатов хитро улыбнулся и спросил:

— Ну что, граф Серебров, как вам такой пациент?

Глава 6

Российская империя, город Санкт-Петербург

Сказать, что рассказ Бархатова меня удивил — значит ничего не сказать. Я повидал немало странностей, но чтобы дар полностью сменил свою полярность? Это противоречило всем фундаментальным законам магии, которые преподавались в имперских академиях.

— Признаюсь, Михаил Андреевич, вы умеете заинтриговать, — произнёс я, задумчиво вращая бокал с шампанским в руке. — Звучит как нечто из разряда сказок. Но