Статьи и письма 1934–1943 - Симона Вейль

Заварной крем (англ.). В более ранних письмах матери С. В. отмечает широкое применение в Англии военных лет искусственных пищевых добавок, заимствованных из США.

«Двенадцатая ночь» (англ.).

Андре Филип и Андре Вейль.

Старших Вейлей тяготило вынужденное пребывание в Штатах. Доктор Вейль рассчитывал получить работу в Алжире; С. В. обещала хлопотать перед ответственными лицами «Сражающейся Франции» о предоставлении ему места и возможности переехать вместе с женой. Родители надеялись, что и С. В. переедет к ним и вновь займется преподаванием. Она лишь на словах, понимая свои перспективы, одобряла их план.

Луи (Лев) Рапкин (1904–1948) – биофизик, эмигрант из России. Прибыв в августе 1940 г. в Нью-Йорк, он, вместе с физиологом Анри Ложье (1883–1973, см. ниже), играл главную роль в связях с американским Фондом Рокфеллера на предмет помощи в выезде в США французским ученым, которым грозила опасность на оккупированной родине. C его помощью удалось выехать из Франции и Андре Вейлю с семьей.

Рене Капитан (1901–1970) – ученый-юрист, до войны профессор факультета права и политических наук в Страсбургском университете, с 1941 – профессор университета Алжира. Участник Сопротивления. Летом 1943 г. де Голль назначил его комиссаром по образованию в Алжире.

Излишними, по мнению С. В., похвалами, которыми Андре, мальчик исключительных способностей, был окружен с раннего детства.

Обсуждается возможность устройства Андре Вейля на работу в университет Алжира.

Франсис-Луи Клозон (1910–1998) – уроженец Марселя, по образованию юрист, с 1932 г. служащий Министерства финансов. В предвоенные годы был участником движений левокатолического толка. В 1941 г. примкнул к «Свободной Франции». Один из ведущих сотрудников комиссариата внутренних дел, в котором работала С. В. Участник важных миссий на французской территории. В 1944–1946 гг. – региональный комиссар временного правительства Франции в Нормандии; в 1946–1961 гг. возглавлял Национальный институт статистики. До 1991 г. – президент Ассоциации по техническому обмену и консультациям. Один из самых близких друзей и собеседников С. В. в Лондоне; неоднократно навещал ее в больнице, оказывая ей посильную поддержку.

Тереза, супруга Клозона.

Послесловие

Петр Епифанов

Ракурс, под которым рассматриваются произведения Симоны Вейль в сборнике, предлагаемом вниманию читателя, может привести к разочарованию кого-то из тех, кого привлекали прежде ее личность и мысль. Есть немало «контрольных» слов или вопросов, по которым человек партийного сознания опознает своего и чужого, как среди современников, так и среди персонажей прошлого, – особенно если речь идет о Второй мировой войне, чья тень до сих пор лежит на массовом политическом словаре. Уже в первой из статей сборника – «Не будем начинать заново Троянскую войну» – Симона Вейль предлагает – еще в 1937 году! – решительно отбросить этот фальшивый словарь, набор готовых этикеток, который и сегодня, восемь с половиной десятилетий спустя, активно используется в разных странах средствами пропаганды и представителями власти для обоснования политических и военных решений.

Симона Вейль и в дальнейшем не будет считаться с тем, о чем и в каких выражениях прилично высказываться, о чем прилично молчать, коль скоро ты принадлежишь какому-то лагерю. (Ее известный афоризм о «справедливости – беглянке из лагеря победителей», как и дорогой ей образ Антигоны подразумевают, что она не хотела принадлежать ни к какому лагерю, кроме лагеря справедливости – истинной, «сверхъестественной справедливости», как она ее называла.) В 1943 году, когда неизбежность поражения Германии и ее союзников будет ясна почти всем, она решится защищать идею «корпоративного строя», уточняя, что «когда фашизм выдвигает формулу корпоративизма, он делает это с той же степенью искренности, с какой говорит о мире»[26]. Когда вишистский режим во Франции будет полностью дискредитирован, а «национальная революция» обернется покорным соучастием в худших преступлениях Гитлера, она, с первого дня считавшая этот режим предательским, скажет, что «следует сохранить многие идеи, запущенные вишистской пропагандой, но сделать их истинами» (en faire des vérités)[27]. Само название ее последней большой работы «Укоренение» отсылает к лексикону крайне правых идеологов и публицистов первой половины ХХ века, для которых возвращение к «корням», к «почве» было одним из главных лозунгов. Иные из идей Симоны – как, например, об общественной иерархии, основанной на «чистой верности», об уголовных наказаниях, о желательности запрета политических партий – в глазах «поборника прогресса» однозначно определят ее как «махрового реакционера».

Защищать, объяснять, оправдывать в подобных случаях совершенно бесполезно. Остается лишь последовать совету Симоны – отбросив всяческие ярлыки («правый» – «левый», «консервативный» – «прогрессивный» и т. п.), задать себе вопрос: «Правду она говорит или нет?»[28]

Что касается переводчика этой книги, я много лет назад, с самого первого знакомства с текстами Симоны, ощутил в них то, что назвал бы, возможно на несколько архаичный лад, благоуханием истины. И чувствую его с каждым годом все отчетливее. Это не означает, что писавшая их была свободна от ошибок, упущений, не вполне справедливых оценок и т. п. Но жившее в Симоне неуклонное, не ищущее покоя и сознания правоты стремление к истине, как видится мне, не осталось без награды, позволив ей найти и изложить истины живые, не застывшие, не замкнутые в себе, как в футляре, но раскрывающиеся в пространстве и времени. Это чувство побуждает меня не прекращать работу и надеяться, что осмысление, очищение, совершенствование этих истин будет продолжено и послужит – как сама она верила – всему человечеству.

Примечания

1

Платон. Государство. VII. 517 b – c (пер. А. Егунова).

2

Там же. IX, 592 a – b.

3

В статье «Невозможность жизни» (см.: Вейль С. Формы неявной любви к Богу. СПб.: Свое издательство, 2012. С. 97–140) и в сопроводительной статье к «Лондонскому блокноту» в составе IV тома «Тетрадей» (2022) я пытался размышлять об этой смерти под несколько различными углами. Не отказываясь от обеих трактовок, я, однако, признаю неполноту их обеих.

4

Солемское аббатство – бенедиктинский монастырь во Франции, близ г. Сабле, на берегу реки Сарты. Основанный в XI в., разгромлен в годы революции; возобновлен после 1833 г. Со 2-й половины XIX в. приобрел известность как центр сохранения и исследования древних традиций церковного пения (амвросианский и григорианский хорал).

5

Письмо к о. Ж.-М. Перрену от 14 мая 1942 г.; см. с. 439 наст. изд.

6