Золотой гобелен - Рэд Инин

Говорить он начал быстро и очень тихо. Слова сыпались, как мелкий снег поздней осенью.

— Нам нельзя возвращаться. Наместник убьет нас в любом случае, — сделал паузу, чтобы перевести дух. — Начну сначала. Или почти сначала. Год назад погибла моя сестра. По официальной версии, ее убил человек, пришедший из Леса, — опять пауза, — как ты. Его казнили, но почему и как он это сделал осталось неясным. Наместник запретил обсуждать это, когда я пытался задавать вопросы… — он пропустил какую-то мысль, видимо, посчитав ее неважной сейчас. — Твое появление снова подняло эту тему. Появилась возможность узнать что-то о странниках, но это может поставить под сомнение решение наместника. Его слово всегда было последним, — Лан опять сделал паузу, чтобы собраться с духом, тут я наконец вставил свои пять копеек.

— То есть старый х…итрый наместник наделал дел, свалил все на непонятного пришельца, убил человека самым варварским способом, даже не пытаясь ни в чем разобраться, а потом позатыкал всем рты, угрожая новым костром? — уточнил я.

— А я не говорил, как он умер, — недоверие и ненависть блеснули во взгляде ушастого, словно я признался, что был сообщником преступника. Я поспешил объяснить:

— Когда был в пещере, я видел странный сон. В нем был костер, а на нем рыжий человек, кричащий, что он не виноват. Это вкратце и без деталей, — уточнил я.

Взгляд черных глаз потеплел на один градус.

— Без деталей, — кивнул он. — Или ты обладаешь невероятными способностями, или лжешь. В любом случае возвращаться в Снурк тебе нельзя. Меня он объявил твоим сообщником, и разубедить его не сможет никто, тем более ты.

Глава 24. ПОБЕГ

— Что же нам делать? — стоило подумать, что жизнь налаживается, и тут такой поворот….

— Мы пойдем домой.

— А? — вот же! Я же дал себе слово этого больше не делать, ну то есть не выглядеть полным идиотом. — Куда мы пойдем?

Лан с усилием поднялся и пошатываясь побрел к дороге.

— Лан, послушай, ты еле стоишь на ногах. Тебе надо отдохнуть, — догоняя ушастое чудовище, крикнул я.

— Утром они придут проверить, что с нами стало. Чем дальше уйдем, тем лучше, — произнес мистер лаконичность.

— Так мы не идем в город? Что ты имел в виду, когда говорил про дом?

— Я имел в виду мой дом, — Лан обернулся и посмотрел на меня с сомнением. Кажется, он решал, стоит ли дальше тратить на меня время.

Вид у меня, действительно, был так себе. Я как раз остановился, потому что мне срочно понадобилось почесать затылок. От избытка мыслей, которые сбились с ног, пытаясь найти друг друга и выстроиться в хоть сколько-нибудь логическую цепочку, начался самый настоящий зуд под черепной коробкой.

Судя по взгляду, мой новый друг сделал неутешительные выводы, отвернулся и побрел дальше. Я быстро догнал его и попытался помочь, но он оттолкнул мою руку. Гордый. Как он вообще дожил до сегодняшнего дня? С таким-то характером.

— Лан, а сколько тебе лет? — у него уши встали торчком. Никак не могу привыкнуть к этому.

— Семнадцать.

Всего-то, я думал он старше: такой важный. Малолетки они все такие. Хотя кто его знает, сколько у них тут год длится. Для меня уж точно год за два будет.

— А Миэ? — это я так, для сравнения спросил.

— Двадцать два.

— А И? — странно получилось.

Лан снова остановился. Так мы далеко не уйдем.

— И три года, — сказал он и прибавил шаг. Кажется, мои расспросы его взбодрили, или он пытается сбежать от меня? Вряд ли это у него сейчас получится.

Большая луна поднялась в зенит и освещала бескрайнюю степь. Слабый ветер принес запахи трав. После наполненной ядовитыми испарениями пещеры воздух сам вливался в измученные легкие. Каждый вдох прокатывался по телу волной умиротворения, словно в мире не существовало ничего кроме этого бесконечного пейзажа. В свете луны трава была похожа на серебристую поверхность моря, до горизонта не было ничего кроме этих переливающихся волн.

Внезапно Лан свернул с дороги и пошел по невысокой траве. Как он определял направление, оставалось для меня загадкой. Его ноги беззвучно ступали по сухой земле, а шаг заметно прибавился. Теперь я должен был прикладывать усилия, чтобы поспевать за ним.

Еще несколько раз он менял направление. Словно задумывался на несколько секунд или прислушивался к чему-то, а потом корректировал курс. Прям, как самолёт или перелетная птица. Я больше не отвлекал его разговорами, да и приходилось беречь дыхание: разогнался он не на шутку. Доверившись его инстинктам, я шел рядом, стараясь не сбиться с шага.

Так же резко, как и поворачивал, Лан остановился.

Глава 25. НЕМНОГО АСТРОНОМИИ

— Заночуем здесь.

Заночуем? Мне кажется, или вон там, над краем серебряных волн, небо начало менять цвет? Есть, конечно, вариант, что это еще одна луна, но что-то мне подсказывало, что мы шли всю ночь, и — не знаю, как назвать эту сторону света, — но там занимается рассвет.

Спорить я не стал. Усталость от долгого перехода и волнений последних дней взяла свое. Глядя на то, как мой спутник снимает легкую куртку, сворачивает ее, кладет под голову и укладывается спать, я, за неимением ничего, что можно с себя снять, просто разлегся на земле и, подложив руку под голову, послушно закрыл глаза.

Я честно пытался заснуть. Но рука сразу затекла, спина заболела на жёсткой земле, холодный воздух пробрался под одежду. В общем, было крайне неуютно, а в голове суетились мысли, которые я никак не мог поймать.

Рядом ворочался Лан. Когда он в очередной раз поправил самодельную подушку, я спросил:

— Солнце почти взошло. Как думаешь, сколько времени потребуется людям Бариэграса, чтобы обнаружить наше отсутствие?

Он перестал ворочаться и затих. Не хочет отвечать? Делает вид, что заснул? Я повернул голову в сторону ушастого. Он, приподнявшись на локте, смотрел на меня.

— Что взошло? — спросил