Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

По-панфиловски!

То есть стояла насмерть.

А дождавшись прибытия 332-й стрелковой дивизии и 104-го отдельного ударного танкового батальона полковника Калиховича, панфиловцы отбросили противника, нанеся ему существенный урон в живой силе.

В разгар этих событий, «Особой» кавалерийской дивизии генерала-полковника Оки Городовикова удалось под шумок проскочить мимо укреплённого городка Ловиса западнее Котки и сея ужас и панику - отправиться в глубокий рейд по финским тылам, имея общим направлением Хельсинки.

Но это были только «цветочки»!

Примерно в это же время, преодолев 110-ти километровый путь по льду Финского залива, в Хельсинки ворвалась 202-я воздушно-десантная бригада полковника Денисенко, которую правильно было бы называть «аэромобильной»… Ибо передвигалась она на аэросанях. В столице Финляндии к тому времени оставались лишь учебные части, неполные экипажи вмёрзших в лёд кораблей и судов, полиция да подразделения «Шуцкора» – нечто вроде наших ополченческих дивизий «образца 1941-го года». Поэтому десантникам, хотя и не без серьёзных потерь, удалось с ходу захватить Илюсколя - пригород Хельсинки на крупном острове Паясало…

Ну и названия – матушку финскую итти!

Обгоняя кавалерийские корпуса Первой Кавалерийской армейской группы (2-й и 4-й кавкорпуса), следом за десантниками в город ворвалась 9-я мотострелковая дивизия полковника Катукова…

Ага, «того самого» - Михаила Ефимовича.

К вечеру того же дня подоспела и кавалерия и, спешившись – вместе с десантниками и мотострелками стала очищать квартал за кварталом. Отчаянно «пылившая обмотками» по льду и прибывшая уже под утро следующего дня «махра» - 300-я, 301-я и 308-я стрелковые дивизии, закрепила успех.

Надо отдать им должное: финны сопротивлялись отчаянно…

Но «против лома нет приёма, если нет другого лома».

А если какие и остались «ломы» в руках у финского высшего военного руководства, то доставить их в столицу было невозможно из-за паралича железнодорожного сообщения в результате действий советской авиации.

Но занять всю столицу Финляндии всё же не хватало сил - в том числе и из-за понесённых неожиданно высоких потерь. И материально-технических средств: их у генерала Завенягина на острове Гогланд было запасено всего на четыре дня… Два из них уже фактически прошло и ему приходится экономить, особенно в свете попыток (правда, неудачных) остатков финской авиации разбомбить ледовую трассу и со скорым вскрытием Финского залива.

Так что к вечеру 8-го апреля, ожесточённые бои в Хельсинки несколько поутихли.

Заняв все восточные острова и полуострова и муниципалитет западного округа Хельсинки - Хаага, советские войска с востока и севера полуокружили исторический центр - дойдя до проспекта Турку и остановились, перейдя к обороне. Далее, западнее в городе были расположены правительственный квартал, Сенат (Парламент), Кафедральный собор, Сенатская и Торговая площади, Хельсинский университет…

Иностранные посольства и, так далее.

Финны там очень хорошо забаррикадировались-закрепились – превратив в крепость каждое каменное здание и штурмовать их обещает быть делом долгим, хлопотным, кровавым для обеих сторон и, пожалуй…

Ненужным!

Ведь диктатором – «Лидером всей финской нации» («Koko Suomen kansan Ledare») был маршал Карл Маннергейм, а незадолго до описываемых событий, с группой особо приближённых лиц он наконец-то уехал в свою Ставку – в город Миккели, где у него был свой «фюрербункер» - подземный узел связи «Локки». Этот город же – «колыбель финского национализма», находился за системой озёр Сайма - перебраться через которую даже в этот период времени практически невозможно…

24-я общевойсковая армия уже пробовала и убедилась в этом.

С начало же вскрытия льда, чёртов Маннергейм окажется в созданной самой природой неприступной крепости, взять которую можно только измором – прекратив поступление туда всего необходимого не только для войны…

Для жизни!

***

А время меж тем идёт-течёт, колёсики крутятся, часики истории тикают.

Хотя и потеряв Эритрею (Эфиопию), войска Оси (Германия, Италия) всю первую половину апреля теснили британские в Северной Африке. Десятого числа началась осада Тобрука.

Королевские ВВС впервые испробовали на германских города «блокбастеры» - мощные тонкостенные фугасные авиабомбы, калибром до 1800 килограмм.

Люфтваффе ответило «Белфастским блицкригом» - серией налётов на города досель нейтральной Ирландии, принесшими большие разрушения и жертвы. В ответ британцы совершли крупнейший с начала войны ночной налёт на Берлин, за раз убив две тысячи человек…

Глядя на ситуацию глазами Реципиента, удивляюсь и нехорошо думаю про Алоизовича:

«Как в такой ситуации, ещё и планировать «Поход на Восток»?! Воистину – бесноватый!»

В общем, пока всё как в «Реальной истории»…

За исключением одного:

Не подготовившись как следует, Вермахт буксует в Югославии и Греции.

Мы же в Финляндии, напротив, только-только «раскочегарились»!

Как писал по схожему случаю Александр Сергеевич Пушкин:

«Тесним мы финна рать за ратью,

Темнеет слава их знамён…».

С 9-го апреля в Финляндии наступила настоящая весна. Снег стал таять так интенсивно, что наступать можно было только по шоссе. А лёд настолько истончился, что поддерживающей наступление штурмовой и истребительной авиации пришлось «переобуться» с лыж на колёса и перебазироваться на шоссе же. Колонны снабжения теперь терпеливо ждут, когда лётчики взлетят или сядут.

Ну или наоборот.

Это затрудняло больше действия финских войск - маневрующих по и контратакующих из пересечённой местности, чем советских – контролирующих коммуникации и действующих «посуху». К тому же основа нашего «подвижного тыла» - гусеничные трактора С-65 «Сталинец», славящиеся своей проходимостью. У финнов же, в лучшем случае – лошадка, статью и тягой не превышающей «ТТХ» среднерусской кобылы.

Поэтому как это не пародоксально звучит, но факт налицо:

С началом распутицы наступление советских войск ускорилось.

10-го апреля «клещи» 7-й и 24-й общевойсковых армий «сомкнулись» на городе Куйвола, где завязались кровопролитные уличные бои… В основном для финнов кровопролитные, ибо танки КВ-2 с 152-мм орудиями - любое здание превращали в братскую могилу для гарнизона в два-три выстрела.

А «фауст-патроны», ещё не изобрели!

Хотя финны всё же умудрились подрывными зарядами да «коктейлями Молотова» сжечь несколько машин, конечный результат штурма города (точнее целой агломерации из нескольких городов) очевиден для всех участвующих в нём сторон.

Остатки от шести до восьми финских дивизий не успевших отойти с «Линии Салпа», оказались в «котле» юго-восточнее Куйвола. Местность там и без того лесисто-болотистая, с таянием снегов и вскрытием водоёмов, вообще грозящая превратиться в настоящий «водный мир».

Но финны не