Ведьма для охотника - Татьяна Чащина

— Юля, я вас представлял совершенно по-другому, — он усмехается, оглядывается по сторонам. — Мне сказали, что вы… боевая. Активная.

Выдыхаю, больше не улыбаясь.

Внезапно так надоедает строить из себя приличную девушку, которая ходит на свидания вслепую и готова к отношениям.

Не готова я.

Мне тяжело, вздыхаю. Пью вино. Я вообще зря согласилась на этот выход.

Всего две недели прошло с тех пор, как я вернулась в Санкт-Петербург.

Из тайги по трассе, попала в одно поселение, добралась до связи… И выяснила, что меня никто не искал, оказывается! МЧС известили, что я поменяла тур на индивидуальный… Сука Юра! Кто он такой вообще? Как сумел это провернуть? И собирался ли признаваться?

Скорее всего, нет…

Итог моего приключения в тайге неутешителен.

Израненное самолюбие, растерзанная душа, потраченные нервы… И постоянное ощущение, что я что-то неправильно сделала, не так… Что надо было оставаться. Разбираться с ним… Выяснять.

Короче говоря, синдром жертвы во всей красе.

Надо бы лечить, но как?

Мстить?

Юру можно было бы найти и даже наказать… Но за что?

Тут , во-первых, сама дура - поверила и прониклась к дикому голодному мужику, повела себя, как самка течная, забыла обо всем на свете…

И во-вторых, его можно понять в этой ситуации. Если отвлеченно рассматривать, не применимо ко мне.

Если применять, то, понятно дело, все очень больно и тяжело…

И да. Сама дура потому что.

В самом начале, когда меня отправили домой, все было хорошо. Насколько это возможно, конечно.

Ехала я бодренькая и счастливая, что выбралась. Первые четыре дня после - вообще существовала только на своей злобе и отчаянии… Строила планы мести.

Жу-у-уткие!

Особое место в моих планах занимал момент приползания раскаявшегося Юрия на коленях…

И мои глубокомысленные размышления на тему: прощать-не прощать. И как прощать. И в каких позах прощать…

Ну и так далее, по плану.

Я ведь так на него злилась!

Сбрила все волоски на теле, посетила все салоны красоты, какие только нашла, обрезала волосы по плечи и даже думала над более кардинальной сменой внешности… Губы, там… Или даже нос…

Дела на фирме за время моего отсутствия тоже приостановились, что лишний раз показывало, кто у нас главная движущая рабочая сила.

Я погрузилась в работу, параллельно пытаясь выбить из головы все ненужные разрушительные мысли про свою глупость, жуткого притягательного мужчину, и то, что неправильно я сделала, и не тут мое место.

Метания мои, несмотря на всю их логичность, выглядели невероятно жалко, я чувствовала, что умираю. От тоски, бляха муха!

Как назло, даже посоветоваться было не с кем. Бабка не снилась больше, а подруги…

Меня что-то тормозило от того, чтоб полностью рассказать им историю своего падения.

Достаточно и того, что лайт-версия их потрясла до глубины души…

Анька, видя мои терзания и мучения, предложила вариант развлечения: свидание с богатым, красивым мужчиной… Ну а почему бы нет? Клин клином…

А у меня хоть и назрел вопрос: « Почему сама она не пошла, жертвенно принесла мне подарок в виде импозантного мужчины?».

Но на предложение ответила согласием.

В конце концов, давно понятно, что Аньке самой нужно лечиться, могла бы уже за столько лет преодолеть себя и начать встречаться с противоположным полом. А она нам с Викой подсовывала всех своих ухажёров.

И вот теперь сижу,смотрю на своего спутника и понимаю, что ошиблась.

Не нужен мне этот эксперимент. И этот мужчина, пусть и офигенный, не нужен.

Для меня теперь уже никто не будет офигенным.

Пусть всё остаётся так, как есть: невероятные воспоминания, красивые картинки из прошлого и горечь обиды, такой сильной, такой страшной, что я, пожалуй, превращусь во вторую Аньку и буду избегать мужчин всю оставшуюся жизнь.

Не изменяя фразе: «вспомнишь заразу - появится сразу», звонит Анька. Её фотография с белоснежной улыбкой появляется на экране моего телефона, и мужчина зависает, глядя на это.

— Наверное, очень важно, — говорю я, — прошу меня простить.

Беру телефон и отвечаю на звонок.

— Ты в ресторане? — судя по голосу, подруга чем-то взбудоражена.

— Да, — спокойно отвечаю я, потому что сижу на успокоительных.

Как бы не перейти на транквилизаторы.

А это всё ты виноват, Юра - сука! Как же ты меня вымотал, как же ты мне в сердце въелся, что тебя не вытравить!

Я сижу в ресторане с мужчиной, который запросто мог бы быть отцом моих будущих детей, а ты, тварь, даже в это влез, мучаешь меня, изводишь! Я только о тебе и думаю, дышу тобой и имя твоё всё время повторяю. По тебе моё тело ноет, твои руки вспоминает!

Досада на свое глупое состояние перекрывает даже апатию от успокоительных.

— Что случилось? — шепчу ещё тише.

— Юлька, срочно выходи, вопрос жизни и смерти!

Аня обычно уравновешенная, спокойная женщина, если она так говорит, явно катастрофа грядет.

Поэтому я удивляюсь, округлив глаза. Мужчина напротив, впервые поймав такую яркую мою эмоцию, вопросительно вскидывает широкую бровь. Я опять натянуто улыбаюсь и извиняюсь перед ним.

— Прошу прощения, но видимо что-то случилось. Я должна немедленно выехать. Спасибо большое за прекрасный ужин, вы невероятно интересный рассказчик.

При этих словах встаю, сумочку хватаю и семеню к барной стойке, где срочно оплачиваю свою часть счёта, и сваливаю подобру-поздорову.

Надоедает все, и мне на самом деле очень хреново. Ощущаю дрожь, странную, словно замерзла.

Выхожу в горячий летний вечер, город наполнен шумом, воздух — влагой. Кругом люди, машины.

Я безумно одинока в этом мегаполисе. И накатывают слёзы, понимаю, что это никогда не кончится. Теперь точно никогда, я погрязла, утонула в болоте своих чувств… Не хочу ничего и никого.

По тротуару ко мне навстречу несётся Анька на своих высоченных каблуках. Не знаю, как она на них себе ноги не ломает, таскает постоянно. Анька как с детства привыкла ухаживать за собой и выглядеть скромнягой, так и осталась – юбочка, кофточка, не грамма косметики на лице, волосы в хвостике и перепуганные огромные голубые глазищи.

Беда, однако… Что-то произошло. Хорошо, что я на