Redrum 2017 - Евгений Олегович Шиков

— Я бы не стала.

— Хотя, если это кальмары такие…

— Если я узнаю, что это, обязательно тебе скажу, — пообещала Нина.

— Окей, договорились. Ну, не буду мешать. Мне ещё газон вокруг универа от них очистить надо. До нас бригады дворницкие, похоже, не скоро доберутся.

— Давай, Толя.

Когда лаборант вышел, Нина полистала страницы браузера, но ничего похожего на то, что лежало в пакете и в ведре, не нашла. Нет, видимо, подобных существ наука до сих пор не знала. Сердце забилось в предвкушении: неужели ей выпал шанс первой описать новый вид? Не понятно, конечно, откуда он взялся, но шторм чего только не приносит.

Нина достала одно из существ и разложила на столе. Включила лампу. Под тонкой прозрачной кожей виднелась кровеносная система; из скелета, кажется, имелась только небольшая кость в передней (Или задней?) части тела. Она смахивала на полумесяц и, скорее всего, защищала какой-то важный орган. Интересно, почему все существа умерли. Задохнулись? Нина приподняла щупальце пинцетом и рассмотрела ряд круглых отверстий. Почти как у миноги… Должно быть, через них моллюск дышал.

Нина сфотографировала особь и скопировала снимки в компьютер. Придётся поискать по изображению, но почему-то ей казалось, что и на этот раз запрос окажется неудачным. В принципе, это неплохо. Для неё, как для учёного, даже хорошо. Просто здорово, если подумать!

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Погода, судя по всему, решила преподнести жителям города ещё один сюрприз: за окном стремительно темнело, со стороны моря наползали тёмные, тяжёлые тучи. Зато поднявшийся после шести солёный ветер унёс почти всю вонь и теперь трепал верхушки кипарисов, палатки на базарной площади и сложенные огромными сморчками уличные зонтики.

— Будет дождь, — проговорил, глядя в окно, Леонид Андреевич. — И слава Богу. Хотя этих осьминогов и убрали, после них осталась какая-то слизь, что ли.

— За ночь всё смоется, — сказала Нина.

— Ты выяснила, что это за твари?

Антон ужинал молча, переводя взгляд с одного родителя на другого. Он редко участвовал в общем разговоре: отец этого почему-то не любил. Мог и прикрикнуть: мол, не лезь, когда мамка с папкой беседуют. Из-за этого за столом Антон чувствовал себя немного напряжённо, хотя давно привык есть молча.

— Нет, — сказала Нина, докладывая себе салат. — Целый день провозилась, всё перелопатила. Похоже, такие моллюски до сих пор науке не известны.

Леонид Андреевич хмыкнул.

— Надо же! Значит, тебе повезло?

— Получается, да. Главное успеть их описать и классифицировать.

— Назови их своим именем, — посоветовал Леонид Андреевич. — У вас, учёных, вроде, так принято.

— Может быть, может быть. Посмотрим. Антон, тебе положить?

— Нет, спасибо.

Налетел порыв ветра и толкнул приоткрытую створку окна. Рама стукнулась об откос, стекло зазвенело. Откуда-то издалека донёсся протяжный крик. А может, обрывок песни: по вечерам пьяные часто горланили, что в голову придет.

— Чёрт! — Леонид Андреевич вскочил, чтоб захлопнуть окно. — Так у тебя есть предположения, что это за диковина-то? — спросил он, вернувшись за стол. — Классифицировала ты этих тварей?

— Ну, отчасти, — ответила Нина. Она не знала, как объяснить мужу так, чтоб он понял. — В общем, это явно моллюски, головоногие. Однако у них наблюдается ряд существенных отличий от уже изученных классов.

— Например? — спросил, не выдержав, Антон и тут же с опаской взглянул на отца, но тот лишь усмехнулся.

— Погоди, — проговорил он, — ты, Нин, самое главное скажи: есть-то их можно? — Леонид Андреевич подмигнул Антону, давая понять, что шутит.

— Я не токсиколог, так что не могу судить, — ответила Нина. — Вполне возможно, однако я бы не стала, пока не будут проведены все исследования.

Леонид Андреевич отложил вилку и слегка отодвинул пустую тарелку. Теперь можно было говорить свободно, и Антон тут же выпалил:

— Я видел, как Валера жарил одного на вертеле у себя во дворе. Думаю, он его съел.

— И зря, — сказала Нина. — Морские существа, даже самые безопасные на вид, бывают смертельно ядовиты. Взять хотя бы…

— Погоди, Нин, не сгущай краски. В конце концов, если завтра утром Валерка будет ещё жив, тебе не придётся выяснять, ядовиты эти твари или нет, — Леонид Андреевич снова подмигнул Антону. Тот в ответ улыбнулся.

— Ха-ха, — сказала Нина с сарказмом. — Не удивлюсь, если завтра полгорода не сможет встать с кроватей. Наверняка не один этот дурачок додумался отведать тухлятины.

Валера считался местной достопримечательностью: жил в полуразвалившемся доме на окраине, не работал и, как умудрялся существовать, не известно. В любую погоду он ходил в джинсах и потёртой куртке, блаженно улыбался и бормотал цитаты из библии. В церковь, правда, не заглядывал — только, бывало, летом, когда город наводняли туристы, садился у паперти и просил милостыню. Местные нищие-попрошайки его не гоняли: боялись. Поговаривали, что он настоящий юродивый. Другие, правда, утверждали, что дурачок колдун и, если обидеть, может навлечь беду. В общем, Валеру старались не трогать.

— Мам, а чем всё-таки эти моллюски отличаются от остальных? — спросил Антон.

Леонид Андреевич крякнул и встал.

— Покурю, — сказал он, выходя. — Я в этих ваших учёных беседах всё равно ничего не понимаю.

— У них очень слабые двигательные мышцы, — ответила Нина сыну. — И форма тела… как бы это сказать… не торпедообразная, словом. Головоногие — хищники и должны уметь быстро передвигаться, а эти особи, похоже, способны только едва шевелиться. Кроме того, не представляю, какую добычу они могут удержать своими тонкими, слабенькими щупальцами. Разве что мёртвую, — Нина усмехнулась: эта мысль только что пришла ей в голову.

— Может, они падальщики? — предположил Антон.

— Знаешь, я думаю, скорее, паразиты. Вроде рыбы-прилипалы.

— У них есть присоски?

— Одна, и довольно мощная. Да, они, действительно, могут питаться останками пищи, — Нина задумалась, поставив локти на стол.

Тёмное небо за окном вдруг разразилось ливнем. Крупные капли забарабанили по стеклу, поползли по нему юркими, извивающимися щупальцами.

— Интересно, к кому они прикрепляются, — негромко проговорила Нина, глядя в пустую тарелку. — Особи крупные, им требуется носитель соответствующего…

— Ну и дождь! — Леонид Андреевич ворвался в комнату шумно, весело отдуваясь и вытирая ладонью мокрые волосы. — Не докурил даже, пришлось сигарету выбросить. Надо было на крылечке постоять, а я решил до калитки прогуляться, так еле добежал, — он плюхнулся на стул. — Что обсуждаем?

— Мама говорит, что эти моллюски вроде рыб-прилипал.

— Серьёзно? Что-то такое я читал в детстве. Кажется, у Жюля Верна. Этих рыб используют для охоты на черепах, да?

— Ага, привязывают к верёвке и бросают в море, — кивнул Антон. — Они присасываются к черепахе, и…

— Точно-точно! — Леонид