Полуночная земля - Евгений Шпунт

Пальцы, твердые и холодные, как сталь, впились ей в шею, так, что Леу задохнулась от боли. Другая рука сжала ее запястье, выкрутила, и нож упал на булыжники площади.

— Дура, — спокойно сказал над ухом чей-то голос, а потом ее потащило прочь, вглубь толпы, все дальше и дальше от помоста. Леу даже не понимала толком, что происходит. Она пыталась отбиваться, пыталась разжать сдавливающие ее шею пальцы, но становилось только хуже — хватка сжималась сильнее, и тогда у нее в глазах просто темнело от боли. Перед ней мелькали, расступаясь, а то и разлетаясь в стороны, смутные силуэты собравшихся, черный дверной проем, лестница, по которой ее тащили все выше и выше, а потом Леу швырнуло на грязный досчатый пол. Ошеломленная, она приподнялась на локте и наконец сумела осмотреться.

Каморка с высоким потолком, судя по всему, под самой крышей дома, голые стены и единственное окно; в дверях, закрыв путь к бегству, застыла темная фигура в плаще.

— Дура, — снова сказал Каэрден. — Надеюсь, ты сполна насладилась этой беготней, потому что обо всем, что произошло, будет доложено королеве.

Леу вскочила, бросилась было на него — и снова покатилась по полу.

— Похоже, ты все еще думаешь, что это какая-то игра, — сказал он. — Луна видит, я не хотел бить тебя, но слов, кажется, ты не понимаешь.

Не обращая внимание на горящую щеку, Леу снова поднялась на ноги.

— Нужно спасти Мартина.

— Слишком опасно, — холодно возразил посланник Высокого Престола. — Я хотел, конечно, доставить его в Полуночную землю, но важнее доставить туда тебя. Человеком можно пожертвовать.

— Ты не понимаешь…

С площади раздался новый взрыв криков; прильнув к окнуЛеу увидела, что приговоренных уже подняли на помост. Женщину в желтом привязали к одному из столбов, воров и Мартина поставили под виселицы. Человек в отороченной мехом одежде, надсаживая горло, читал с листа — перед тем, как разбойников вздернут, магистрат по просьбе ордена Рассвета нашел нужным прилюдно наказать Эдиту Доэрти, настоятельницу городской обители Солнечных сестер…

— Да она не сделала ничего!

— Отпустите матушку Эдиту, изверги!

— Небо вас накажет!

— … за крамольные разговоры, а также за то, что не пожелала оказать помощь своим братьям из ордена Рассвета, — надрывался человек на помосте. — Осталась глуха к их смиренным просьбам о помощи в тяжелый для ордена час, и разгневала тем небо…

— Да это вы небо гневите, сволочи!

— Чтоб вас, и краснопузых заодно, вместе с их епископом!..

Толпа напирала все сильнее, так, что венардийские солдаты с трудом сдерживали ее. Над головами людей взлетали сжатые в кулаки руки, крики становились все громче и яростней.

— Нужно спасти Мартина! — снова взмолилась Леу.

— Нет. Мы останемся здесь, переждем, когда закончится вся эта суета снаружи, выберемся и отправимся дальше.

— Пожалуйста!

— Нет. Если мне снова придется ударить тебя, чтобы вбить в твою голову хоть каплю разума, я так и поступлю.

Леу обернулась к нему.

— Да! Я спасу его, а ты сейчас отойдешь в сторону и не будешь мне мешать…

— А не то…? — улыбнулся Каэрден.

— А не то я просто вылезу на карниз и сброшу капюшон. Все увидят, что я фаэйри! Я дам им схватить себя, а ты потом объясняй королеве, почему вернулся с пустыми руками!

— Нет! — на миг он потерял самообладание. — Нет. Не смей. Подойди сюда, глупая девчонка.

— Не мешай мне!

Он шагнул вперед, но Леу опередила Каэрдена — сбросила с плеч накидку и скользнула было в окно…

— Стой! Стой. Хорошо. Если хочешь спасти своего человека, я не стану вмешиваться. Ты довольна?

— Поклянись! — потребовала Леу.

— Честью двора Эллет. Не делай глупостей.

Она недоверчиво взглянула на Каэрдена, но тот действительно отступил и замер у двери.

— Давай, действуй. Я посмотрю.

Леу снова прильнула к окну. Люди все шумели вокруг помоста; потом вдруг раздалось пение — с десяток девушек в желтых балахонах, стоявшие в самом центре толпы затянули гимн, который мгновенно подхватили стоящие рядом люди. К сестрам бросились было солдаты, но их с проклятиями и криками оттеснили назад. Двое воров под виселицей вырывались и бились в руках венардийцев, только Мартин стоял неподвижно, так и не поднимая глаз.

И что теперь делать? Что…

— Ты понятия не имеешь, как его спасти, так ведь? — спросил Каэрден за ее спиной. — Светлая луна, ну что за вздорная девчонка…

Он подошел и склонился к окну.

— Ты знаешь местный язык. Расскажи мне, что тут творится.

— Что…? — растерянно обернулась Леу.

— Объясни, что происходит. Кого хотят повесить вместе с твоим человеком, что это за женщины в желтом, почему они все так кричат. Только быстро, в двух словах.

Посланник Высокого Престола выслушал сбивчивые объяснения Леу, вздохнул и покачал головой.

— Из-за той женщины с короткими волосами весь этот шум? Власти хотят наказать ее, народ этому противится? Я правильно понял?

— Да, но я не…

Каэрден молча отошел в угол. Вернулся, сжимая в руке лук. И, прежде чем Леу успела опомниться, снова присел, быстро прицелился и выпустил стрелу.

Над площадью на долю мгновения повисла тишина, тут же взорвавшаяся оглушительным ревом.

— Матушка Эдита!..

— Матушка!! Небо, что же вы творите, нелюди!!

Солнечная сестра, уронив голову, медленно сползала вниз по столбу. На ее груди, там, где торчала стрела, расплывалось темное пятно.

— Что… зачем… что ты наделал⁈ — закричала Леу. — Ты убил ее!

Каэрден пожал плечами.

— Смотри, что будет дальше.

—