Отцы - Антон Гау

– Послушай, мама, вот давай только про это не будем.

– Ну конечно, чуть что, сразу затыкать матери рот. На вот, горяченькие, сейчас я тебе сметанкой приправлю.

– Мама, ты же знаешь, я не люблю со сметаной.

– Нет, надо со сметанкой, Кирюша. Я вчера по телевизору такую передачу смотрела, сметана нужна непременно в рационе. В твоём возрасте нужно получать все необходимые микроэлементы. Вон, Вадим Сергеич, сорок пять лет мужчине было, и раз! – инфаркт миокарда. А всё почему – всю жизнь бобылём пробегал, какие же нервы это выдержат.

– О, со сметанкой! – в кухню влетела Оля, поцеловала бабусю в лоб, шлепнулась на табуретку и принялась уплетать сырники, макая их в сметану.

– Ладно, я в ванную, – Кирилл зашаркал найденными наконец тапками по линолеуму.

– Не шаркай, Кирюша, что ты как старик. И спину выпрями, какая на тебя такого позарится. Ой, сил моих уже… Давай, Олечка, золотце моё, кушай, будешь ты у меня лучше всех. Все женихи будут твои.

Кирилл повернулся было, чтобы сказать что-то в ответ на слова матери, однако но его запала хватило лишь на то, чтобы изо всех сил дернуть дверь ванной, но в последнюю секунду поймать её и плотно, беззвучно прикрыть.

– Ну что, Кирюнь, когда ванная освободится? – в дверь забарабанил глава семейства Евгений Владимирович.

– Пап, ну только вошёл! – раздалось из-за двери приглушенное раздражение Кирилла.

– Ладно, не размывайся там, на работу опоздаешь, – Евгений Владимирович развернулся, но через секунду, хитро улыбнувшись, снова постучал костяшками в дверь, прислушиваясь к раздававшимся оттуда звукам: – Слушай, сынок, тут это… Люська опять звонила, ну, бухгалтер с завода нашего, Людмила… я говорил тебе, помнишь?

– Ну допустим, – не без некоторой паузы прилетело из-за двери.

– Ну и?

– Пап, что «ну и»?

– Звонил ты ей хотя бы?

– Па, давай уже закончим такие разговоры, – шум воды прекратился, – тем более, что на это имя у меня аллергия. И я не люблю точные науки и всякие цифры.

– Эх, Кирилл, такая баба пропадает. И чего тебе в этой жизни надо? Пойду, может, сырничка съем, – и отец пошёл на кухню, картинно махнув рукой.

Зайдя на кухню, патриарх семейства Лавровых потрепал Олю по тщательно уложенным волосам.

– Ну де-е-д! Не порть причёску!

– Ничего, внучка, молодец ты у нас, кушай, кушай. Как же нам женить твоего папку-то?

– А зачем его женить, – подняла глаза Оля, – ему и так нормально.

– Ну, поговори мне тут, – с деланным недовольством сказала бабушка, – от горшка два вершка, а туда же.

Кирилл вошёл на кухню, уже одетый для выхода на работу, в тёмном галстуке и полинявшей от частых стирок рубашке в крупную синеватую клетку.

Мать окинула Кирилла взглядом через плечо и вздохнула:

– Ох, сыночка, какой же ты у меня… Ну рубашку-то я тебе новую дарила, чего ж ты её не носишь?

– Мам, нормальная у меня рубашка, ей сносу нет. А твою я на день учителя берегу.

– Когда этот день учителя будет? Вон, уже пятнадцать лет бобылём ходишь, пора уже… Может, тебе работу сменить? В администрации у меня знакомая работает, можно туда тебя пристроить. А что? Хорошо. Там много новых людей, вольешься в коллектив, тоже полезно для создания семьи.

– Ну зачем мне это, ма? Я работаю на своём месте.

– Что это за место такое? Что ты на нём имеешь? Вон, декан ваш новый, говорят, уже и квартирой обзавёлся, а у тебя ни зарплаты нормальной, ни повышений, крутиться не умеешь, варишься в своём соку.

– Ладно, мать, не дави на него, дай поесть спокойно, он взрослый, сам разберётся, – сказал отец Кирилла, – а вот Люська, бухгалтерша-то наша, машину купила. Иномарку. Вот баба так баба. С такой не пропадёшь.

– Может хватит мне уже мачеху подбирать, вы бы для начала со мной посоветовались, – Оля положила вилку на свою пустую тарелку. – Мне и так тут непросто живётся. Ну ладно, пойду собираться.

– Вот видишь, сын, ребёнок страдает, – аппетитно пережёвывая сырник, заметил Евгений Владимирович. – Всё у тебя как-то нескладно получается. Ты вот точные науки, цифры, говоришь, не любишь, а как тебе такая простая задачка: папа + мама + дети = семья? Если исключить хотя бы один элемент, то тождество разрушится, это я тебе как инженер говорю.

– Папа, не приставай ко мне с утра со своими пазлами, – сказал Кирилл, соскабливая с сырника слой сметаны в аккуратно сформированную горку на краю тарелки.

– Пазлами? Я тебя специально по-позлить хочу, чтобы ты думать начал о себе и о дочери, – парировал Евгений Владимирович, с добродушной улыбкой отхлёбывая чай.

Кирилл наскоро проглотил сырник, резко встал и, опершись двумя руками на кухонный стол, произнёс:

– Мама и папа. Если вы будете пилить меня так каждый день, то рано или поздно распилите. В общем, так. Вы прекращаете ежедневный галдёж, а я вам гарантирую кардинальные изменения в своей жизни в течение этого месяца.

Опешившие родители замерли, словно в поставленном на паузу видео. Мама стояла, ухватившись за поднятую над огнём сковороду обеими руками и круглыми глазами смотрела на Кирилла. Евгений Владимирович открыл рот и, забывшись, положил чайную ложку сметаны не на румяные сырники, а прямо себе в чай.

Кирилл оглядел присутствующих, выключил в себе режим заведующего кафедрой и мягким, примирительным голосом добавил:

– Ладно, я побежал, – повернулся и вышел в коридор.

Послышалось шуршание плаща, хаотичная чечётка ботинок по рассохшемуся паркету прихожей и мягкий чмок закрывающейся входной двери.

– Да, мать, довели мы с тобой мужика, – Евгений Владимирович отодвинул от себя кружку с испорченным чаем.

Таисия Михайловна молчала, всё также удерживая пустую сковородку над огнём.

Глава 4 Рыба

В дверь квартиры настойчиво позвонили. И тут же, как будто ставя восклицательный знак после вопросительного, позвонили второй раз. Саша, сын Олега был дома один. «Кого там принесло?» – подумал он, нехотя поставил «Guns of War» на паузу, сохранился, снял наушники и поплелся ко входной двери. Звонок всё не унимался. «Отец, что ли, ключи забыл?»

Саша откинул свою длинную челку назад и посмотрел в глазок. Незнакомый человек в костюме.

– Кто там?

– К Олегу.

Саша щелкнул замком и приоткрыл дверь.

– Его дома нет.

– О, привет, Саня, – незнакомец расплылся в улыбке, словно и не думал реагировать на факт отсутствия отца.

– Здравствуйте…

– Ну, ты и вырос. А мы с твоим отцом в школе учились. Я, правда, потом по научной стезе пошел, – человек усмехнулся и как бы виновато развел руками, – в университете сейчас преподаю.

Действительно, незнакомец мало походил на кого-либо из