Аморал - Михаил Багров

Интересно, у всех кланов родовые алтари так выглядят или этот антураж чисто для некромагов?

Я взял ритуальный нож и, не раздумывая, резанул по ладони. Кровь обильно потекла в углубление, пропитывая старые кости, а спустя мгновение на меня пахнул могильный холод.

Ну, здравствуйте, предки. Давно не виделись.

Глава 8

Зрение из объёмного превратилось в туннельное, заставляя сосредоточиться на фигуре, стоящей за алтарём. Предметы за пределами этого туннеля смазывались в нечёткую картинку, а при попытке их рассмотреть я заработал очередную порцию головной боли.

— Ты не Пётр! — грохнул сплав из тысячи голосов, что говорили одним ртом.

— Да и вы не гурии, которых мне обещали, — поморщился я. Обязательно так орать?

— Где Пётр⁈ Мальчик погиб, но сосуд не заполнен! — мелкие камушки запрыгали по полу, а по моему телу прошла вибрация, поднимаясь от груди к горлу, от гула разъярённых голосов. Ещё немного и мои внутренности устроят праздничный фейерверк от такого звукового давления.

— Ещё как заполнен, хмыри вы древние, — сиплю я с трудом, ибо голосовые связки напряжены до предела и каждое слово приходится буквально выталкивать. — Но если вы сейчас повысите свой голос ещё хотя бы на октаву, то не будет у вас ни Петра, ни меня, ни сосуда. Только сраный Мухин во главе клана.

Мои слова подействовали очень вовремя, потому что я уже чувствовал, как начинают рваться мышцы и лопаться капилляры.

В воцарившейся тишине я рухнул на колени, как подкошенный.

— Кха! — густой сгусток крови заляпал подножие алтаря. — Охренеть вы гостеприимные конечно.

— Кто ты? — голос всё ещё объёмный, но его можно терпеть. Чувствую, как на меня через одну пару глаз смотрят тысячи. Жутковато, если честно.

— Тот, кто сможет вернуть величие этому клану.

Самоуверенно, да. Но это единственное, что я могу предложить за их помощь и признание меня наследником. Без этого я вряд ли долго протяну в этом мире. В Клоаке всё было просто и понятно, а на свободе можно вывих мозга заработать от технического прогресса и интриг. И если с первым я худо-бедно справлюсь, то второе без сторонней помощи уже не вывезу.

Нет поддержки духов клана — ограничение в магии. А ограничения в магии помноженные на адамантовые браслет, всё равно что и нет никакой магии.

Конечно, были подозрения, что у меня как у некроманта должно быть больше возможностей для подпитки своего внутреннего источника, не зря же вон отверженный Мухин потроха по всему дому раскидал и кишки как гирлянды развесил. Явно искал другой метод, не требующий одобрения духов. Но я сомневался, что этот метод был правильный, и в том, что мне дадут достаточно времени, чтобы его найти.

— Не сможешь. Пётр может. Пётр был великим. Мы были великими, — голоса опять заволновались.

— И снова будем, — мой голос звучал твёрдо, как скала. Сейчас вообще нельзя допускать и тени сомнения. Они достаточно отчаялись, чтобы убить последнего наследника и попытаться вселить в него душу Петра. Хрен их знает, как они поступят с чужаком, если решат, что для клана Вороновых всё кончено.

— Будем? Будем! Будем! Будем! — неуверенность сменилась решительностью. Тысяча голосов звучали ликованием, и решение было принято.

Лавина информации обрушилась на меня, пригвоздив к бетонному полу. Вековая история клана хаотично вливалась мне в голову. Ещё немного и мозг начнёт плавиться от перегрузки. Духи, почувствовав моё напряжение, немного сбавили напор и я хотя бы дышать смог не через раз.

— Выполни обещание, пришлый, — прогрохотали они, когда поток информации наконец-то иссяк, — иначе смерть!

Фигура за алтарём рассыпалась прахом, возвращая мне периферийное зрение. А вот головную боль могли и с собой забрать, не обиделся бы.

Я лежал на холодном полу и пытался разложить по полочкам то, что узнал от духов. Полезного, на самом деле, было мало. Если коротко, то когда-то клан Вороновых был великим. Некроманты, приближённые к самому императору. Это сейчас есть правящие кланы, а тогда власть была сосредоточена в руках у одного человека, для которого кланом являлась вся Империя.

Сильнейшие из Вороновых могли поднимать мёртвые тела одним только щелчком пальцев и спокойно путешествовать как в мире живых, так и в загробном мире. А также призывать души мёртвых, создавать скелетов из одной только песчинки костной пыли, перекачивать энергию жизни и смерти без каких-либо трудностей и повышать потенцию.

Ну ладно, про потенцию я придумал. Но послушать духов, и их клан был чуть ли не богами в человеческом обличии. И в этом была основная проблема, вся информация была настолько пропитана их эгоцентризмом, что вычленить из неё что-то достойное внимания было очень сложно.

А ещё их зацикленность на Петре раздражала. У них был прямо культ, посвящённый юному, но очень талантливому Петру Воронову. Парень исчез при загадочных обстоятельствах и после этого клан начал слабеть. Неудачи посыпались на них одна за другой, как будто кто-то пришёл стребовать с клана плату за предыдущее благополучие.

Сначала был загадочный мор, который выкосил половину некромантов, но больше всего досталось Вороновым. Один за одним умирали самые талантливые, оставляя тех, в ком родовая магия текла слабым прерывистым ручейком.

Затем пришла скверна и люди, недолго думая, спустили всех собак на некромантов. Теперь стало понятно, почему такое отношение к этому типу магии. Общество лихорадило несколько лет, а на некромантов устроили настоящую охоту. С огнём и инквизицией. Потом всё успокоилось конечно, но скверна и нелюбовь к некромантам осталась. А Вороновы растеряли и былое могущество и что самое важное — знания. Магов, способных путешествовать по загробному миру, не осталось, а первый клановый алтарь появился гораздо позже, вот и пришлось довольствоваться обрывками знаний и мечтами о возвращении своего прежнего статуса одного из великих кланов Империи.

Что со всем этим делать я пока что слабо представлял. Я надеялся получить больше от общения с предками, а получил лишь обрывочный набор историй и культ во имя Петра. Магические техники, которыми со мной поделились духи, тоже доверия не вызывали.

То есть, они конечно работали, я был в этом уверен, но как-то однобоко и топорно. Сложно передать свои ощущения, но это было похоже на то, словно при помощи одной ржавой тяпки пытаешься вскопать огромное поле. Это вообще никак не сходилось