Антропология и современность - Франц Боас

Это ложное восприятие расы как истинного воплощения культуры какой-либо национальности, предположение о тесной взаимосвязи между расой и культурой прочно укоренилось в сознании везде, где преобладает тевтонский, немецкий или англосаксонский тип, как бы его ни называли, или где итальянская раса превозносит свое былое величие и добродетели.

Хотя европейцы начинают понимать, что в каждой национальности встречаются люди самых разных типов, распространено убеждение, что в этой смеси все еще сохраняются некие чистые типы, обладающие качествами, которые делают их истинными носителями национальной культуры. Считается, что местные «расы», среди которых эти «чистые» типы исчезли или находятся в процессе исчезновения, рискуют потерять свою национальную культуру. А потому некий идеальный тип призывают следить за тем, чтобы так называемые низшие типы его не поглотили и он сохранил свою чистоту, а вместе с ней и свою национальную культуру. Примером тому служат некоторые объединения в Германии, куда принимают только светловолосых людей, и еще больше объединений, в которые не принимают евреев.

В той же мере это представление укрепилось и среди нас самих, ибо нас преследует страх зловещего нашествия «низших» рас из Восточной и Южной Европы, смешения американского народа с этими типами, мол, так мы утратим характерные умственные черты, присущие северо-западным европейцам.

Следует помнить: люди чистого происхождения или чистого расового типа не встречаются ни в одной части Европы. Об этом свидетельствует распространение различных форм телесного облика. И хотя светловолосый тип действительно встречается в настоящее время преимущественно среди тевтонских народов, он ими не ограничивается. Такие люди встречаются среди финнов, поляков, французов, северных итальянцев, не говоря уже о берберах Северной Африки и курдах Западной Азии. Более грузный и темный восточноевропейский тип характерен для многих славянских народов Восточной Европы, немцев Австрии и Южной Германии, северных итальянцев, французов из Альп и Центральной Франции. Средиземноморский тип широко распространен в Испании, Италии, Греции и на побережье Малой Азии, пересекая какие-либо национальные границы. Если учитывать иные различия в облике, легко можно выделить и иные местные типы. Они также будут привязаны к определенным территориям.

В Западной Европе от севера к югу типы сменяют друг друга пласт за пластом: у северных жителей волосы светлые, в центре расположен более темный тип с округлой формой головы, на юге – средиземноморский тип небольшого роста.

В то же время на север и юг простираются государственные границы в Центральной Европе. Оттого многие жители Северной Франции, Бельгии, Голландии, Германии и Северо-Западной России схожи по типу и происхождению; многие жители Центральной Франции, юга Германии, Швейцарии, Северной Италии, Австрии, Сербии и Центральной России представляют собой схожие человеческие типы; а жители юга Франции близки к типам Восточного и Западного Средиземноморья.

Тому, как это произошло, существует множество исторических свидетельств. Показательно будет сопоставить германцев и славян. В первые несколько веков новой эры, в период переселения германских народов, славяне поселились в регионе, из которого германские племена ушли. Они заселили всю территорию нынешней Восточной Германии, но их население, по-видимому, было немногочисленным. В Средние века, по мере роста Германской империи, началось медленное движение назад. Немцы-переселенцы занимали славянские территории, так что постепенно немецкая речь стала преобладать над славянской и сформировалось население смешанного происхождения. В Германии пережитки этого постепенного процесса можно обнаружить в отдаленных местностях, где до сих пор сохранилась славянская речь.

По мере того как в результате столкновения с более развитыми немцами культура и экономика славян улучшались, а их численность и богатство росли, росло и их сопротивление немецкому влиянию – в первую очередь среди чехов и поляков, а затем и среди других славянских народов. Позднее, вследствие аналогичного процесса, дальше на востоке произошло смешение польского, литовского и русского населения.

Этим объясняется нынешнее распространение языков, которое выражает упрочение немецкого внедрения на восток и наглядно показывает взаимопроникновение народов. Польша и часть России, славянские и мадьярские территории перемежаются небольшими немецкими поселениями, которые чем восточнее, тем более редки и разбросаны; а чем ближе к Германии, – по крайней мере до недавнего систематического преследования немцев в Польше, – тем на большие территории простираются.

С ростом экономической и культурной мощи славян германцы утратили способность навязывать им свой образ жизни, а вместе с ним и силу ассимилировать народ, превосходящий их в численности на его же территории. Но, невзирая на язык, по крови все эти люди едины.

Процесс германизации славянских народов в Средние века теперь можно наблюдать в Мексике, где индейская речь и культура уступают место испанской. Каждый город служит центром испанской речи, которая, благодаря экономической и культурной силе города, распространяется на все окружающие его земли.

Французские гугеноты, бежавшие от религиозных преследований и осевшие в Германии, полностью ассимилировались, хотя французская школа, где учились их дети, до сих пор сохранилась как французская гимназия. Переселившиеся в Париж эльзасцы стали французами и по языку, и духу; русские ассимилировали немцев; шведское дворянство во многом состоит из потомков дворян иных стран. Анализ происхождения населения каждой части Европы доказывает, что смешение шло в течение длительного времени.

Смешение различных групп можно проследить на примере переселения племен в доисторическую эпоху и в Античности: дорийское вторжение в Грецию, переселение кельтов в Испанию, Италию и на восток вплоть до Малой Азии; переселение германцев, которые прошли через всю Европу от Черного моря в Италию, Францию, Испанию и далее в Африку; проникновение славян на Балканский полуостров и их распространение на востоке России и в Сибири; финикийская, греческая и римская колонизация; странствия норманнов; экспансия арабов; крестовые походы – все это лишь малая часть из важных событий, которые способствовали смешению европейского населения.

В каждой отдельной европейской национальности представлены различные типы населения этого континента. Нет ни единого доказательства того, что какой-то из типов в пределах одной национальности есть носитель определенных психических и культурных черт. Напротив, нам встречаются люди одного типа, но разных национальностей, ведущие себя в соответствии с моделью их национального поведения, и люди самых разных типов, но одной национальности, ведущие себя одинаково.

Эта точка зрения подтверждается тем, с какой готовностью мы по внешнему облику людей определяем их как представителей той или иной национальности. Такого рода умозаключения отнюдь не однозначны и лишь отчасти основаны на характерных особенностях внешности, таких как цвет волос и глаз, форма лица и рост. Гораздо большее влияние здесь оказывает манера причесывать волосы и бороду, а также особенности речи и движения, определяющиеся не столько наследственностью,