История героя: Огонь наших душ - Евгений Чепурный

— Пятеро лучших — на тренировочный бой со мной, оружие оставьте боевое, — с предвкушающей улыбкой гламфеллен взял со стойки деревянную тренировочную саблю, и прошел в центр площадки. Тренировка проходила на открытом пространстве перед королевским дворцом Укайзо, где было достаточно и места, и приватности.

— Равири, Манааки, Хахона, Тианги, Пирипи, к бою! — приказал Аруихи, отступая вместе с остальными учениками, чтобы дать простор бойцам. Кьелл приветственно кивнул двоим из них — откуда-то он знал этих юнцов еще до их ученичества, и из-за этого выделял. Впрочем, внимание старшего учителя только пробуждало в них усердие. Юные аумауа замерли перед ним, рослые и мускулистые; худощавый и невысокий Кьелл совершенно терялся на их фоне.

— Ну же, покажите мне, чему вас научил мой ученик, — приглашающе махнул им рукой гламфеллен. Его сабля по-прежнему была опущена, а поза — максимально расслаблена. — Вздумаете сдерживаться — поставлю под водопад, выносливость тренировать.

Молодежь, похоже, приняла его слова близко к сердцу. Они грамотно рассыпались, беря эльфа в кольцо, и начали медленно сокращать дистанцию. Первым, помогая себе наполненным ци громовым рыком, ринулся в атаку здоровяк Тианги, задавая темп. Остальные не отстали, окружая Кьелла свистящим частоколом смертоносной стали. Тот, впрочем, не сплоховал — крутанувшись в низком пируэте и проскользнув между двумя летящими навстречу клинками, он вывернулся из кольца за спинами противников, наградил слишком провалившегося в атаке Тианги обидным шлепком саблей плашмя пониже спины, и набросился на остальных, щедро раздавая тычки и колотушки своим деревянным оружием. Легкими, почти танцующими движениями он уворачивался от размашистых атак учеников; весело скалясь, блокировал в силу их мощные удары, заставляя юных аумауа трясти отсушенными руками; ужом проскальзывал между противниками, вынуждая их перестраиваться снова и снова в безуспешных попытках атаковать его со всех сторон.

«Маленькие радости моей должности старшего,” думал он, искренне наслаждаясь поединком. Ученики все же заставили его поднапрячься — и мастерство их неуклонно росло, и тренировкам слаженности Аруихи явно уделял внимание. «Если учитель получал от наших с ним драчек столько же фана, неудивительно, что он устраивал их так часто, особенно для его возраста.»

— Все, хватит, вы молодцы, — он бросил деревянную саблю на плечо и довольно оглядел взмыленных и морщащихся от пропущенных ударов младших. — Тианги, пятнадцать минут статической тренировки ног, загрузи мышцы как следует. Равири, на рубку до конца тренировки, у тебя атаки сверху малость не дотягивают. Остальные — еще немного показухи со мной, — он небрежно швырнул в сторону тренировочную саблю. Та приземлилась точнехонько на свою стойку. Поименованные отправились прочь, один — к расположившимся поодаль силовым тренажерам, другой — к чучелам для тренировки рубящих ударов. — Атакуйте меня по очереди, куда хотите, в полную силу. И не дай боги кто из вас начнет сдерживаться — водопад вам отдыхом покажется. Будете отрабатывать стойки до утра, с грузом.

— Ты уверен, Кьелл? — с долей тревоги спросил Аруихи. — Они в последнее время делают успехи, знаешь ли.

— Еще немного, и сам встанешь под водопад, ученик, — с широченной улыбкой ответил гламфеллен. — Чего застыли? Ну же, начинаем. Ты первый, Манааки.

Вышедший вперед юный практик боевых искусств сосредоточенно кивнул, и заняв начальную позицию приема «падение грома», метнулся вперед резким движением. Его сабля со свистом вспорола воздух.

— Очень, очень хорошо, — улыбнулся бледный эльф, глядя на замерший у его шеи клинок, остановленный в миллиметрах от кожи Золотой Рубашкой. — Вижу, не филонил на рубке и силовых тренировках. С усилением ци тоже все в порядке. В общий строй, Манааки, спасибо, — тот отошел, коротко поклонившись. Со стороны дворца вдруг раздались громкие хлопки в ладоши.

— Очень впечатляюще, опасно, и безрассудно, — прозвучал смеющийся женский голос. — А теперь прекращаем попытки убить моего ароха нуи. Кьелл, Аруихи, вы мне нужны.

— Хахона за старшего, продолжаем практику первой формы и индивидуальные тренировки, — скомандовал принц. — Что случилось, сестра?

— Совет, прямо сейчас. Что-то произошло на дальних островах. Все узнаем на месте, — ответила подошедшая Онеказа. — Пойдемте.

— Время переодеться есть? — весело спросил Кьелл. — Юные таланты меня заставили попотеть.

— Дам тебе пять секунд, не больше, — заулыбалась королева.

— А мне хватит, — бесшабашно ответил гламфеллен, через голову стягивая рубашку. — Хахона, вылей-ка на меня вон то ведро, — ученик без особых эмоций окатил Кьелла водой.

— Оденься обратно, таку ароха, — попросила Онеказа, проводя взглядом по блестящему капельками воды торсу бледного эльфа. — Мне нужно будет сосредоточиться на делах, — Аруихи гулко рассмеялся на эту сентенцию.

— Ладно-ладно, — подмигнул любимой женщине Кьелл, снова надевая рубашку. — Позже тебя посмущаю, — троица направилась к воротам дворца.

Они прошли по небольшому каменному мостику, пересекающему один из многочисленных рукотворных каналов Укайзо. Древнюю столицу легко можно было бы назвать одним огромным храмом Нгати, так тесно переплелась в ее архитектуре вода с камнем и позолотой. От королевского дворца, подобно рифу показывающемуся фундаментом из крупного озера, до простых домов на несколько разумных, устроившихся на берегах текучих вод — весь город словно был Дедфайром в миниатюре, огромным архипелагом из множества островов и островков, разделенных реками, каналами, и ручьями.

«Может, предложить Онеказе нанять побольше лодочников-вайлианцев, пусть народ по каналам возят, да песни на родном языке поют?» как всегда, забрел ассоциацией в глубины памяти Кьелл. Королева глянула на него с долей укора, как всегда без стеснения прочитав эту мысль, и, как нередко случалось, не уловив ее смысла. Гламфеллен с улыбкой взял ее за руку, чуть сжав тонкие пальчики, и на лицо женщины вернулось довольство, вместе с легкой улыбкой.

— Почему ты так часто делаешь эту странную вещь — стоишь неподвижно, пока ученики брата наносят тебе смертельные удары? — спросила она, и шутливо поинтересовалась: — Ты несчастлив, и пытаешься покончить с жизнью?

— Я счастлив, как сластена в вайлианской кондитерской, — рассмеялся бледный эльф, и поцеловал светло-оранжевое запястье любимой. Глянув в ее изумрудные глаза, сверкающие искорками смеха, он добавил: — И вовсе не часто я это делаю, вот. Ученик, подтверди.

— Экера, ты устраиваешь нечто подобное уже десятый раз, — насмешливо ухмыляющийся Аруихи даже и не думал приходить на помощь учителю. — Этот прием весьма впечатляющ, но я и сам уже начал задаваться вопросом, почему ты так его полюбил.

— Ну вот, заговор родственников против меня, — обескураженно ответил Кьелл.