Заберу твою жену - Мария Сергеевна Коваленко

Как выяснилось, у ублюдка была отличная крыша в органах и среди столичной мафии. Его покрывали на самом высоком уровне. А еще именно эта гнида много лет назад, будучи молодым и зеленым, выполнила заказ на убийство мамы.

В воспоминаниях о маме я не замечаю, как проезжаем половину Москвы и сворачиваем к элитной новостройке, где я полгода назад купил квартиру.

Коля ювелирно паркуется на подземном паркинге и, проверив коридор, разрешает мне выйти.

***

Квартира встречает приглушенным светом и полной тишиной. Сейчас это то, что мне нужно.

Отключив мобильный, я иду в душ. Снимаю с себя одежду. Помыв руки, осторожно вынимаю из глаз линзы.

Они почти такого же цвета, как и мои глаза. Зеленые, всего на пару тонов темнее.

Когда-то я хотел заменить их на голубые или серые. Планировал зачистить все следы Германа Боровского. Но собственное отражение в зеркале сыграло со мной злую шутку.

Оказалось, можно легко привыкнуть к новому лицу, не так уж сложно смириться со шрамами на теле, а вот глаза... Новый цвет менял гораздо больше, чем изменил пластический хирург.

Цвет перестраивал что-то внутри. Он словно окончательно обнулял меня прежнего.

С ним я не узнавал себя, а извилинам становилось совсем хреново. Чтобы не слететь с катушек, пришлось остановиться на серо-зеленом и на всякий случай довести новую биографию до идеала.

Ювелир и люди отца потратили на это целый год – «вырастили» успешного бизнесмена Глеба Аристархова с самых пеленок.

Нашли детский сад и школу. Организовали мне институт и стажировку за границей. «Завели» одноклассников, однокурсников и любовниц, способных подтвердить каждую нашу встречу и показать подаренные мною презенты.

Для пущей убедительности в моем личном деле появилась даже парочка административных статей. Ничего серьезного, но с ними я уже не тянул на статус святого.

После такой подготовки у Мансурова не было ни одного шанса выяснить настоящее прошлое своего нового партнера.

До встречи с Катей мы были уверены, что нет силы на земле, которая сможет вскрыть правду.

- Вообще нет! – усмехаюсь я, вспоминая уверенность во взгляде девчонки и ее хриплое «Герман» сегодня в гостиной.

- Сам с собой разговариваешь? Симптом! – Открыв дверь, у порога улыбается Полина.

- Что-то ты быстро. – Смотрю на часы. – Я только душ успел принять.

- Слушай, ну Мансурову за пятьдесят. Куда ему долгие скачки?

Полина сбрасывает обувь и, не спрашивая разрешения, идет в сторону гостевого санузла.

- Он тебя помыться не пустил?

Иду следом. Никакого интимного интереса. Мне нужно лично убедиться, что моя помощница в порядке, и нам не нужно сейчас ехать в больницу.

- Я приняла душ, но, пожалуй, схожу еще раз. Можешь считать, что это острый приступ брезгливости.

Она сбрасывает на пол платье. Распускает волосы. И поворачивается ко мне передом.

- Ты точно в порядке? – Замечаю небольшой синяк над грудью и красный отпечаток на бедре.

От злости зубы сжимаются так сильно, что кажется, вот-вот раскрошатся на мелкие осколки.

- Мансуров моральный урод, но со мной притормаживал себя. Подозреваю, если бы не ты, меня нашли бы где-нибудь на окраине... дня через три.

- Врача вызвать? Он здесь осмотрит. Без больниц и поездок.

- Я выбираю бокал коньяка и пенную ванну. – Полина передергивает плечами.

- Считай, что коньяк уже здесь.

Осмотрев помощницу еще и сзади, я иду на кухню и беру из бара бутылку ее любимого Мерлета.

- Ты в курсе, что такую вкуснятину грех пить из горлышка? – Полина сама забирает у меня из рук коньяк и делает первый глоток.

- С бокалом в воде небезопасно. – Сажусь на край ванны. – Рассказывай.

______________ * Подробнее об этих событиях можно прочитать в романе "Не борись со мной, малышка" (остросюжетный любовный роман, 18+)

Глава 18

Глава 18

Герман

- Пока информации не так уж много. Наш общий друг не слишком болтлив. Но через пару дней мы снова встречаемся. Постараюсь выяснить больше.

- А прослушка? Удалось поставить?

- Да, Ювелир уже разминает уши. Сказал, что слышимость ужасная. У Мансурова, похоже, стоит какая-то глушилка. Из-за нее у них весь дом без связи.

Теперь я понимаю, почему смог дозвониться до партнера только на улице.

Паранойя старого козла превышает все мыслимые и немыслимые пределы. Охране дома наверняка нелегко работать в таких условиях. Впрочем, для моей команды это лишь на руку. Когда начнется штурм, глушилка будет нам в помощь.

- Ювелир справится. Он такое раньше обходил. Оборудование у него есть.

Пока лечение душевных ран не превратилось в попойку, я забираю у Полины коньяк и добавляю в ванну горячей воды.

- Надеюсь. – Грустно вздыхает помощница. - Второй раз я рисковать не хочу. Этот мудак контролирует каждое движение. Чтобы засунуть жучок за спинку кровати, мне пришлось дотрахать его до предынфарктного состояния.

- Ясно. Больше не рискуй.

Детали решаю не расспрашивать. Хватает рассказов парочки девиц, побывавших в его постели до Полины. Ничего хорошего или приятного там не было.

- Спасибо, благодетель.

- Что так узнала?

- Первое. У него конкретные проблемы с головой! Мансуров помешан на здоровье. Даже во время секса он измеряет свой пульс. И в перерывах хлещет какую-то вонючую бурду.

Здесь ничего нового. Мои люди еще полгода назад нашли знахаря, который готовит лечебные коктейли для московского клиента.

После небольшой обработки мужик согласился сотрудничать. И при необходимости сможет смешать коктейль с особенными свойствами.

- А второе?

- Его финансовые проблемы гораздо серьезнее, чем мы предполагали.

- В чем это выражается?

- Помнишь две картины, которыми он хвалился во время прошлогоднего интервью?

- Да. Какой-то французский авангардист.

Я, кажется, понимаю, о чем говорит Полина.

Картины висели в спальне Мансурова. Для них были сделаны специальные рамы с независимой системой безопасности. А их общая стоимость превышала стоимость дома.

- Сейчас картин нет. В рамах висит какая-то дешевая мазня.

- Может, спрятал?

- Тогда прятал бы вместе с рамами. Они тоже обошлись недешево. Швейцарские мастера делали их по индивидуальному заказу.

- Логично.

Мысленно помечаю себе выяснить судьбу картин.

- Еще что-то есть?

- Да, забыла сказать главное! Ты ему нравишься.

- И почему мне не нравится, как это звучит?

- Фу! Пошляк! – морщит свой красивый нос Полина. - Не в том смысле!

- А другом ему могут нравиться только