Можно ли доверять Евангелиям? - Питер Уильямс

такое согласие, которое трудно представить как намеренный элемент, введенный одним из авторов для усиления правдоподобности их повествования. Зачастую это согласие настолько тонкое и косвенное, что, вероятно, ускользнет от внимания большинства читателей. Если бы авторы Евангелий действительно вступили в сговор с целью создания впечатления достоверности, их без преувеличения можно было бы считать саыми искуссными писателями древнего мира. Еще менее правдоподобно выглядит идея о том, что они подстроились друг под друга независимо.

Две сестры

Рассмотрим две истории о сестрах Марии и Марфе, записанные у Луки и Иоанна[105]. Они представляют собой два совершенно разных повествования. В Евангелии от Иоанна значительная часть главы посвящена рассказу о воскрешении Лазаря, брата Марии и Марфы. В свою очередь, в Евангелии от Луки (10:38–42) мы находим другой рассказ, который как кажется не имеет очевидной связи с повествованием от Иоанна:

В продолжение пути их пришел Он в одно селение; здесь женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой; у нее была сестра, именем Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его. Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нее.

Очевидно, что Иоанн и Лука, если они были знакомы с работами друг друга, могли скопировать имена, но определенно не копировали столь разные повествования.

Лука в эпизодически рисует двух контрастных персонажей: Марфу, занятую бытовыми делами, и Марию, которая преданно слушает учение Иисуса, не обращая внимания на заботы своей трудолюбивой сестры. Это изображает сестер как разные типы личностей: одна активная и практичная, а другая более созерцательная и углубленная.

В Евангелии от Иоанна мы снова встречаем двух сестер после смерти их брата. Когда Иисус приближается к их деревне, Марфа первой идет навстречу Ему, тогда как Мария «сидела у себя в доме» (Иоанна 11:20). Наблюдается сходство в описании, но не в событиях, а в характерах реакции сестер. Как у Луки, так и у Иоанна Мария остается пассивной, в то время как Марфа проявляет активность. В обоих случаях Иисуса приветствует Марфа. После встречи с Иисусом всегда активная Марфа тайно посылает сообщение сестре о том, что Иисус зовет ее. Мария быстро встает и идет к Иисусу, а бывшие с ней, полагают, что она направляется к гробу, чтобы плакать там (Иоанна 11:31). Придя к Иисусу, она, в отличие от сестры, «пала к Его ногам» (Иоанна 11:32 – напомним, что она сидела у ног Иисуса и в Евангелии от Луки). Иисус замечает, что она плачет (Иоанна 11:33), хотя о том, что плакала Марфа не говорится. Придя к гробнице, Иисус, прослезившись, велит сдвинуть камень. В этот момент Марфа говорит: «Господи, уже смердит: ведь ему четвертый день» (Иоанна 11:39). Этот чрезвычайно практичный подход упускает из виду намерение и способность Иисуса воскресить Лазаря из мертвых.

Итак, нет очевидных признаков того, что один автор списал историю у другого, но оба повествования представляют двух персонажей одинаково, со схожими чертами характера. Это касается не только физических аспектов их поведения, таких как сообщение о том, что Мария осталась дома или сидела у ног Иисуса, но и эмоциональных характеристик, таких как озабоченность Марфы практическими вопросами. В обеих историях Марфа оказывается более активной. Такое сходство проще всего объяснить тем, что и Лука, и Иоанн описывают истинные характеры реальных персонажей. Таким же образом можно упростить объяснение и многих других вопросов. Хотя возможны и другие толкования, они не так легко объясняют все наблюдаемые сходства.

Два брата

Рассмотрим еще одно небольшое совпадение в описании характеров о двух братьях, записанном у Марка и Луки. Марк перечисляет двенадцать учеников Иисуса и уточняет, что Иисус прозвал братьев Иакова и Иоанна «сыны грома» (Марка 3:17). В Евангелии от Марка не объясняется, почему Иисус прозвал их именно так. Матфей и Иоанн также не предоставляют дополнительной информации по этому поводу. Однако Лука описывает следующий случай:

И было: когда подходили к концу дни перед Его вознесением. Он решил идти в Иерусалим, и послал вестников пред лицом Своим. И отправившись, они вошли в селение Самарянское с тем, чтобы приготовить для Него. И не приняли Его, так как путь Его был в Иерусалим. Увидев же это, ученики Иаков и Иоанн сказали: Господи, хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их. Но обернувшись, Он возбранил им. (Луки 9:51–55)

Таким образом, братья, названные «сыны грома» у Марка, в Евангелии от Луки представлены как ученики, желающие вызвать молнию. Эти два сообщения хорошо дополняют друг друга, так как в первом случае говорится о прозвище, которое отражает характер, а во втором – о желаниях и действиях, соответствующими этому имени.

Как мы видели, рассказ о двух братьях находится в девятой главе Евангелия от Луки, а рассказ о двух сестрах – в десятой. Луки 9 согласуется с Марком, а Луки 10 – с Иоанном. Оба повествования в Евангелии от Луки создают характеры вполне последовательно и соответствуют описаниям персонажей в других текстах.

Конечно, можно предположить, что Лука прочел отрывок о «сынах грома» у Марка и на его основе создал свой рассказ. Однако это объяснение не учитывает осведомленность Луки о маршрутах путешествий и проблемах, с которыми сталкивались иудеи, проходящие через Самарию, о чем мы читаем в смежных отрывках. Но даже если предположить, что Лука использовал повествование Марка в девятой главе, как объяснить связи Луки 10 с Евангелием от Иоанна?

В списке неумышленных совпадений, составленном МакГрю, в девяти случаях синоптические Евангелия разъясняют события из Евангелия от Иоанна, в шести случаях Иоанн уточняет события, освещенные у синоптиков, и в четырех случаях синоптики разъясняют друг друга[106]. Кроме того, можно выделить и другие неумышленные совпадения[107]. Хотя для каждого из них можно предложить альтернативные объяснения, каждое новое объяснение вносит лишь дополнительную сложность. Проще всего объяснить это текстовое явление тем, что мы имеем дело с правдивыми записями.

Я обнаружил, что аргумент, основанный на неумышленных совпадениях, не сильно впечатляет людей, либо плохо знакомых с текстами, либо рассматривающих лишь небольшое число примеров. Этот аргумент обладает кумулятивным эффектом и приобретает большую убедительность, когда рассматривается больше примеров, так как сложность альтернативных объяснений становится более