Я не дам тебе развод - Алиса Вебер

Видимо, слишком тонкий и короткий халатик свекровь не устроил. Ничего, облезет. В своем доме могу ходить, как мне заблагорассудится. Ох, неужели я назвала особняк Давида своим?

— Разгромили весь дом! — привлекая мое внимание, затрясла Инна Леонидовна руками, раздвинув их в стороны. — Мне позвонили соседи! Со мной еще считаются! — горделиво заявила она и поглядела в ожидании реакции.

Но я снова промолчала. Что, нужно ее поздравить? Я — пас.

Пусть проорется — потом и поговорим.

— Так что у вас здесь происходит? Что за шум?

— У нас ремонт, — сухо объяснила я, — это не причина для паники, Инна Леонидовна.

— А кто паникует? Я не паникую! Я же говорю, что соседи мне позвонили и пожаловались. Попросили разобраться.

— Можете позвонить им и рассказать про ремонт.

— Ты мне не указывай, Эльза! — выпятила свекровь губы и сдвинула брови.

— Инна Леонидовна, — выдохнула я тяжко, — я с вами ругаться не хочу. Мне некогда. Я очень занята. Если вы хотите поговорить с сыном, то можете позвонить ему.

— Я с тобой хочу поговорить! Нормальная невестка пригласила бы в дом и предложила бы мало-мальски чаю!

— Нормальная свекровь не стала бы влетать в дом с оскорблениями, — парировала я, чем вызвала очередной недовольный взгляд.

— А я и не притворялась любящей свекровью, — ничуть не стушевалась родительница моего мужа, — мы с тобой откровенно не поладили, Эльза, и я все еще надеюсь, что твое пребывание здесь недолгое.

Хоть ее слова не удивили, но все же в какой-то степени расстроили. Неприятно испытывать на себе чужие негативные эмоции. Может, я их заслужила? Может, и сама на месте свекрови вела бы себя так же? Хотелось бы верить, что нет. Но я решила попробовать наладить минимальный контакт. Говорят же, держи врага ближе.

— Вы не можете рассчитывать на мир, когда так откровенно выказываете неприязнь, Инна Леонидовна.

— Кто сказал, что мне нужен мир?

— А что вы будете делать, если мы с Давидом помиримся и станем жить как семья?

— Получается, сейчас вы не в ладу? — поймала она меня на слове и прищурилась от довольства.

— Опять же, обращайтесь к собственному сыну. От меня вы что хотите?

— Я тебе еще в тот раз сказала, чего я хочу. Чтобы ты оставила моего сына в покое.

— Как видите, ваш сын этого не хочет. Он привез сюда меня и сына.

— Сына?! Какого еще сына?! Ты бредишь, девочка? — возопила свекровь, и по виду, она правда не знала о том, что у нее есть внук.

Черт, ну почему мне досталась эта «чудесная» миссия? Гадский Абрамов не отвечает на звонки и игнорирует собственную мать, а мне за него отдуваться?

— Да, Инна Леонидовна, могу вас поздравить, вы стали бабушкой, — «обрадовала» я женщину, которую от шока закачалась и рухнула на так кстати подвернувшийся диванчик в холле. Ее ноги смешно подпрыгнули, когда она приложила руку к груди, а другой стала обдувать свое покрасневшее лицо.

— Ты издеваешься? Какой внук, Эльза? Откуда ты достала этого ребенка?!

Я уже хотела было рассмеяться и чуть не ответила шуткой, но свекровь быстро оклемалась и поднялась с места. Ее взгляд мне не понравился.

— А! — сказала она таким тоном, словно обнаружила меня на месте преступления. — Такой и был твой план? Ты поэтому приехала? Чтобы подсунуть моему сыну нагулянного невесть от кого ребенка?! Приблудыша какого-то выдала за Абрамовского?! Облапошить его решила, дрянь?

— Не смейте оскорблять моего сына! — со свистом выдохнула я, ставя зарвавшуюся свекровь на месте. — Вам пора, Инна Леонидовна!

— Что? Да как ты смеешь? — подбоченилась она и демонстративно плюхнулась на диван, положив ногу на ногу с видом королевской особы. — И не подумаю выслушивать приказы неизвестно от кого! Я буду ждать сына.

Не успела я ответить, как услышала топот маленьких ножек. Матвейка недолго мог находиться без меня и явно соскучился.

— Мама! — кинулся он ко мне, протягивая руки и что-то лепеча.

Подхватив ребенка на руки, я повернулась к свекрови. Ее выпученные глаза вызвали улыбку. По всей видимости, у нее отпали все вопросы, когда она всмотрелась в своего внука. По глазам было заметно, как она поражена сходством моего сынишки с Абрамовым.

— Мне забрать его, Эльза Львовна? — спросила няня, догнавшая маленького постреленка.

— Я сама с ним побуду, — отпустила я ее и снова поглядела на свекровь.

— Кажется, у твоего отца карие глаза, да? — приподняла она бровь.

— На что вы намекаете?

— Я не намекаю. Я прямо говорю — мальчик вроде как и кареглазый, но это не значит, что родила ты его от Давида. Наверное, специально нашла похожего на моего сына мужчину! Какого-нибудь швейцарского сантехника. Я угадала?

— Перестаньте, вы пугаете ребенка. Тише-тише, малыш, тетя уходит, — уговаривала я Матвейку, вжавшегося в меня всем телом.

— Пока не увижу сына, не уйду!

— Да господи! Сейчас я позвоню Давиду, попробую еще раз.

Аккуратно ссадила ребенка на пол, и в этот момент раздался звонок.

— Вот, он как раз звонит! — торжественно объявила я и, взяв телефон с полки, поднесла его к уху. Но вместо голоса Давида услышала женский:

— Привет, милый! Я так соскучилась! У тебя же теперь нельзя…

Глава 22

Давид

— Так что в холдинге ничего не меняется, все можете быть свободны.

Ослабив тугой ворот рубашки, наблюдал, как члены совета директоров, расстроенные моим сообщением, плетутся в сторону выхода из конференц-зала. Думали нагнуть меня? Воспользоваться тем, что у меня нет контрольного пакета акций? А теперь есть, и сын есть, правда, они затребовали чертов тест ДНК. Придется предоставить, хоть мне и претит кому-то доказывать, что Матвей — мой сын.

Но так надо. Чисто для технической составляющей вопроса. Деловой подход. Я бы и сам на их месте не поверил в законность притязаний, если бы кто-то вытащил наследника, как фокусник кролика из шляпы.

Эльзе не понравится, если я попрошу проверить отцовство, у нас крайне хрупкие отношения, или их нет вовсе, так что надо быть осторожным, подойти к этому вопросу со всей возможной деликатностью.

А пока надо сделать прорву работы. Пока я летал в Швейцарию, меня просто завалили нерешенные вопросы… Больше всего на свете мне сейчас хотелось отправиться к жене и сыну, и это чувство было новым, незнакомым, но от него приятно сжималось в груди.

К обеду я был как выжатый лимон, совещание за совещанием. Море звонков. Десятки документов на подпись. Не было ни