Самый длинный месяц - Евгений Ерин

-Угроза вторжения чрезвычайна! Вторжение будет! И если вторгнувшийся враг победит – это будет означать смерть всем жителям Земли!.. – выступающий замолчал. Я, скосив глаза, осмотрелся. Длинный ряд молодых людей в разношерстной спортивной форме стоял, не шелохнувшись. Я тоже стоял в этом ряду крайним справа. Выступающий продолжал по сценарию, я его не слушал.

-…Вольно! Для записи по специальностям – разойтись!

К человеку в темно-синей форме со знаками ВКС направилась бОльшая часть будущих курсантов. Десантник в традиционном берете прищурившись смотрел на меня… Но я знал, что ни десантник, ни пилот не смогут остановить вторжение. Сможет ли универсальный техник?

На краю плаца были установлены три палатки. Я направился к средней, где стояла маленькая очередь ничем не примечательных скромных парней.

На итоговом построении вышли из строя и были уведены будущие пилоты. Прочим же – кто сам выбрал путь техника и кому было отказано в чести стать пилотом, было скомандовано:

- Направо! Шагом марш! – в «Техничку» (учебную часть по подготовке универсальных инженеров по проектированию, разработке, изготовлению, сборке, наладке и ремонту военного оборудования и вооружения).

Учёба напоминала не армию, а интенсивный курс политехнического института. Утром зарядка, кросс 5 км, затем теория, обед – практика – ужин – теория или практика. Стрельба из личного оружия – 1 час за весь период обучения. Я очень многое узнал про нанотехнику, робототехнику, оптоэлектронику, материаловедение, лазерное и импульсное оружие, сварку в вакууме, генераторы сверхмощных полей и прочее. Через 1,5 года 10 человек из нас отправили изучать термоядерные реакторы. А ещё через 6 мес четверо из нас попали на «Орёл» - на обслуживание основной и вспомогательной энергетических установок – матросами-техниками. Я смог стать одним из избранных.

Главная энергетическая установка давала ход крейсера как внутри системы, так и выход в подпространство, и преодоление порога кротовьей норы.

- Зачем же тогда вспомогательная установка, да еще такая же мощная? – спросил я старшего техника вспомогательной энергоустановки – Степана Михайловича Рыбакова, или просто – Михалыча. Немного помолчав, Михалыч ответил:

- Про Чудо-Пушку слышал, конечно? Да, про пушку с антивеществом. Так вот, вспомогательная установка вырабатывает энергию для генераторов полей, кои поля удерживают запас антиматерии от контакта с материей. Поэтому вспомогательная установка работает постоянно, тогда, как основная – только для перемещения крейсера и для выстрела Пушки. Молись всем богам всех цивилизаций, как я, чтобы установка не встала – ибо тогда будет Большой Писец. Какой-какой… Такой: антиматерия, не удерживаемая магнитным полем, начнет разлетаться во все стороны, соприкоснется с материей и произойдет… Да не вспышка, невежественный ты романтик, а аннигиляция. Запаса нашего антивещества хватит, чтобы исчезло 1023кг материи. Это приблизительно массы девяти Лун. Нашей эскадры точно не будет. Да, энергетические установки надёжные. Но пушка с антиматерией – вещь новая, её спешно, без достаточных испытаний, установили на крейсер. По сути - это экспериментальный образец. Самое узкое место – взаимодействие частей. Например: перед выстрелом антиматерией потребна дополнительная мощность, а сможет ли вся эта система, включая и наш термоядерный реактор, сработать так, чтобы в хранилище антиматерии тригонометрия магнитного поля сложилась расчетным образом? Вот и я не знаю.

Сколько в словах Михалыча было своеобразной бравады, знает только он сам. Но у меня начал прорисовываться некий план. Я начал рьяно изучать матчасть – от самого реактора, его вспомогательных механизмов, до работы всей цепочки – реактор-генератор магнитного поля-хранилище антивещества-«пушка». Так я с удивлением узнал, что «пушка» не имеет ни дула, ни толкающего заряда. Просто между космосом и магнитным полем убираются все стенки, в заданном секторе магнитного поля на 3*10-9 сек ослабевает напряженность магнитного поля и частица антиматерии вылетает со скоростью света. Причем в прочих секторах напряженность магнитного поля перед «выстрелом» экстремально повышается, что создает необходимый импульс для «выстрела».

Особый интерес для меня представляла работа ИскИна вспомогательного генератора и ИскИна генератора поля – алгоритм их взаимодействия. Я с удивлением узнал, что они не подчиняются ИскИну корабля – только информируют его о своем текущем состоянии. Их взаимодействие напоминает работу по договору добросовестных, но равноправных и независимых партнеров. Михалыч объяснил, что в работе этих ИскИнов было столько нюансов, а каждое мгновенное состояние требовало незамедлительной коррекции, что решено было пойти по пути партнерского взаимодействия ИскИнов, исключающего иерархию. Банально не успели, в связи с необходимостью выставить оружие прямо сейчас.

Михалыч, видя мой энтузиазм, тихо (и, как он умал, незаметно) посмеивался в усы. Но меня зауважал и даже выделил своё собственное рабочее место с компьютером и доступом в корабельную сеть с правом в части касающейся. Мои действия контролировались всеми ИскИнами, поэтому Михалыч не опасался, что я что-то натворю.

- Это - рабочее место тестировщиков из Новосибирского института. Они тут подключали шунт с основного энергогенератора, когда подбирали параметры в разных режимах.

- И что, много они могли забрать энергии от основного генератора? – спросил я невинно.

- Да сто процентов могли. Но не боись, сейчас этого не требуется – просто не было времени демонтировать. Вот видишь щиток основного коммутатора – он заварен, подключена сигнализация, - он продолжил:

- Слушай приказ! Я поручаю тебе организовать здесь боевой пост. Место удачное – хорошая связь, контроль всех параметров, близко к обслуживаемому оборудованию. Поставить здесь шкаф с аварийным скафандром. Это помещение – под необходимые инструменты. В эту нишу – сервисные роботы. Назначаю тебя старшим поста.

Когда Михалыч ушёл, я открыл схему энергетических кабелей и обалдел: за этим хлипким щитком находилась самая уязвимая точка всей эскадры – сюда подходили силовые кабели от основного и резервного энергогенераторов и начинался единственный кабель к генератору магнитных полей.

План окончательно сформировался.

Вечером (по земному времени) передали уже известное мне выступление Генерального секретаря ООН Кришнавени Гади. После ужина вместо отдыха я занимался организацией боевого поста. Всё должно случиться завтра.

Наутро сыграли боевую тревогу. Я одел скафандр, как и требовал Устав корабельной службы, и занял пост. Камеры наружного наблюдения передавали как корабль триффидов состыковался с нашим, как соединились шлюзы, как выключились двигатели «гостя». Пора.

Я блокировал двери изнутри. Роботы техпомощи были выключены. Плазменный резак я демонтировал с одного из них еще вчера. Восемнадцать упаковок с пирогелем для резки брони в вакууме я положил под щитком. Ожил корабельный интерком:

- Всем членам экипажа без исключения собраться в спортзале. Повторяю, членам экипажа без исключения собраться в спортзале…

- Значит, корабль захвачен триффидами, - я