По воле Магии - Kass2010

знать китайский язык. Я же не могу сказать, что мне, как дракону, доступны для понимания любые языки. Решил убедить ее практикой. Книгу удержал, и в качестве подтверждения того, что она ошибается, прочел ей несколько строк по-китайски из сказки про оборотня Жэньшэня, которая как раз у меня была открыта. Но она не поверила мне, сказала, что я специально все это придумал, чтобы казаться умнее, чем она. И зачем бы мне это было нужно? — расстроенно проговорил Харри.

— У обычных людей есть одна не украшающая их особенность — судить всех по себе. Когда люди судят других, они выражают свои личные чувства в отношении того, что произошло. Сравнивая себя с другими, многие люди сладостно отмечают, что они лучше тех, с кем себя сравнивают. Глупые люди делают это вслух, умные — про себя, а мудрые никого не сравнивают. Твоя Гермиона, хотя она и волшебница, она выросла среди людей, которые, по всей видимости, заражены желанием быть лучше всех. Она еще не понимает, что у магов совершенно иная ситуация. У каждого мага здесь свой уровень силы, наличие даров и родовых умений, приобретенных званий, которые ведут в дальнейшем к мастерству. Как, к примеру, можно сравнивать мастера по рунам и мастера по арифмантике, мастера по зельеварению и мастера по трансфигурации? Невозможно. Так же как нет смысла сравнивать по уровню силы Лорда Магии и маглорожденную ведьму, — пояснил Харри Северус, который опоздал к началу ужина и только что уселся за стол. Он гораздо лучше многих из присутствующих знал магловский мир, и к его суждению прислушались.

— Но как она будет здесь с этим жить? — ужаснулся Харри.

— Она примет магов такими, какие мы есть, и наш мир тоже. А если этого не сделает, то ей будет очень тяжело. Маглорожденная ведьма? Нет родовой силы, нет глубоких знаний и понимания сути, нет культуры и много чего еще. Ей будет очень тяжело. Скорее всего, она сломается и, озлобленная, вернется в свой мир, из которого пришла. Поэтому ей не стоит упрямиться, цепляться за

271/289

свои магловские стереотипы, а открыть пошире глаза и уши, постигая новый мир, со всеми его правилами, в который она попала.

«Надо будет обязательно все это рассказать этой странной девочке», — подумал Харри, который не хотел, чтобы она сломалась и озлобилась, как сказал Северус.

Как можно жить без магии, мальчик уже не представлял и с трудом вспоминал свое пребывание на Тисовой улице, где из светлых воспоминаний у него был только один старьевщик-букинист, мистер Локскипер. И, выбросив из головы Гермиону, Харри стал думать, что надо бы как-нибудь отблагодарить старика.

Он расскажет завтра об этом Дракону, и тот согласится с ним. В день, когда передвижная ярмарка в очередной раз приедет в Литтл Уингинг, к мистеру Локскиперу подойдет высокий мужчина лет тридцати пяти, одетый как глава мафиозного клана, передаст ему небольшой тяжелый мешочек, назвав его «подарком от Гарри».

Старьевщик с удивлением обнаружит в нем сто старых английских монет. Как потом выяснится, каждая из них стоит сумасшедшие деньги. Это были золотые «Двойные леопарды» 1343 года. В тот год правил король Эдуард III, который распорядился начать чеканку золотых монет, чтобы усилить влияние Англии в мировой торговле. Эти монеты приравняли к флоринам, которые равнялись шести шиллингам из серебра. Однако золота в этих монетах оказалось меньше, чем было заявлено по номиналу, поэтому летом 1344 года их изъяли из оборота. Всего из отчеканенных «Двойных леопардов» сохранилось 3 монеты. Теперь их стало 103. Харри, который ходил с Монтермаром в его пещеру, чтобы лично «взять немного золота для старика», выбрал их только потому, что они были небольшими и их легко было считать детскими руками. Ни он, ни Дракон даже представить не могли размер состояния подаренного ими старьевщику.

 

Примечание к части

Fiat iustitia - Пусть свершится правосудие. Часть крылатого латинского выражения: Fiat iustitia, et pereat mundus! — Пусть погибнет мир, но восторжествует правосудие! или Пусть свершится правосудие, хотя бы погиб мир

 

272/289

Примечание к части 18 - 22 ноября 1985 года

Глава 57. Сессия Визенгамота & Судьбоносная сковорода

 

Владение «Нора», Оттери-Сент-Кэчпоул, Девон, Англия

Дамблдор аппарировал на границу защитных чар Норы и спокойно прошел через них, так как он лично устанавливал купол над жилищем Уизли. На улице было уже темно, все же на дворе была глубокая осень. В окнах Норы свет горел на первом этаже. Видимо, Артур уж вернулся с работы и семья ужинала.

Молли, Артур и Джинни сидели за столом и пили чай, уже закончив с ужином. Артур рассказывал, как прошел его день, и поглядывал на Молли, которая в последнее время чудо как похорошела. Видимо, сказывалось то, что с отъездом младших сыновей в школу Лангедрок ей намного меньше приходилось работать по дому, да и ежедневно тратить свои нервы на них больше не было нужды. Предложение Вальбурги Блэк об основании собственного рода Молли с Артуром посчитали даром Магии. После того, как это произойдет, у всех их детей будут совершенно другие перспективы в жизни. В последнее время все складывалось просто наилучшим образом. А то, что условием было прекращение общения с Дамблдором, было не так уж и страшно. После истории с Гарри Поттером, которого в очень странном состоянии им привез Альбус и который потом загадочно исчез, Молли и так стала относиться к директору Хогвартса настороженно. А еще та история с Советом попечителей. Униженная ведьма не простит такого никому.

В дверь постучали. Никто не мог пройти через охранные чары, кроме всех членов семьи Уизли и еще одного мага. Это мог быть только Альбус Дамблдор. Нужно было попросить леди Блэк поспособствовать установлению нового контура на Нору, но теперь об этом думать было поздно.

— Пусть зайдет, выслушаем, чего он от нас хочет, и заодно откажем ему от дома, — тихо сказала Молли Артуру, и тот пошел открывать дверь, а она сама быстро убрала все со стола и отправила Джинни наверх, в ее комнату.

— Добрый вечер Молли, Артур. Не помешал? — сладко улыбался чете Дамблдор.

— Садись, раз уж пришел, Альбус. — Артур указал ему на стул около пустого стола. — Будь любезен, скажи покороче все, что хотел. Мы уже собирались спать.

— Я бы выпил чаю, с твоей, Молли, чудесной выпечкой.

— Прости, Альбус, выпечки нет. Мы с Артуром сейчас придерживаемся правильного питания, и нам нечего тебе предложить. Уверена, что