Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

– Друзья ничего не таят друг от друга. Вы не первый день в нашем доме, но еще ни разу ни с кем не откровенничали. А ведь если человек никому не открывает своих мыслей, то и с ним никто не делится сокровенным!

Лотос робко ответила:

– Нрав у меня такой, стеснительный, и я не умею раскрывать душу в словах. Но сегодня у меня на сердце так хорошо, и я всех вас так люблю, поэтому хочу спеть вам – порадовать музыкой госпожу Сюй и поведать вам свои мысли!

Фея не знала, что Лотос умеет играть и петь, и очень обрадовалась, услышав ее слова.

– А какие песни вы любите?

– Ну какие песни могут быть у варваров? – ответила Лотос. – Я знаю всего двадцать пять мелодий, а играю на лютне супруги императора Шуня, которая утонула в реке Сян. Эту лютню как-то вынесла на наш берег волна реки Луцзян, которая через озеро Дунтин связана с реками Сяо и Сян.

Фея велела Су-цин принести лютню. Лотос склонила голову, тронула яшмовой рукой струны и запела:

Не растет трава по земле,

Ходят в море высокие волны —

То под сводом огненных туч

Бьются чудища насмерть.

С края неба Серебряный Ковш,

Там живет государь-владыка:

Впереди Ковша – Красный Барс,

Сзади – Белый Дракон.

Кончив первую песню, Лотос тут же начала вторую:

На охоте Огненный князь,

Кони варваров ржут.

Но не весело мне —

Сердце мучает страх.

Третья ее песня звучала так:

Вот и ветер осенний подул,

В путь далекий пустился гусь.

Полететь бы в Большую страну,

Да родителей жаль!

Не забыть им свое дитя,

Но дитя не вернется к ним —

Станет где-то жить-поживать!

Лотос кончила петь свои тревожные и печальные песни, которые тронули всех.

Сдерживая рыдания, Фея взяла девушку за руку.

– Парча в западных землях прекраснее шелка, павлин в южных краях – первая птица. Так и ваши песни! Как научились вы трогать своим искусством сердца?!

Она попросила служанок принести цитру и сыграла для Лотос мелодию «Дар», сочиненную Чжун Цзы-ци. Музыка была такой веселой, что все отвлеклись от грустных мыслей и забыли о мирских заботах. Тут Хун взяла яшмовую флейту и заиграла задорную песню «Плыву на лодочке в море», все подхватили, и скоро даже тени печали не осталось на лицах пирующих. До заката, пока солнце не скрылось на западе за горами и не опустилась на цветы тень, князь и его подруги услаждали себя вином и музыкой. На нефритовом лице князя расцвела весна, луноликие девы своей красотой превзошли цветы, чистые звуки флейты лились согласно со звонкими аккордами лютни!

Но пришла ночь, и кончился пир. Госпожа Сюй поблагодарила невесток:

– Вы доставили мне сегодня огромное удовольствие!

Когда все разошлись по своим комнатам, госпожа Сюй обратилась к сыну:

– Наконец-то я рассмотрела как следует барышню Лотос: она обладает не только военным талантом, как ты рассказывал, она вдобавок неглупа и жизнерадостна! Прелестная девушка, и чем-то похожа на госпожу Хун! На каких же правах она будет жить в нашем доме?

– Я привез ее с далекого юга, – улыбнулся Ян, – не отдавать же ее чужому! Однако иметь трех наложниц, наверно, не очень пристойно, надо будет посоветоваться с отцом!

Мать возразила:

– А я уже говорила с ним об этом, и он сказал мне так: «Родители всегда против того, чтобы сын их брал в наложницы молоденькую девушку, но разве можем мы отказать ей от дома? Нужно поразмыслить, как сделать долю Лотос счастливой!» Вот и думай, сынок, как тебе поступить!

Ян неторопливо направился к спальне Хун, но на пороге его встретила Лянь Юй.

– Госпожа Хун ушла к барышне Лотос в терем Сонм Благоуханий.

Ян зашел к Фее, та дремала, облокотившись на столик.

– В тебе еще не кончил бродить хмель? – спросил князь.

Фея испуганно вскочила.

– Как тебе понравился наш пир? – продолжал Ян.

Фея потупилась и проговорила:

– Все люди отличаются друг от друга – и мыслят и живут каждый по-своему: одни при виде цветов смеются, другие плачут. А вам не бросилось в глаза, что один из гостей грустил на вашем пиру, когда все другие веселились вовсю?

– Кто же это? – удивился Ян.

А что ответила ему Фея, вы узнаете из следующей главы.

Глава сорок шестая. О том, как князь справил свадьбу в тереме Сонм Благоуханий, а под сенью сливовых дерев наложницы связали себя клятвой

И тогда Фея спросила князя:

– Как вы полагаете: хорошо, если некто относится ко мне с пониманием, а я его не замечаю?

– Плохо! – ответил князь.

– А хорошо ли, когда правитель выбирает министров по происхождению, а не по их способностям?

– Тоже плохо!

– Лотос – необыкновенная девушка и к тому же несравненная красавица! Бросив отца и мать на далекой родине, она приехала сюда только ради вас, поверила в ваше благородство и в ваше расположение к ней! Вот уже несколько лет она живет у вас в доме, и вы до сих пор не знаете, как составить ей счастье! Может, она для вас все еще чужая, дикарка, дочь варвара? Тогда вы как тот император, что выбирает министров не по способностям, а по происхождению, или как человек, совсем не понимающий другого! Сегодня на пиру я заметила: все веселились, и только Лотос почти весь вечер была печальна. А вы не видели этого?

– Лотос приехала сюда вовсе не ради меня, – усмехнулся Ян. – Она думала, что Хун – мужчина!

– Трудно в этом мире понять людей, – вздохнула Фея. – Вот вы – умный человек, но не в силах постичь душу Лотос! Она ведь не настолько глупа, чтобы не отличить мужчину от женщины, и, я уверена, знала, кто такая Хун, со дня их знакомства. Вы помните те три песни, что спела на пиру Лотос? В них она открыла нам свои думы. В первой излила тоску по совершенному миру, во второй открыла душу вам, в третьей поведала о своей печали. Мне захотелось утешить ее, и я сыграла