Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

– Нет уж, князь обманул нас, – проговорила Хун, – стерпим его шутку и порадуем его тем же самым. У павильона Малый Камень привязана небольшая лодка. Давайте попросим Сунь Сань погрузить в нее цитру и вино и поплывем к Сопернику Луны.

Фея и Лотос одобрили план и тотчас спустились к реке, над которой ярко светила луна. Сунь Сань села за весла, Хун заиграла на флейте, Фея тронула струны цитры, Лотос начала читать стихи о луне.

А князь между тем играл одну мелодию за другой. Вдруг ветерок донес с реки неясные звуки. Ян отложил флейту и вгляделся в даль: легкая дымка стлалась над рекой, тихо несшей свои воды, кружились в воздухе чайки, плыла по течению лодка, в которой кто-то согласно играл на флейте и цитре, и чистый женский голос пел о луне. Госпожа Инь говорит Яну:

– Поверьте, это не Ли Бо, пытавшийся достать луну из вод реки Разноцветной Скалы, и не Су Дун-по, катавшийся по реке под Красной стеной, – скорее, это играют феи из Наньпу, что пугают владыку Восточного моря, или ушаньская дева, обманувшая чуского Сян-вана!

Князь приказал служанке окликнуть тех, кто в лодке. Тогда Хун, Фея и Лотос пристали к берегу и поднялись в павильон.

– Луна сегодня сияет для вас, – встретил их Ян, – а нам с госпожой Инь достались только крохи ее великолепия. Спасибо, что приехали и привезли луну с собой!

Хун отвечала так:

– А мы-то верили, что вы нас любите, ждали, что придете к нам! Но вам не захотелось смотреть на прекрасную луну в обществе немилых наложниц, и вы решили наслаждаться без нас! Вот и мы решили развлекаться одни: сели в лодку, стали играть и петь. Если бы вы нас не окликнули, нас бы здесь не было.

Все рассмеялись. Хун велела служанке принести из лодки вино и снедь, и начался веселый пир: любовались луной, пели и шутили. Кружились головы, все вольнее делались языки. Госпожа Инь обращается к Хун:

– Я слышала, что ваша флейта и флейта Феи звучат заодно. Не порадуете ли нас древней мелодией Лазоревого града и напевами Лотосового пика?!

Хун и Фея переглянулись и начали играть. Фея взяла на себя мужскую тему: холодный ветер завыл вокруг павильона, густые облака нависли над рекой, старик-дракон вспенил воды, всех охватил необъяснимый страх. Тогда Хун приложила к губам свою флейту и начала женскую тему: стих ветер, рассеялись облака, превратившись в легкую голубую дымку, на берегу появились гуси и чайки и пустились в пляс. Затем мужская тема и женская слились и зазвучали вместе: высокие звуки поднялись до неба, низкие растеклись по холмам и рекам: услышит мелодию веселый человек и начнет пританцовывать, услышит печальный – зарыдает в тоске еще горшей!

Тем временем госпожа Хуан ощутила, что роды приближаются, и послала служанку за князем. Вместе с госпожой Инь, Хун, Феей и Лотос он поспешил к павильону Мужнина Утеха, но опоздал: госпожа Хуан успела разрешиться от бремени и произвела на свет сына. Все подбежали к новорожденному: цветущий, прелестный младенец, и родился в шелковой рубашке! Поглядеть на внука пришли и родители князя. Старый Ян говорит:

– Младенец в рубашке – счастье для дома, бесценный дар Неба. И потому назовем мы его Ши-син, что означает Звездный Дар!

Князь, улыбаясь, обращается к госпоже Хуан:

– Мальчик резвый, весь в деда! Значит, долгий будет у него век!

А Сын Неба, расставшись с Яньским князем, каждый день справлялся у князя Шэня, нет ли вестей из Звездной Обители. Кончилось лето, наступила осень, прохладный ветер закружил в воздухе красные листья кленов, затрещали цикады, тоскуя по Люй Цзу-цяню. Распустились цзяндунские лотосы, пытаясь развеять печаль Чжан Ханя.

Князь Шэнь предложил императору совершить прогулку по горам и рекам, чтобы отвлечься от мрачных дум. А что из этого вышло, вы узнаете из следующей главы.

Глава пятьдесят четвертая. О том, как, покинув дворец, князь Шэнь навестил друга и как князь Ян сложил стихи для Сына Неба

Выслушав предложение князя Шэня, император сказал:

– Матушка наша слишком стара и не хочет отпускать от себя детей надолго. Поэтому мы не можем ехать с тобой далеко. А самое правильное – совсем никуда не уезжать. У нас в саду есть и холмы и ручьи, а в середине пруда мы выстроили даже Три горы. Мы просто погуляем с тобой возле дворца!

Князь Шэнь почтительно отвечал:

– Чувствуя себя не слишком хорошо все последнее время, я возмечтал об отдыхе среди природы. Меня давно приглашает к себе князь Ян. В его поместье под названием Звездная Обитель высится красивая гора Красный Зонт, есть там и много другого любопытного. Было бы чудесно съездить туда, навестить друга и отдохнуть от забот.

Император улыбнулся.

– Выслушали мы тебя, и нам тоже захотелось развеяться среди зеленых дерев на горных склонах. Но монарх не волен поступать по своему желанию, и потому мы отпускаем тебя одного.

Князь, не откладывая, вызвал наложниц и говорит им:

– До недавних пор я не имел друга и потому все дни проводил с вами, слушая музыку или гуляя по горам и по берегам рек. Однако теперь друг у меня появился, и я еду к нему в Звездную Обитель, чтобы полюбоваться красотой горы Красный Зонт и насладиться приятной беседой! Князь Ян мне что родной брат, и я хочу взять вас с собой, чтобы проводить время как Се Ань в Дуншани или незабвенный Ми Фэй!

Принцесса узнала, что супруг собирается уехать, и напутствовала его такими словами:

– Скоро пятнадцатый день восьмой луны, полнолуние. Ночью в небо выйдет круглая луна и будет светить ярче, чем когда-либо. Почему бы вам не проделать свое путешествие к другу по реке?! Сядьте в лодку, возьмите с собой вина и флейту и плывите в Звездную Обитель под полной луной. Погостите у князя Яна и приглашайте его к нам! Вспомните, как в подобном случае поступил Чжан Сянь!

Между тем Ян, который днем пребывал у себя в покоях, а вечерами прогуливался с наложницами по окрестностям, зашел как-то в павильон Багряное Облако и, застав там Хун, Фею и Лотос, говорит им:

– Завтра шестнадцатый день восьмой луны – некогда в ночь перед этим днем танский Мин-хуан и Ян-гуй фэй поднялись во Дворец Простора и Стужи, чтобы насладиться пением фей в радужных юбках и нарядах из перьев. Хотя мне далеко до Ли Сань-лана, а Звездную