Золотой гобелен - Рэд Инин

Пока я изумлено озирался по сторонам, мать Лана провела нас по коридорам вглубь этого шелестящего лабиринта, в центре которого располагалась гостиная. Мебели почти не было, на дощатом полу лежал ковер, отливавший шелковым блеском в свете причудливых светильников. Зеленоватый рисунок заплетал золотистый фон. Я обошел его, чтобы не залить водой, стекающей ручьями с промокшей одежды. У одной из ажурных деревянных стен стояло несколько низеньких скамеечек, заваленных подушками, и такой же маленький деревянный столик, покрытый перламутром.

— Мама, это Дан. Он пришел из Леса, — произнес мой немногословный друг.

Женщина, прищурившись, осмотрела меня, а потом широко улыбнулась и протянула руку.

— Меня зовут Ириэль, — я пожал узкую ладонь, которая оказалась теплой и по-мужски сильной.

— Данил, но все зовут меня Дан. У вас очень красиво, — добавил я, искренне восхищаясь убранством дома.

— Мама — мастер иллюзии. Конечно, здесь красиво, — сказал улыбающийся Лан.

Да ладно, он умеет улыбаться?

— Так это все не настоящее? — я потянулся к столику, чтобы убедиться в его реальности.

Лан и Ириэль улыбнулись одновременно и очень похоже.

— Конечно, настоящее.

— Просто у мастеров иллюзии безупречный вкус, — уточнил ушастый.

— Иллюзию ты увидишь завтра, — заинтриговали они меня.

— Ну хватит болтать, быстро раздевайтесь, и лезьте в бассейн, — скомандовала Ириэль, — вода как раз нагрелась.

Я в изумлении вытаращил глаза — бассейн? Лан тоже поднял брови, но, видимо, по другой причине. Его не впечатляла перспектива купаться вместе со мной.

— Пусть Дан купается первым, — подтвердил он мои мысли, — а я пока переоденусь и помогу приготовить ужин.

— Все уже готово. Бегом переодевайся, пока не залил мне ковер, а я покажу Дану дорогу.

Третий закон Ньютона и перезрелые фрукты мне в голову! Передо мной был настоящий бассейн. Небольшой, выложенный бежевой и голубой мозаикой, повторяя тот же рисунок, что и на ковре в гостиной. На невысоком бортике лежали полотенца. От воды поднимался пар. С четырёх сторон стояли фонарики из голубого стекла.

— Когда искупаешься, приходи к нам, — сказала женщина и исчезла в коридоре колышущихся занавесок.

Я огляделся по сторонам. Стены вроде не были прозрачными, может это иллюзия, как односторонние зеркальные стекла? Я выглянул наружу и, вытянув шею, попытался изучить стену. Через нее бассейна видно не было, но я так и не понял, из чего она сделана. Больше я не тратил время на размышления и, скинув с себя мокрую одежду, полез в воду.

Нырнув, я открыл глаза и увидел, что стены и дно маленького бассейна выложены не плиткой, а разноцветными камешками, на которых играли блики света, проходящего сквозь воду. Рядом с одним из светильников нашлось мыло. Я с удовольствием намылил волосы и опять нырнул — бассейн оказался довольно глубоким. Ох и здорово же, продрогнув до костей, погрузиться в теплую воду!

Поплескавшись и наплававшись так, что пятки стали похожи на мятую бумагу, я вспомнил про Лана. Мысленно отругал я себя. Он же мок и мерз не меньше меня. Я мигом выпрыгнул из воды, вытерся, примерил одежду. Легкие брюки и просторная рубашка пришлись впору. Отделка по краю рукавов, напоминала витиеватую вышивку, но я в этом не очень разбираюсь. Одно могу сказать точно: ни у кого в Снурке такой одежды не было.

Замотав голову полотенцем, я пошел искать дорогу в центральную комнату, оставляя босыми ногами следы на покрытом темным лаком полу. Ну и ладно, не влезать же в уличную обувь: Миэ выделила мне вполне приличную и подходящую по размеру, но после нашего похода от нее мало что осталось.

Я напрасно волновался насчет Лана. Он сидел румяный и довольный перед накрытым столом рядом с матерью. Они тихо разговаривали, а когда я вошел, замолчали. Их сходство было очевидным. Те же тонкие черты лица, прямая осанка, гордая, слегка высокомерная посадка головы, темно-синие глаза у матери и почти черные у сына. Возможно, волосы женщины раньше были темными, но сейчас они стали совершенно седыми, но не грязного сероватого оттенка. Они скорее напоминали что-то металлическое. Под стать твердому и открытому взгляду.

Я даже смутился, все ли со мной в порядке, вроде все одел правильно. Полотенце конечно неуместно за столом, но уже поздно об этом беспокоиться. Я вспомнил, что с тех пор, как проснулся в лесу, еще ни разу не видел себя в зеркале. А вдруг в моей внешности что-то изменилось, и я выгляжу совсем не так, как раньше. Ириэль первой отвела взгляд.

— Принимайтесь за еду, мальчики, только не спешите.

Я улыбнулся про себя: прям, как моя маман, еще сказала бы, как надо жевать, чтобы пища лучше усваивалась.

— И жуйте тщательно, в желудке зубов нет.

Мммн-да…

Глава 28. ХОЗЯЙКА

Лан насупился, я его поддержал, но скоро мы оба забыли о том, что надо изображать обиженных детей, и набросились на еду, не вняв предостережениям Ириэль.

Очень хотелось спросить, когда это Лан успел попариться и смыть с тебя двухдневную грязь, но потом вспомнил, что это не обычный дом. Наверное, в нем нашелся закоулок с еще одним бассейном или банькой для неожиданных гостей.

Ужин закончился в полном молчании. Ириэль собрала тарелки и вышла. Я почему-то ждал, что они исчезнут сами собой, но все было обычно, скатерть самоубранка сегодня отменялась. Лан сидел молча. Я уже понял его странную манеру общаться — то из него слова не вытянешь, то слова не вставишь, так много и быстро он говорит.

Ириэль появилась среди занавесей и беззвучно подошла к нам. Теперь я разглядел ее как следует. На ней было темно-серое платье, перехваченное широким поясом. Из украшений — только длинные серебряные серьги в виде собранных в кисть цепочек, достающие почти до плеч. Волосы, отливавшие серебром, скрывали уши, так что она ничем не отличалась бы от обычного человека, если бы не пронзительный взгляд синих глаз. В памяти сама собой всплыла фраза «не то, чем кажется». Пожалуй, эти слова точнее всего передают впечатление, которое производила эта женщина. Может, это фантастические свойства