Я приду за тобой! 3 - Антонио Морале

— До полнолуния ещё десять дней, — пояснила девушка. — Оборотни в эту фазу луны не перекидываются в свои звериные ипостаси.

— Если это высший — ему не нужно полнолуние, — заметила Лилит.

— Разве? — нахмурилась Алиса.

— Да. Нужно было меньше Бестиаристику прогуливать.

— Хм… Ну может… — равнодушно пожала плечами ведьмочка

— Вот! Вот и повод проверить! — в пятый раз повторил капитан и протянул листок. — Здесь адреса и имена потерпевших. Может это как раз ваш высший!

— Если бы это был высший, город был бы полон растерзанных трупов, а не трёх испуганных девушек, — задумчиво пробормотала Лилит.

— Не умничайте мне тут! Выполняйте приказ! — повысил голос Эпуас.

— Так точно, сэр! — рявкнула Алиса по-военному, заставив мужчину за столом недовольно поморщиться.

— Не ори. И без тебя голова трещит, — пробормотал хозяин кабинета, выпустив очередной клуб табачного дыма. Всё, проваливайте, — раздражённо махнул он рукой в сторону двери.

Девушки кивнули, переглянулись, развернулись и молча двинулись к выходу.

— А! Ещё кое-что… — окликнул капитан троицу практиканток в спину.

— Да? — обернулись на пороге девушки.

— Одного аристократа обокрали, — неохотно, будто пересиливая себя, начал Эпуас. — Он категорически отказывается, чтобы дело вели стражники, требует кого-то из академии. Сходите к нему… допросите. В смысле — поговорите. Выясните всё…

— Но кража — это точно не по нашей части! — возмутилась Алиса.

— Да что ты заладила — по нашей, не по нашей⁈ Я отдал приказ. Этого недостаточно?

— Нет, — упрямо помотала головой ведьмочка, выдержав взгляд начальства и заставив того уступить и сдаться первым.

— Ладно… — примирительно вздохнул начальник охранного участка. — Это лично моя просьба, не приказ. Потерпевший — мой старинный друг. Он просил уладить всё без шума. Деликатное дело. Поможете?

— Поможем, — победно хмыкнула Алиска. — Как зовут вашего друга и где его найти?

— Барон Гастон де Лоран. Его дом у самой площади, третий на Цветочной улице.

— Всё будет в лучшем виде! — пообещала Алиса, растянув губы в хищной, не предвещающей ничего хорошего улыбке.

— Этого я и боюсь, — тихо пробормотал капитан, глядя на захлопнувшуюся за спинами практиканток из академии дверь…

* * *

— Ну?.. Куда сначала? К Гастону или по девкам? — довольно протянула ведьмочка, едва они покинули кабинет начальника охранного участка.

— По девкам, — коротко кивнула Мими. — Допросим потерпевших, потом пойдём к другу капитана. Это не срочно. Какой у нас первый адрес?

Алиса развернула сложенный вчетверо листок, бегло пробежалась взглядом по корявым строчкам и задумчиво почесала переносицу.

— Косой переулок, дом семнадцать — этот совсем рядом, в десяти минутах ходьбы. Пострадавшая — Рози Ризли, девятнадцать лет. Замужем, детей нет.

— Ну, тогда идём, — привычно распорядилась юная герцогиня.

Ученицы академии вышли из прохладного помещения участка на улицу и прищурились от яркого солнца. Воздух был уже совсем тёплым, а пыль над мостовой плавала в лучах света. Возле центрального входа охранного участка скучали всё те же стражники, болтая о чём-то своём, мужском…

— Пока, мальчики! — кокетливо махнула рукой рыжая ведьмочка, подмигнув особенно симпатичному молоденькому служителю закона.

— Тебе не кажется, что наша рыжая стала какой-то… — задумчиво пробормотала Мими. — Шлюховатой, что ли.

— Ведьма, — пожала плечами Лилит. — Всё по канону.

— Эй! Сами вы шлюховатые! — обиженно фыркнула Алиса. — Мне просто нравится мужское внимание. Что тут такого?

— Ничего, — невозмутимо бросила Мими. — Пошли уже.

— Я голодная, — жалобно надула губки рыжая. — Может, перекусим?..

— Откуда ты вообще свалилась на наши головы… — покачала головой Лилит и вопросительно глянула на Мими.

— Ладно, — сдалась брюнетка. — Давайте позавтракаем, а потом займёмся делами. Где тут хорошая харчевня?..

— Там! — тут же ткнула Алиса в сторону забегаловки на противоположной стороне улицы с деревянной вывеской над входом и скелетом рыбы на ней.

— Ну, пошли…

Троица подруг устроилась у большого окна внутри почти пустой в это время таверны, и девушки сделали заказ у подошедшего к ним официанта. Через десять минут на стол перед посетительницами подали запечённую речную рыбу, ломтики тёплого хлеба и простенький рассол. И время словно остановилось…

— И всё-таки у них тут охренеть как вкусно! — удовлетворённо протянула Алиса спустя ещё четверть часа, обгладывая хребет большой рыбины.

— И недорого, — кивнула Лилит, облизывая пальцы.

— Ладно. Поели — пошли! У нас дела, — напомнила Мими подругам, кидая на тарелку несколько серебряных монет и поднимаясь из-за стола…

Десять минут неторопливой ходьбы по шумному, проснувшемуся Грейфорду, и троица подруг подошла к симпатичному двухэтажному домику с резными ставнями в конце тихой улицы. На крыльце стояли весёленькие цветочные горшки, на деревянных перилах были вырезаны забавные узоры, а внутри дома слышались звуки посуды и чей-то голос.

Лилит требовательно постучала в дверь, звуки в доме разом стихли, а через десяток секунд дверь открыл молодой мужчина с квадратной челюстью и тяжёлым взглядом. Он окинул девушек сверху вниз не сильно дружелюбным взглядом и грубовато бросил:

— Вам чего?

— Не желаете поговорить о демонах? — с серьёзным выражением лица выглянула из-за плеча Лилит Алиса.

— Чего⁈ — не понял хозяин дома.

— Не слушайте эту дурочку, — взяла переговоры на себя Мими. — Она у нас слегка блаженная. Мы из охранного участка. Пришли поговорить о нападении на вашу жену. Сеньора Рози Ризли дома?

— Дома…

— Мы можем войти?

— Входите, — мужчина хмуро распахнул дверь и сделал шаг в сторону.

Пропустил девушек внутрь, на секунду зачем-то выглянув наружу и быстро глянув по сторонам, прикрыл дверь и повёл юных служительниц закона по узкому коридору в просторную гостиную, где пахло свежеиспечённым хлебом и недоваренным супом. У окна стоял диван, пара кресел, а на стене, рядом с портретом грустного старичка, висел выцветший портрет весёлой и довольной жизнью старушки…

— Присаживайтесь, — буркнул хозяин и тут же громко выкрикнул в сторону: — Дорогая! Рози! Иди сюда!

Через пару мгновений в комнате появилась молодая, симпатичная девушка — лет двадцати, с круглыми глазами и немного растерянным выражением лица. Беременность подчёркивала её красоту, а выпирающий живот был явно на позднем