Самгук саги Т.1. Летописи Силла - Ким Бусик

Биографии, часть 4. /22/

Ыльчи Мундок. Кочхильбу. Кодо. Исабу. Ким Инмун с добавлением: Яндо. Ким Ян с добавлением: Ким Хын. Хыкчхи Санчжи. Чан Бого с добавлением: Чонён. Садахам.

[45] “Исторические записи трех государств”, книга сорок пятая. /23/

Биографии, часть 5.

Ыльпхасо. Ким Хучжик. Нокчин. Миру. Нюю. Мёним Даппу. Сок Уро. Пак Чесан. Квисан. Ондаль. /24/

[46] “Исторические записи трех государств”, книга сорок шестая.

Биографии, часть 6.

Кансу. Чхоэ Чхивон. Соль Чхон с добавлением: Чхоэ Сыну. Чхоэ Онхви. Ким Дэмун. Пак Инбон. Вон Голь. Коин. Ким Унгён. Ким Сухун.

[47] “Исторические записи трех государств”, книга сорок седьмая.

Биографии, часть 7.

Хэрон вместе с отцом Чхандок. Сона вместе с отцом Хван Чхоном. /25/ Чхвидо вместе со старшим братом Пхипсиль и младшим братом Пуква. Нульчхве. Соль Кеду. Ким Рёнюн вместе с дедом Хымчхун и отцом Пангуль. Кванчхан. Ким Хымун. Рёльги вместе с Кугын. Пирёнчжа с сыном Кочжином и рабом Хапчолем. Чукчук. Пхильбу. /26/ Кебэк.

[48] “Исторические записи трех государств”, книга сорок восьмая.

Биографии, часть 8.

Хяндок. Сонгак. Сильхе. Мулькечжа. “Учитель” Пэккёль. Комгун. Ким Сэн вместе с Е Гыкиль. /27/ Сольго. Преданная дочь Чиын. Госпожа Соль. Томи.

[49] “Исторические записи трех государств”, книга сорок девятая.

Биографии, часть 9.

Чхан Чжори. Кэ Сомун с сыновьями Намсэн, Намгон и Намсан и внуком Хон сон.

[50] “Исторические записи трех государств”, книга пятидесятая.

Биографии, часть 10. /27/

Куне. Чин Хвон с сыновьями Сингом, Ёнгом, Янгом, Кымган и зятем Ёнгю. /28/

Содержание “Исторических записей трех государств”. [Конец]. /30/

ЛЕТОПИСИ СИЛЛА

КНИГА ПЕРВАЯ

ЛЕТОПИСИ СИЛЛА. ЧАСТЬ 1

Основатель — косоган Хёккосе. Чхачхаун Намхэ. Исагым Юри. Исагым Тхальхэ. Исагым Пхачжа. Исагым Гима. Исагым Ильсон

Основатель имел фамилию Пак, а звали его Хёккосе[205]. Взошел в начальном году уфын эры императора Сяосюаньди[206] из древней Ханьской династии, цикла капчжа, в четвертом месяце, в день пенчжин <некоторые говорят — 15-го числа первого месяца>, в возрасте тринадцати лет с титулом косогана. Государство называлось Сонаболь[207]. Первоначально пришлые из Чосона[208] расселились посреди гор и ущелий, образуя шесть деревень. Первая называлась деревней Янсан у [реки] Альчхон, вторая — деревней Кохо у [горы] Тольсан, третья — деревней Чинчжи <иногда называют деревней Учжин> у [горы] Часан, четвертая — деревней Тэсу у [горы] Мусан, пятая /31/ — деревней Кари у [горы] Кымсан, шестая — деревней Коя у [горы] Мёнхвальсан. Они являлись шестью общинами Чинхана[209]. Однажды старейшина деревни Кохо Собольгон[210], глядя на склон горы Янсан, на середину бора, что возле Начжона, увидел лошадь, которая стояла на коленях и рыдала. Тотчас же он направился туда, чтобы разглядеть ее, но лошадь внезапно исчезла, и осталось только большое яйцо, разбив которое, он обнаружил маленького ребенка. Он взял с собой ребенка и вырастил его. Когда минуло ему десять лет, он очень рано созрел в мудрости, поэтому люди шести общин, почитавшие его из-за удивительного происхождения, с этого времени сделали его князем. Чинханцы тыкву называли «пак», а так как большое яйцо, которое было вначале, напоминало тыкву, то и дали ему фамилию Пак[211]. Косоганом чинханцы называли вана <или некоторые считают, что это было звание знатного человека>.

В четвертом году [правления][212] (54 г. до н. э.)

Летом, в четвертом месяце, первого числа синчхук[213]было солнечное затмение.

В пятом году (53 г. до н. э.)

Весной, в первом месяце, в колодце Арен появился дракон, из правых ребер которого родилась девочка. Одна старая женщина, увидев это, удивилась и взяла ее к себе на воспитание, дав имя по названию колодца (Арен). Став взрослой, она отличалась огромными добродетелями, /32/ и, когда услышал о ней Основатель, взял ее в супруги. Мудростью своей она могла служить опорой дома, поэтому люди тогда называли их двумя святыми.

В восьмом году (50 г. до н. э.).

Люди Вэ [214] двинули войска, чтобы напасть на окраинные земли, но, услышав о священных добродетелях Основателя, ушли обратно.

В девятом году (49 г. до н. э.)

Весной, в третьем месяце, комета появилась у созвездия Ванян[215].

В четырнадцатом году (44 г. до н. э.)

Летом, в четвертом месяце, комета появилась у созвездия Орион.

В семнадцатом году (41 г. до н. э.)

Ван в сопровождении супруги разъезжал по шести округам, побуждая [население] к занятию полеводством и шелководством, чтобы полностью воспользоваться плодами земли.

В девятнадцатом году (39 г. до н. э.)

Весной, в первом месяце, пришли всем государством пёнханцы[216] и покорились.

В двадцать первом году (37 г. до н. э.)

Построили стольный город, который назвали Кымсон (Золотой город)[217]. В этом же году взошел Тонмён, основатель Когурё. /33/

В двадцать четвертом году (34 г. до н. э.)

Летом, в шестом месяце, в последний день имсин произошло солнечное затмение.

В двадцать шестом году (32 г. до н. э.)

Весной, в первом месяце, построили дворец в Кымсоне.

В тридцатом году (28 г. до н. э.)

Летом, в четвертом месяце, в последний день кихэ, произошло солнечное затмение. Пришли войска людей Наннана [218], чтобы напасть [на Силла], но, увидев, что люди [этого] края не закрывают по ночам дверей, а хлеба их остаются прямо на полях, сказали себе: «Народ этих мест не занимается воровством, и страну можно считать имеющей нравственные понятия. И если мы нападем на нее, тайно введя войска, то это не будет отличаться от разбоя, и разве не будет стыдно [совершить это]?» — и затем повернули назад.

В тридцать втором году (26 г. до н. э.)

Осенью, в восьмом месяце, в последний день ыльмё было солнечное затмение.

В тридцать восьмом году (20 г. до н. э.)

Весной, во втором месяце, отправили Хогона в качестве посла в Махан[219]. Маханский ван с упреком сказал Хогону: «Оба царства — Чинхан и Пёнхан — являются подданными нам государствами, но в последние годы не посылают положенной дани. Разве таким должен быть порядок служения старшим?» [Хогон] ответил: «С тех пор как начали править нашей страной две священные особы, дела у людей поправились, /34/ стали благосклоннее небесные стихии, кладовые наполнились хлебом, народ стал почтительным. И нас не могут не бояться все, от оставшегося населения Чинхана до людей