Невольник - Марина Владимировна Добрынина

— Зачем ты ее снимать собрался? — полюбопытствовал Кардагол, а любознательное выражение на физиономии совсем уж нереальным стало. Ну, прямо-таки прилежный студент всяческих наук.

— Сам подумай, не можем же мы подсунуть султану "собственность Мерлина Эрраде". А вот "человека вне закона" очень даже можем.

— Хм, — Повелитель времени задумчиво оглядел Ларрена и предложил, — давай я научу тебя временно менять печать, подаришь Лара султану и печать изменится на "собственность султана" как там его зовут?

— Ты… Вы… да что Вы такое придумали? — процедил Ларрен. — Я не готов с султаном этим…

Кардагол издал ехидный смешок и признался:

— Прости, не подумал, что тебе это может не понравиться. Подойди сюда, Лин, покажу, как печать накладывается, снимается и как снятую обратно установить. Пригодится, может быть.

Пока Кардагол меня инструктировал, Ларрен злился. Злость на хорошеньком девичьем личике смотрелась умилительно, так и хотелось чмокнуть это чудо в пухлые губки. И еще смешно было. Стоит этакая темноволосая фигуристая красотка и пытается придать своему личику суровое выражение. Шеоннель который расположился чуть позади Ларрена и пользовался тем, что тот его не видит, в открытую ухмылялся. Вот подлая ушастая морда! Наверняка Ларик сейчас забавно переживает свои изменения, и Шеон во всю прикалывается от его эмоций.

Получив инструкции, я тут же попробовал снять печать, и красотка превратилась из моей собственности в человека вне закона.

Кардагол кивнул, вероятно, выразив, таким образом, одобрение по поводу моей способности легко обучаться, потом оглядел Ларрена, на котором нескладно висела мужская одежда, и предложил:

— Позаимствуем вещи из гардероба Ллиувердан. У вас один размер.

— Кто бы сомневался, что, превращая Лара, ты сделаешь свой любимый размерчик, — поддел я и шагнул к Ларрену. — Ну что, краса моя ненаглядная, согласна платьице с драконьего плеча примерить?

Я попытался обнять его за талию, он злобно зашипел и отпрыгнул от меня… прямо в объятия стоявшего позади Шеоннеля. Кардагол гнусно захихикал. Я тоже не выдержал и заржал. Ларрен заледенел в лучших традициях моего отца, но в исполнении его девичьей ипостаси это смотрелось не так впечатляюще и еще больше меня рассмешило.

Кардагол махнул рукой и переместил нас всех в… хм, я так понимаю это был личный "шкафчик" Ллиувердан — огромная комната с рядами манекенов, одетых в разнообразные наряды.

— Нужно подобрать что-то скромное, но в то же время соблазнительное, — объяснил Повелитель времени.

Ну, мы и подобрали. В результате, Лар был обряжен в платье из воздушной ткани. Плечи и руки обнажены и скромно прикрыты шарфиком из чего-то прозрачного и почти невесомого, грудь и талия плотно обтянуты корсетом, а ноги скрыты летящим подолом длиной до самого пола. Кардагол обошел вокруг Ларрена, задумчиво нахмурился, что-то буркнул, щелкнул пальцами, и шелковистые локоны Лара сложились в незатейливую прическу, украшенную нитями белого жемчуга. Скромненько и со вкусом.

— Теперь, стой спокойно, Ларрен, — распорядился Кардагол, — я на тебя приманку повешу. Сам делал — замешана на крови шактистанских султанов. Потомок Силимаха не устоит.

— Зачем? — слегка побледнев, спросила наша краса и гордость.

— Затем, — передразнил Кардагол, — ты же не хочешь, чтобы тебя купил кто-то другой.

Ларрен в ответ только фыркнул, кажется, смирившись со своей участью.

— Хорош! — одобрил я результат наших стараний.

— Да, хоть сейчас в кровать к султану. Такая соблазнительная Лорелея получилась, — пророкотал Кардагол, окутывая Лара вожделеющим взглядом. И так натурально у него это вышло, что бедняга Ларрен попятился.

— Не бойся, дурачок, меня недотроги не привлекают… сегодня, — утешил Кардагол, перестал ухмыляться и облизываться на "красотку", и предупредил, — если сами Саффу не найдете, будем действовать иначе. Я весь Шактистан по камушку разберу. Но это нежелательно. Ханна расстроится. Она так радовалась, когда ей удалось договориться с ними о взаимовыгодной торговле. Надеюсь, у вас получится решить это дело без шума.

Глава 8

Ларрен

Можно сказать, что я не напрасно опасался встречи с Повелителем времени. Хотя и не потому, что он мог учуять запах артефакта. Нет! Но он так на меня смотрел!!! Как на жертву!

В очередной раз появляется сожаление о том, что я дал себя уговорить. Смотрюсь в зеркало, и чувство двойственное. С одной стороны, там отражается девушка, которую я и сам бы хотел. Стройная, но не тощая, грудь, попа, все в наличии, личико чистое, зубки белые. С другой — это явно попахивает каким-то извращением. Чего вообще ради эта прелестная незнакомка повторяет все мои движения?! Кошмар!

Кардагол смеется, и эти два мелких паразита тоже хихикают в сторонке. Стискиваю зубы.

— Стоп, — вдруг заявляет архимаг, — мальчики, полагаю, что со своим уровнем магической силы вы там всех собак на себя навешаете. Вы не думали о том, что неплохо бы ее… хм… слегка заретушировать?

— Это как? — тут же интересуется Лин.

— Сделать так, чтобы она не слишком в глаза бросалась. Вы ж не думаете, что прекрасную Роксуанту пустили бы в самое святое, если бы у нее был уровень силы, как у Великого Кардагола?

— Великого? — фыркает княжич.

— А то!

— Так не я же иду в гарем, и не Шеон.

— Смешной ты, зайчик! Ты думаешь, на рынке Дарана каждый день два сильных мага девиц продают?

— Понятия не имею, что творится на этом рынке!

— Лин, не нужно, — вмешивается вечный дипломат Шеоннель. — он прав. Я только не знал о том, что это возможно.

— Для меня мало, что есть невозможного! — высокомерно заявляет Кардагол, после чего мурлыкает какое-то неидентифицируемое заклинание и удовлетворенно произносит, — а вот теперь вы, зайчики, если глубоко не копать, похожи на волшебников чуть сильнее Ларрена. Одним словом, ерунда.

Молча проглатываю последнее высказывание.

— Не обижайся, Лар, — тут же произносит архимаг, — на правду не обижаются. А сейчас, я так полагаю, вы хотите со мной попрощаться?

— Ага, пока! — недовольно буркает Лин.

Позволяю Лину утащить себя обратно в Зулкибар. Да куда угодно, лишь бы подальше от Кардагола. Мне и Аргвара хватает с его понятными намеками и загадочными претензиями. Спасибо. Не надо.

Перед отбытием Шеоннель внимательно меня оглядывает и заявляет:

— Где-то я слышал, что таких красивых женщин в Шактистане не принято показывать кому-либо.

— Что ты предлагаешь, — в очередной раз взрываюсь я, — покрывалом меня занавесить?!

— Можно и покрывалом, — задумчиво проговаривает Лин и набрасывает на меня кусок ткани, к счастью, полупрозрачной.

— Я, — говорит, — в борделе это позаимствовал, с ним Зулима иногда для гостей танцует.

В Зулкибаре у нас буквально час на сборы. Лин торопит. Понятно, мы и так достаточно много времени потратили. В итоге