Я тебе не Золушка! - Полина Ветер

Только именно здесь, сейчас, чувствую себя свободным, лаская женщину, которая мечется по кровати и пытается отодвинуть меня хоть немного, чтобы оргазм не был таким сильным, что сносит её, будто лавиной, заставляя трястись и рычать, сжимать сильно мои волосы и плечо.

Я даю ей отдышаться немного, а потом сплетаю наши языки, смешивая мой и её вкусы, скрепляя их в один, какой-то невероятный, будоражащий. Её долго не отпускает, даже когда я проталкиваю свой прибор наконец внутрь, ощущаю, как ритмично она сжимается вокруг меня, а дрожащие тонкие пальцы пытаются «порвать» кожу на моей спине.

Она прикрывает глаза, пока я, раскачиваясь, набираю темп, поначалу оттягивая и смакуя это невероятное ощущение. Чувствую, как капли пота скапливаются на висках. Её тело тоже покрыто испариной, мы уже прилипаем к простыням, но это так круто — ощущать, как Кира обнимает своими ладошками и дышит в шею, пытаясь подстроиться под меня, двигаться в одной поре.

— Тебе хорошо со мной? — Зачем-то спрашиваю шёпотом в маленькое ушко.

Никогда не страдал низкой самооценкой, прекрасно знаю, что умею доставить девушке удовольствие. Но сейчас, почему-то, хочу услышать от неё подтверждение. Да хотя бы что-нибудь, чтобы не молчала, подтвердила, что это происходит на самом деле, а не в моём очередном сумасшедшем сне.

— Да. — Выдыхает она в ответ. — Мне очень хорошо…

— Хочешь ещё?

Ускоряю темп немного, понимая, что могу довести её снова.

В сумерках комнаты, глазами, немного привыкшими к темноте, я вижу, как она улыбается. Почти незаметно, одним уголком рта, но мне достаточно, чтобы принять это, как вызов, и ввести «тяжёлую артиллерию». Парой ловких движений переворачиваю девушку, сажая её на себя сверху. Прижимаю близко к себе и целую, двигаясь медленно внутри неё, гуляя одной ладонью по нежной коже тела, поглаживаю ягодицу, шлёпаю не сильно, но ощутимо.

— Ох! — Реагирует Стерва. — Что ты делаешь?

Её глаза загораются диким огнём. Не столько даже вижу, сколько чувствую.

— Тебе понравится. — Бросаю предупреждение.

Целую крепко в губы и начинаю двигаться быстро, чётко и размашисто, выбивая из неё частые порывистые стоны и сиплые рваные вдохи.

Понимаю, что этого недостаточно. Ладонь опускается вниз. Указательным пальцем нахожу тугое колечко, которое тут же реагирует, сжимаясь ещё больше. Кира дёргается и отстраняется от меня.

Для меня это «новость».

Стерва достаточно опытна в сексе. Не зажимается, умеет получать удовольствие. Но тут ведёт себя так, будто я что-то запретное сделал. А я ведь даже не членом туда полез.

— Не бойся. — Успокаиваю её. — Я только поласкаю.

Даже азарт какой-то вызывает этот её страх перед аналом.

— Расслабься. — Шепчу уверенно. — Если не понравится, сразу скажи, я прекращу, хорошо?

Она сомневается, нависая надо мной на вытянутых руках, тяжело дышит.

— Ладно. — Наконец соглашается. — Только не делай мне больно.

Звучит, как вызов.

Теперь уж точно сделаю так, что будет сама потом ещё просить…

Смачиваю слюной палец и кончиком потираю запретную дырочку. Девушка недоверчиво напрягается, но вкупе с моими движениями внизу, ощущения от парящего раздражителя на анусе только усиливают эффект. Несколько минут мы примеряемся к темпу и интенсивности нажатий, и я терпеливо жду, когда Аверина расслабится в моих руках настолько, чтобы сама начала двигаться, прося большего. Кончик пальца засовываю внутрь. Тугое колечко сдавливает его, и я чуть не кончаю от мысли, каково будет там моему члену, когда я доберусь до него. А я точно знаю, что это случится. Теперь, когда мы оба поняли, как хорошо нам может быть вместе, если отбросить все предрассудки и мысли о различиях.

По размеренному дыханию и плавным движениям я понимаю, что мои действия уже не вызывают дискомфорта.

Она такая охуенная, когда отключается и отдаётся эмоциям.

Красивая невероятно.

Кира стонет уже в голос, насаживаясь одновременно на член и палец, я пытаюсь сделать так, чтобы это было одновременно, но периодически мы сбиваемся с ритма, потому что сейчас уже она откровенно трахает меня, подскакивая и опускаясь вниз, как заведённая. Её длинные волосы офигенно красиво разметаются в такт движениям, сиськи, хоть и отвисли немного, всё ещё полны и прекрасны. Я фанат сисек Авериной. С этим уже ничего не поделаешь…

Ещё несколько размашистых движений и Кира падает на меня, трясясь и дёргаясь, будто шарахнутая током, а я «доделываю» свой оргазм буквально в три толчка, измученный и обессиленный, но успевший вовремя вытащить и расплескав свою сперму, прямо как в прошлый раз, по всей округе.

Несколько минут мы лежим молча: она на мне, закрыв почти полностью своими волосами. Я вожу лениво ладонью вдоль её взмокшей спины и ощущаю полное удовлетворение. Разве такое вообще возможно?

Никогда бы не подумал, что с ней может быть так по-настоящему хорошо.

Аверина отлепляется от меня только, когда уже становится нечем дышать. Перекатывается и ложится рядом.

Несколько мгновений молчания.

— Останешься? — Этот тихий вопрос немного сбивает меня с толку.

Но я слишком расслаблен, чтобы спорить с ней сейчас.

— Ты хочешь? Чтобы я остался? — Спрашиваю, уже в уме прикидывая, по каким сторонам разбросал свою одежду.

— Да.

Неожиданно.

Поворачиваюсь и придвигаюсь ближе к ней.

— Без шуток?

Это уже «громкое» заявление.

Одно дело задорно потрахаться, совсем другое — ночевать в одной постели.

— Да.

Всё-таки, она из тех людей, кто умеет удивлять.

А мне хочется остаться и быть здесь. С ней.

— Ладно. Иди ко мне. — Сгребаю её — маленькое стервозное создание, в кучку, и прижимаю к себе. — Хорошо, что Илюху не разбудили…

— Да уж…

Мы снова лежим молча. Я глажу её волосы. Она сопит мне в плечо.

— Кир…

— Ммм…

— Мне кажется, я влюбился в тебя.

На самом деле, мне не кажется. Это так и есть. Иначе я не могу объяснить своё поведение.

На секунду девушка замирает и перестаёт сопеть.

Вместо ответного признания, она тихо выдаёт:

— Ты путаешь страсть с влюблённостью.

— А если нет?

— Это плохо.

— Почему?

— Влюблённые люди способны на отчаянные поступки… — Размыто поясняет. — Спи, Тём. Завтра рано вставать…

Она обнимает меня крепче и утыкается обратно в плечо.

Маленькая, хрупкая… но такая взрослая и холодная. Недоступная даже. Мне никогда не разгадать, что у неё в голове.

— Доброй ночи, начальник. — Шепчу ей в макушку, когда она уже спит.

И что же мне делать теперь с тобой?

Отпускать не хочу, представляю себе уже, как идиот, утро, где мы завтракаем втроём: я, она и Илюха.

Этот её ответ…

Совсем не то, что мне хотелось бы услышать.

Я не «сопливая барышня», но червяк разочарования и обиды