Записки президента - Павел Охотин

выгоды для нации. Заметьте, нация – это не национальность, это понятие гораздо объёмнее. В нашем случае оно объединяет всех граждан Славии. Таким образом, мы определяем, что хорошее – то, что приносит пользу или хотя бы не вредит всем, у кого есть славский паспорт, а плохое – то, что вредит или просто не служит нашему народу. Именно этою мерою мы собираемся мерить любой феномен в жизни нашего общества. Согласитесь, что мир отвечает этому принципу в полной мере. И мы будем контролировать все действия власти с этой точки зрения. То, что делается от имени народа, в первую очередь, должно быть выгодно самому народу, причём – в долгосрочной перспективе.

Я разъяснил два основополагающих момента Программы, её, если можно так выразиться, столпы. Всё остальное вы, я по-прежнему надеюсь, прочитали в имеющихся у вас брошюрках. Если нет вопросов, прошу провести голосование.

Новая редакция Программы также была принята единогласно. Перед рассмотрением следующих пунктов повестки дня объявили перерыв, во время которого я поинтересовался у Жанны, не слишком ли горят глаза у телевизионщиков, она ответила, что они уже скулят из-за того, что не договорились на прямой эфир, причём самой главной сенсацией считают не то, что кого-то выдвигают в президенты, в эти дни все партии собираются по этому поводу и даже не оригинальность программы, кто их вообще читает, а воодушевление делегатов. Говорят, что ещё не видели такой искренности на рутинном, в принципе, мероприятии.

После перерыва слово опять предоставили Званцеву. Он сказал, что для него честь предложить собравшимся поддержать моё выдвижение в президенты и уступил мне трибуну. Я стоял на ней в полном соответствии с утверждённым Матильдой образом, скинув пиджак и подкатив рукава светлой рубашки навыпуск с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. Зал снова взревел: «Макс! Макс! Макс!» Я подождал, пока все успокоятся, проговорил про себя: «Пятьсот двадцать один, пятьсот двадцать два, пятьсот двадцать три, кольцо» и начал говорить то что последние несколько дней заполняло монитор Матильды:

– Уважаемые делегаты, друзья, сограждане. Мы все проживаем свои собственные жизни, единственное, что нас объединяет – этот вот документ, – я достал из нагрудного кармана рубашки свой паспорт, – такой есть у таксиста и программиста, у генерала и дворника, у еврея и армянина, живущих в Славии, работающих на её благо и приносящих ей налоги, то есть платящих за то, чтобы она берегла их покой, судила и оберегала. На этих выборах не все проголосуют за меня, но в случае моей победы я стану президентом всех славцев, то есть всех, у кого есть такой паспорт. И я хочу сделать национал-прагматизм государственной идеологией. Обещаю бороться со всем, что вредит нации, и поддерживать всё, что ей на пользу. Очень хочу, опираясь на вас, построить такую страну, в которой хочется жить. Привести вас в светлое настоящее. Мне нечего терять, кроме возможности увидеть счастливую Славию, поэтому я знаю, за что борюсь и прошу не просто меня поддержать, а идти вместе со мной.

Из дальнего конца снова раздался вопль «Макс – один из нас!» Весь зал вскочил и начал скандировать «Макс! Макс!», хлопая в такт ладонями. Потом знакомый голос прокричал «Швец – им всем пиздец!» и текст сменился на «Швец! Швец!»

Когда крики утихли, секретарь попросил проголосовать за выдвижение кандидатуры Швеца Максима Евгеньевича в президенты Славии. Предложение было принято единогласно, что снова вызвало аплодисменты. Я поблагодарил собравшихся за доверие и сказав, что, хотя я больше и не член партии, мне всё равно нужно оставаться нормальным, что вряд ли удастся, если я останусь в зале и начал протискиваться к выходу, а Званцев вынес на обсуждение некоторые рабочие моменты.

18.

На банкете у меня попытались взять интервью, но внезапно рядом материализовалась Матильда, которая отогнала репортёров, сославшись на то, что такая опция не оговаривалась.

– Обломаются, – прошептала она, – им полезно, а то их потом не отгонишь, да и тема у нас не согласована. Считаю, что до официальной регистрации делать какие-либо заявления не стоит.

– Действия этих женщин не обсуждаются…

Матильда улыбнулась и вдруг чмокнула меня в щёку.

Когда все разъехались, мы собрались узким кругом, в который теперь входил и Званцев.

– Ну что, – начала Жанна, – мы входим в пике. Сокол на славском гербе устремлён ввысь, а нам до этого нужно коснуться земли и при этом желательно не разбиться.

– Вы говорите загадками.

– Какие уж тут загадки. После того, как мы получим подтверждение, что казаровские без проблем добрались домой, в прессу неожиданно просочится информация, что они участвовали в съезде. С этой минуты Вы уже не просто один из пятнадцати или двадцати выдвинутых по всей стране кандидатов, а кандидат от скандальной партии. Дмитрий Иванович, Вы отправили семью?

– Отправили, – ответил за него Егорыч, – думаю, за Вами, профессор, придут для дачи объяснений уже в день публикации, будьте готовы провести какое-то время в СИЗО. На всякий случай, у вас поживёт наш юрист, который как раз будет пить с Вами, минеральную воду, когда к Вам постучат из Управления Безопасности. Справитесь?

– Я знал, во что ввязываюсь.

– Итак, –продолжил Глинский, – интерес к нам появится у властей в день публикации, то есть нас сразу же выделят из толпы, как потенциальную угрозу. В тот же день будут проанализированы материалы съезда, из которых все узнают, что мы за мир. И хотя об этом говорят все, но сочетание в одном бокале желания мира и присутствия казаровских даст понять, что мы настроены серьёзно. И в этот коктейль многие захотят насовать зонтиков и трубочек. Вы же понимаете, какие деньги крутятся в поставках на войну. Лишаться их никто не захочет. Значит, заинтересованные лица начнут нам пхать не только зонтики, а и палки. В колёса. Но слава богу, в этой стране есть коррупция, поэтому я уверен, что с регистрацией проблем не будет, невзирая на все наезды. Ну… почти не будет.

Думаю, на ближайшее время Вам, Максим Евгеньевич, есть смысл вместе с женой удалиться на отдых. Есть в Эгейском море один чудный остров, где с Вами никто не сможет пообщаться. Вернётесь уже зарегистрированным кандидатом. А это – несколько иной уровень и охрана Вам будет положена от Управления Безопасности. Не то, чтобы я на неё особо рассчитывал, но её наличие ограничит круг желающих Вашей внезапной смерти.

Удалились на отдых мы прямо из «Истока», не заезжая в Поместье. С нами поехал только Аслан, все