Проклятый старый дом - Евгений Владимирович Степанов

— Не свисти, — сказала она. — Денег не будет. И так пол сада насмарку и никакого результата.

— Как будто свист тут поможет. На! — Женя недовольно всучил кинжал девушки и, потирая затылок, развернулся. — Сами разбирайтесь, что это за хрень такая, — он вышел с кухни. Через полминуты недовольно хлопнула входная дверь в дом.

— Ишь ты, — протянула Лика, рассматривая кинжал. — Прикольная вещица.

— Ага, — кивнула Настя. — Интересно, а сколько ещё таких безделушек по дому разбросано?

Через час вновь вернулся Женя.

— Пить хочу, — пояснил он на ходу девушкам, отдыхавшим на креслах у камина.

И тут его нога наступила на ковёр, которым сам же Женя закрыл дыру в полу. С криком молодой человек поехал вниз. Две соседние половицы также проломились, и молодой человек скрылся в получившемся проёме. Он сел на ковёр уже в подполье. Сверху упал кусок доски половицы и ударил Женю по макушке головы. Сам Женя замахал рукой перед лицом, отгоняя облако пыли, поднятое им при падении. Лика с Настей тут же подскочили к дыре в полу и заглянули в неё.

— Ну что? — усмехнулась Лика. — Ремонтник хренов. Довыпендривался?

— Лика, иди в жопу… — пробурчал Женя.

— Ха! Иди в жопу. Вот теперь с тебя три доски. И мне совершенно без разницы, где ты их будешь брать. А вот коврами заделывать эту дыру я тебе больше не дам.

— Да мне на фиг эта дыра не нужна, — ответил Женя. — Сама её заделывай, — и тут он увидел за углом фундамента край какого-то ящика, похожего на гроб. Молодой человек присмотрелся, но за пеленой пыли и ряда паутин, к тому же, почти в темноте — свет проникал в подполье только через зазоры в половицах, непокрытых коврами — было плохо видно.

— Мне плевать, что меня не найдут хозяева этого сарая, — сказала Лика. — Но последние дни я хочу провести, хотя бы в относительном комфорте. Поэтому, заколачивай эту дырку, чем и как хочешь. Хоть забор разбирай, но доски достань!

— Заткнись на минуту, — Женя поднялся на ноги. Его грудь оказалась на уровне пола. — Так, Лика, Настя, кто-нибудь, вообще, будьте так любезны, установить надо мной тишину и принести мне фонарь.

— Да ты сам, как фонарь! Отсвечиваешь здесь, а толку мало, — махнула Лика рукой. Настя принесла фонарь и подала его молодому человеку. Женя снова нырнул под пол и попытался подойти ближе. Но паутина с клочьями пыли, свисающими с пола, не дали ему продвинуться дальше метра. Женя осветил светом фонаря ящик. Он, действительно, походил на гроб. Тогда молодой человек снова дошёл до ковра и высунулся из подполья в дом. Он начал подниматься над полом и опускаться вновь, прикидывая, под какой из комнат мог находиться гроб.

— Ты что делаешь? — насторожилась Настя. Лика махнула рукой и, развернувшись, пошла в сторону кухни.

— Так, — задумчиво произнёс Женя. — По-моему, он находится под кухней.

— Кто? — не поняла Настя.

— Сейчас узнаем, — ответил Женя и вылез из подполья, направившись на кухню. Здесь он бегло осмотрел пол.

— Где-то здесь должен находиться вход в подполье, — сказал Женя.

— Тебе на кой? — спросила Лика.

— Он там, явно, что-то интересное увидел, — догадалась Настя.

— Сейчас узнаем, что я там интересное такое увидел, — Женя начал передвигать напольные коврики. И тут его внимание привлёк ряд половиц. Три доски были прибиты к бревну, явно, свежими гвоздями. Эти три половицы выглядывали из-под маленького шкафчика, находившегося под окном второго этажа.

— А это что? — Женя пригнулся к ряду гвоздей и провёл по нему рукой. — Это точно недавнее, — он посмотрел на шкафчик. — Ну-ка.

Молодой человек начал отодвигать шкафчик от стены. Настя принесла из сарайчика гвоздодёр. Женя убрал шкаф и начал выдирать доски. Под ними, действительно, оказалась лестница, идущая до самой земли.

— Глянь, — усмехнулась Лика. — Точно подполье.

Женя спустился вниз и оказался у ящика, который заметил из гостиной. Это был гроб. Девушки встали на колени и заглянули в подполье.

— А это что? — спросила Лика, указывая на гроб.

— Это гроб, — ответил Женя. — Ни хрена они его не зарывали в землю, а тупо спустили сюда и заколотили вход.

— То есть, — произнесла Настя, возмущённым голосом. — Всё это время мы завтраки, обедали и ужинали над трупом.

— Получается, что так, — вздохнул Женя. — Ну, наследнички фиговы, вас бы, уродов, сюда в этот дом, да ночь закрыть.

— Ну и что делать будем? — спросила Настя.

— Оставим, как есть, — ответила Лика. — Зачем нам ещё и с гробами связываться?

— А есть где?! — чуть не крикнула Настя. — Я не хочу жрать на костях покойника.

— В гостиной, — ответила Лика.

— Там дырка в полу, — развела Настя руками. — Поставим стол, а из-за него можно и не заметить её.

— Ну, тогда в спальне, — отмахнулась Лика.

— Ещё лучше, — кивнула Настя. — Я с кастрюлями и тарелками бегать по лестнице не собираюсь. И, мы, кстати, после шести не едим. А если постель борщом пропахнет? Я же не усну.

— Точно… — задумалась Лика, почесав затылок. — Блин, Женя. Придумай что-нибудь.

Женя встал на нижнюю ступень лестницы и выпрямился в полный рост.

— Я предлагаю похоронить его по-человечески, — сказал он.

— Что?! — крикнули девушки в один голос. — У тебя крыша поехала?

— А вам приятно находиться в доме, где лежит покойник?! — крикнул уже Женя.

— Нет!!! — опять крикнули девушки в один голос и продолжили в разброс. — Он там лежит чёрт знает сколько, вот пусть и лежит!.. Я не хочу ворочать гроб с телом!.. А если он из гроба полезет?.. А если гроб треснет и из него всё посыплется?!. Его же надо будет через дом нести!.. — и уже хором добавили на послесловие. — У тебя все дома?!

— Значит, так! — повысил голос уже Женя. — Не знаю, какие ритуалы вы собрались там проводить. Но я знаю одну такую, довольно-таки, интересную вещь — пока не придадут тело земле, душа покойного может шараёбиться по земле до скончания времён!

— Ты дебил! — крикнула Лика. — И где ты его собрался закапывать? В подполье?

— Нет! — резко ответил Женя. — Можно, — он покачал головой. — И в саду зарыть. У меня там, как раз, несколько могил уже вырыто. Правда, пустых. Но это дело не меняет.

— Ну, хорошо, — сказала Настя. — Я тогда тоже знаю одну не менее интересную вещь — покойника надо не только зарыть, но ещё и отпеть по церковным обычаям.

— Вот! — Лика указала на подругу.

— И как ты собрался это делать? — продолжала Настя. — Сюда ни один поп добровольно не сунется, разве, что за его сокровищами и то под покровом ночи, чтобы его