Попаданка и ее айдолы - Ива Лебедева

Одна надежда на то, что парень умеет не только обаятельно улыбаться, но и внимательно читать. Особенно мелкий шрифт в конце договора. А еще всякие дополнения и приложения к этому самому договору. Сноски на законодательство и другие документы. В общем, с богом, пацан, я за тебя искренне помолилась.

Уф-ф-ф, что за денек. Ладно хоть дальше все прошло по плану. Почти до самого вечера. Правда, я ничего не успела из того, что лично для себя наметила, Лео вцепился в меня мертвой хваткой. Если не шипел и не бухтел прямо в ухо, то не отпускал взглядом ни на минуту. И требовал внимания, словно капризный малыш.

Впрочем, я не роптала. Потому что парню пришлось нелегко без всяких поддавков. Пригодились и освежающие салфетки, и матирующие, и водичка в бутылочке, и обезжиренный йогурт с молотыми отрубями, и белковый коктейль…

Заездили нас к вечеру так, что до фургона оба натурально еле ползли. А там внутри я едва успела обиходить своего босса, чтобы переключиться на минимальную помощь остальным. Девчонок сегодня в машине не было, а вот вчерашний аутсайдер в маске — очень даже был. И примерно такой же замученный, как Лео. Нет. Еще сильнее замученный, потому что у него никакого личного стаффа от агентства не было.

Третьего участника от «Син-Син» я даже не разглядела, он сразу упал за вешалки и затих.

И чтобы совсем меня добить, уже в квартире, гораздо более скромной, чем апартаменты в башнях элитного центра, меня нагнал неожиданный и крайне неприятный телефонный звонок.

Прошлое Риты выбралось из темного чулана и от души отвесило мне пинка.

Глава 17

— Почему ты не сдала последний тест? — Мужской голос в трубке звучал сухо и сердито. — Ты забыла, о чем мы договаривались?

— Какой тест? — Я всерьез растерялась. Еще и потому, что телефон был не тот. В смысле, он лежал дома. Вот в этой квартире. В странной коробке на рабочем столе возле включенного компьютера.

— Не придуривайся. Ты прекрасно знаешь, что ректорат мне отчитывается о твоих успехах еженедельно! И в отчете черным по белому написано, что ты не изволила пройти вчерашнее тестирование! Может, мне отправить за тобой людей, чтобы вернули обратно? — продолжал рычать мужчина.

— Я просто забыла… — вот ни словом не соврала. И видимо, это было отлично слышно в моем голосе. И усталость, и растерянность, и ненаигранное огорчение. — Устала…

— Пересдача завтра, — все так же сухо, но чуть менее сердито выдал голос из трубки. — Еще раз забудешь — вернешься домой и будешь сидеть под замком. Без денег. Поверь, я найду способ заблокировать тебе доступ к наследству.

И звонок сбросили.

Я поморгала и лихорадочно полезла в список вызовов. Может, мне почудилось?

Увы. Не почудилось. Только что прервавшийся разговор висел на экране рядом с иконкой «Отец».

Я не успела ничего по этому поводу предпринять, потому что телефон снова зазвонил.

— Рита, совсем рехнулась?! — теперь голос был женский. — Я еле успела включить переадресацию! Какого демона ты не отвечала весь день?! Я задолбалась названивать!

— А… была на съемочной площадке. Там попросили отключить телефоны. — Интуиция подсказала, что этому голосу уже можно рассказывать правду. Да и воспоминания медленно начали проступать в голове, словно снимок на черно-белой фотобумаге, которую положили в ванночку с проявителем.

— И что?! Включила бы на вибрацию! Ты разве не понимаешь, что мы прошли буквально по краю?! Почему ты не прислала сделанный тест в деканат?! Ты ведь не только себя, ты и меня, и маму подставляешь! Мы согласились тебе помочь от доброты душевной, но только представь, что со всеми нами будет, если правда откроется. Откроется из-за твоей безалаберности и зацикленности на детских мечтах!

Я отодвинула телефон от уха и посмотрела на экран. Ага. Там значилось «Сестра». Вот так прямо с кавычками и значилось. И я даже поняла, почему так.

Сестра не родная. Вообще. Она дочь моей, в смысле Ритиной, мачехи от первого брака.

И она же, вопреки более чем холодным отношениям в детстве, вместе со своей мамочкой решила помочь Рите после проваленного дебюта и скандала в семье…

Добрые тетеньки, нечего сказать. О том, что готовится катастрофа, они обе прекрасно знали. И ничего не имели против. А вот потом…

А потом отец данного тела окончательно озверел. Чего не ожидали ни сестра, ни мачеха. Первую вместе со мной пинком отправили учиться за границу. Вторую, насколько я поняла, резко ограничили в расходах. Чисто чтоб никому неповадно было восставать против главы семьи. Мне прилетело за дело, им превентивно.

Иначе зачем бы они стали помогать Рите? По доброте душевной? Я не знаю, может, что-то такое там и водилось, но вот прежняя хозяйка тела в это не верила. Союз был вынужденным с обеих сторон.

Все три женщины были недовольны своим положением. Рита хотела в шоу-бизнес, ее сестра Эрика хотела веселой студенческой жизни богатой наследницы, души компании и заводилы, а никак не няньки при младшенькой. А «матушка» просто хотела денег и влияния.

Но нас с Эрикой отправили туда, где даже капиталы отца не кажутся чем-то выдающимся. И привычная для сестрицы компания, в которой она верховодила еще со школы, тоже осталась далеко. На новом же месте оказалось полно других претенденток на лидерство в студенческой общаге высшего уровня.

Короче говоря, чтобы выделиться и там, Эрике тоже были нужны деньги. И их теперь могла дать только я. Потому что Рита была дочерью не только своего отца, но и матери. А ее мать когда-то являлась самой богатой наследницей провинции. Она умерла, оставив все свое состояние мужу и дочери. Точнее, дочери под управлением мужа до совершеннолетия последней.

Рита вступила в права наследования как раз перед дебютом. Поэтому у нее были деньги. Основные капиталы, конечно, все равно контролировал отец. Но парочку счетов мать «припрятала» еще до своей кончины. И доступ к ним ее дочь получила от верных людей практически втайне от господина Яна.

Средства там имелись немалые. Но не было свободы действий.

И вот тут начинается настоящая «миссия невыполнима» в исполнении трех женщин.

Для всех за границу отправились обе дочери семьи Ян. Мачеха