Черный Маг Императора 8 - Александр Герда

В тот же момент нас потряс оглушительный взрыв мерзкого хихиканья, от которого резало уши. Едва он затих, его тут же сменил высокий и мерзкий голос.

«Здравствуйте, ребятки! Меня зовут Петрушка Красный Паяц! Добро пожаловать в мой маленький домашний театр!».

Голос стих так же внезапно, как и появился. Он был настолько гнусный и отвратительный, что до сих пор звенел у меня в ушах. Даже не хочу себе представлять, как выглядит его обладатель. Уверен, что крайне гадко.

— Что это было? — спросил я у Лазаревой, которая замерла на месте с вытаращенными от удивления глазами. — Петрушка Красный Паяц? Так он сказал, по-моему.

— Угу, — кивнула она.

— Ты у нас специализируешься по всяким там легендам и преданиям, может быть слышала что-нибудь о таком?

— Угу, — вновь кивнула она.

— Да что ты киваешь, как болванчик — не выдержал я и ущипнул ее за руку. — Лазарева, блин!

— Ой! Макс, ты что, очумел? — воскликнула от боли Полина и погладила рукой больное место. — Делать, что ли, нечего? Теперь синяк останется из-за тебя!

— Так ты веди себя прилично, чтобы синяков не оставалось, — недовольно пробурчал я. — Я уж думал ты от страха сейчас в штанишки наделаешь… Знаешь, спрашиваю, этого Красного Паяца?

— Есть легенда про артефакт Перчик, которым владеет как раз Петрушка Красный Паяц. Это такой нож волшебный ярко-красного цвета, который всегда в цель попадает и пробивает все, что угодно.

— Что-то слабовато для легендарного артефакта.

— Он и не считается легендарным в полной мере. Скорее просто уникальная вещь с мощным эффектом. Я вот до последнего момента вообще не думала, что все это правдой может быть, — призналась Полина. — Теперь вот, даже не знаю что и думать…

— Что тут думать, ты же слышала, что этот голос сам представился, — сказал я. — Ну и голосочек же у него, сразу тошнить начинает. Интересно, про какой театр он там лепетал, ты знаешь?

— Я вот о том тебе и говорю, — возбужденно затараторила девушка. — Потому я и сомневалась всегда, что это правдой может оказаться. По легенде же у этого Петрушки собственный театр есть, который ему принадлежит. С артистами, между прочим. Только вот в качестве артистов его слуги, а попадают в них только те, кого он сам перед этим убил. Все сходится, понимаешь? Выходит, Соболевы его театр нашли!

— Да погоди ты, не так быстро, Полина. Давай выдохни несколько раз и начинай сначала. Ну-ка, что ты там говорила про артистов?

Девушка замолчала, закрыла глаза и потрусила головой.

— Фух, блин… Вот так дела… — выдохнула она. — Короче слушай, Макс. Если верить легенде, то существует книга, которая так и называется — Петрушка Красный Паяц. У нее переплет из багровой кожи по идее должен быть. Так вот, если попытаться поставить спектакль по этой книге и разыграть историю в ней до конца, то таким образом распечатывается вход в наш мир этого самого Петрушки. Того, кто это сделал, ждет смерть. И все его родственники тоже рано или поздно умрут. Красный Паяц заставит разыгрывать перед ним представления до тех пор, пока все они не погибнут.

— Хорошенькая история… — пробормотал я. — Что ты за книжки читаешь, Лазарева? Не могла что-нибудь повеселее поискать.

— Ну извини, чем богата, так сказать.

— А за что он убивает?

— Если ему представление не нравится, Макс. Как только Петрушка решит, что это плохо — вжить, — Полина демонстративно провела рукой по горлу. — В дело вступает тот самый Перчик. Теперь ты понимаешь, зачем все строения снаружи дома? Это не для того, чтобы устраивать семейные представления Соболевы строили, а для этого долбаного Петрушки! И все эти странные штуки там наверху, это все тоже для него! Этот проклятый урод уничтожил род Соболевых!

Вообще-то, если уж совсем по-честному, то последнего из рода сожрал радужный крокодил, но Лазаревой это знать не обязательно. Судя по ее лицу, истории с Красным Паяцем ей вполне достаточно и если она узнает, что еще и крокодил приложил сюда свою широкую пасть, того и гляди в обморок грохнется.

— Что молчишь, Макс? — прервала мои размышления Полина. — Думаешь нужно нам идти внутрь или нет?

— Ничего. Просто думаю. Внутрь мы, конечно же, пойдем, — заверил я ее. — Во-первых, мне очень хочется взглянуть одним глазком на театр этого сумасшедшего маньяка. Во-вторых, я очень хочу заиметь тот нож, которым он бросается. По описанию должна быть приличная вещь. Если он всегда попадает в цель, то я стану чемпионом «Китежа» по игре в ножички.

— Вряд ли он отдаст тебе его просто так, Темников, — с сомнением в голосе сказала девушка. — Я вот думаю… Может быть, нам не стоит с этим связываться, или попробовать взять кого-нибудь с собой на помощь и прийти сюда еще раз?

— Вот еще! Сами справимся! — отрезал я и вытащил свой меч из футляра. — А ножик я у него все равно заберу. Ты видела ту клетку на втором этаже?

— Видела, конечно, что ты спрашиваешь?

— Ну так вот. Представляешь какие представления он заставлял в ней разыгрывать этих бедных людей, чтобы продлить свое существование? — спросил я у нее и Полина помрачнела. — Только ради этого стоит прикончить этого гада немедленно. Я вот только одного понять не могу… Ты мне можешь объяснить, зачем они все это делали? Почему не избавились от этой долбаной книги?

— Не знаю, Максим, — покачала головой Лазарева. — Я ведь не всезнающий оракул. Могу только предположить.

— Валяй.

— Думаю, что от нее нельзя избавиться, не убив самого владельца книги.

— Ты на Петрушку намекаешь?

— А на кого еще?

— Так убили бы этого придурка и дело с концом!

В этот момент раздался новый взрыв хохота, и мы с Полиной одновременно вздрогнули от неожиданности. Зараза… Какой же все-таки гнусный голосок у этого мерзавца…

— Наверное, это не так просто, — сказала девушка, после того как смех затих. — Не думаю, что они не пытались.

«Еще как пытались! Мы с моими артистами тогда здорово повеселились! Ахах! Хи-хи-хи! Я бы на