Реализм и номинализм в русской философии языка - Владимир Викторович Колесов

собственно системами они не являются. Реализм в принципе есть открытая система – ни в коем случае не норма, и потому не структурирован, выступает в многочисленных вариантах, в различной терминологии и в самом разном оформлении. Всё зависит от общей философской культуры автора, его взглядов, даже происхождения (большинство русских философов не русские по крови) и т.д. Такие оттенки не будем принимать во внимание при обобщении взглядов русских мыслителей. Разумеется, разграничение их по трем типам, указанным в § 2, обязательно проводится (1, 2, 3).

6. Субъект и объект

Относительно субъект-объектных отношений существует такое распределение.

1.

· Единение со своим предметом, который является частной стороной всеобщего духовного предмета – Бога («всё во всём»);

· это координация между субъектом и объектом, непричинное соотношение между ними (Лосский);

· обращенность объекта к субъекту («вся сфера живого единства субъекта и объекта»), поскольку противопоставленный нам объект отвлеченного содержания (Франк);

· проникновение субъекта в другой субъект, как в свой объект («в онтологии объекта»), что возвышает феномен до ноумена (Иванов).

2.

· Тождество субъекта и объекта (Бердяев);

· их изначальное единство («существование реальнее сущности»), т.е. синкретизм (Шестов);

· «предметно созерцать и мыслить», но не «личное, а предметное» (Ильин), что есть уже полный переход на гносеологический уровень, полностью завершенный у Андрея Белого («оживить абстракцию как объект», «воплотить слово») или у Кожева (тождество мысль – идея – человек [субъект мысли и носитель идеи]).

3.

· Собрать, соединить мыслимое сущее и уже существующее вне – субъект и объект – в проективном общем деле (Федоров);

· возможность двух путей – от субъекта к объекту и наоборот, соединение субъекта и объекта, слияние их (Флоренский);

· «принудительно данный объект мысли», существующий уже до мысли, необходимо преодолеть в единстве познающего и познаваемого, поскольку «гносеологический, кантовский, субъект есть ум ученого, препарирующего опыт» (Булгаков);

·онтологическое понимание мифа как основной структурной единицы культуры и признание важности движения субъекта к объекту, слово как мост между субъектом и объектом (Лосев).

Человек как потенциальный субъект в его существовании.

1.

· Проявление божественного в координации я – ты (Лосский), такая же философия вида и рода у Франка (соотношение я – ты с генерализацией в мы);

· человек не есть личность, а только движение к личности в соединении с Богом (обожение), но существует симфоническая соборная личность как целое (Карсавин);

· «человек, взятый в его вертикали, в его свободном росте вглубь и ввысь» (Иванов).

2.

· Человек как личность я (Бердяев);

· человек как индивидуум я (Шестов),

· как творец самого себя (Андрей Белый),

· как выражающий себя в тексте, слове или дискурсе (Ильин, Кожев и др.).

3.

· Человек как трудник (внесословный труд на общее дело: Федоров);

· триипостасность личности в проявлениях лика, лица и личины: он, а не я и не ты (Флоренский);

· человечность в проявлении той же троичности существа человека: соборность мы (Булгаков);

· свободная заинтересованность в творчестве: труд всего лишь опора творчества (Лосев).

Отношение к символу «свобода».

1.

· Свобода понимается как личная независимость (Лосский),

· соборность (Карсавин) или

· «торжествующее исполнение» (Иванов).

2.

· Свобода понимается как воля (Бердяев),

· существование («Existenz» есть свобода: Шестов),

· символ («только в символе дается свобода»: Белый);

· свобода подобает духу человека в творческом акте мышления (Ильин).

3.

· Свобода как единство в согласии и без розни, соборность общего дела, сыновство и отечество выше братства (Федоров);

· свободу в соборности принимают Флоренский, Булгаков, Эрн,

· свободу как свободу творчества – Лосев («странный вопрос: свобода творчества!»).

Отношение к символу «истина».

1.

· Истина как очевидность, как самосвидетельство предмета, поскольку истина конкретна (Лосский);

· истина проявляется в степенях как имеющееся – данное – очевидное (Франк);

· явление-символ как выход и дверь в тайну («миф – объективная правда о Сущем»; Иванов).

2.

· Истина ноуменальна, творится в субъекте и через субъект (Бердяев);

· истина то, что есть или кажется (кажимость), что открыто, а высвечивание сокровенных тайн единичного бытия самого мыслящего (душевная подлинность равнозначна правде);

· только отдельное, а не общее и не особенное («возврат к единичному», поскольку объекта для персоналиста нет) – Шестов;

· «приближаясь к безусловному, познаем идеи. Познание идей животворит» (Белый);

· не видимость, а сокровенная сущность есть истина (Ильин).

3.

· Истинная сущность мира и смысл жизни не внутри человека (это западноевропейская модель), истина приходит «извне» – от вещи, и «изнутри» – от мысли (Федоров);

· поскольку «истина как цельность сущего нам недоступна», к ней можно приблизиться в суждении через бытийную связку есть («там София»: Флоренский);

· истина не доступна, но возможна истинность (Булгаков);

· истина феноменологична (если идти от вещи), но в целом истина есть плеоназм закона тождества (Бог есть благо: Лосев).

Отношение к символу «ценность».

Человек в мире, в существовании, в творчестве как основная ценность признается всеми реалистами, хотя возможны выделения какой-то одной компоненты «блага»:

· красоты (Карсавин, Флоренский, Лосев),

· свободы (Бердяев, Шестов),

· совести (Иванов) или

· в целом жизни (живое: Федоров, Флоренский, Ильин: «только живое родит жизнь»).

· Андрей Белый «класс понятий о ценности» определяет общим термином «ценность как символ» и «смысл как ценность культуры»: «опять запросило сердце вечных ценностей».

7. Познание

Теория познания как самостоятельная часть философии не выделяется (Карсавин определенно утверждает, что гносеология – лженаука); можно говорить только о методе познания.

Метод познания:

1.

· Гносеологическое обоснование интуитивизма (Лосский) или

· утверждение, что познание всегда есть только констатация свойств, состояний в факте или в понятии (в интуиции) (Франк);

· интуитивное познание признает и Иванов, говоря о диалектическом методе «восхождения и нисхождения» от/к понятию-концепту.

2.

· Познание как «прорыв» к смыслу и истине (Бердяев) и

· признание чувственной формы познания как более ценной, поскольку «интеллект конструирует» (Шестов);

· для неокантианца Белого главное в гносеологии – это «выволочь символизм из критицизма» и тем самым оживить абстракцию;

· для неогегельянца Ильина главное – схватить сущность всего через самого себя (в единстве разума, воли и чувства человека), а

· для такого же неогегельянца Кожева – выявить значение слова в дискурсе и через слово познать сущность.

3.

· Не должно быть раздвоения разума на интеллектуальное и чувственное, не должно быть противоречия между умом и сердцем (Федоров);

· «метод познания определяется познаваемым» (Флоренский);

· «мышление само создает для себя предмет и проблему» (Булгаков) на основе многих предпосылок: «другими словами, оно всегда догматически обусловлено»;

· у Лосева диалектическая феноменология определяет пределы и качество познания.

Соотношение рационального и интуитивного также вполне понятно.

1.

· Для Лосского это – сверхрациональное,

· для Иванова – внерациональное,

· для Франка – сверхэмпирическое; поскольку ratio – конститутивный признак философии, интуицию следует подчинить разуму (Франк);

· три типа интуиции Лосского,

· «три веры» Карсавина и