Измена. Цена ошибки - Мила Рейне

— Я только за, — киваю ей.

Мы оплачиваем счет и выходим из кафе. Маша еще раз меня обнимает и целует в щеку. Мы прощаемся. Я сажусь в машину. Надо заехать в торговый центр и купить продукты. Потом вызову мастера, чтобы сменил мне замки.

Торговый центр в пяти минутах езды от моего дома. Оставляю машину на стоянке. Захожу в продуктовый отдел. Толкаю впереди себя тележку. Выбираю продукты. Безумно хочется яблок. Сворачиваю в нужный отдел и замираю. Передо мной стоит мама, а рядом с ней Тамара. Павлик со скучающим видом держится руками за тележку. У мамы на голове куля. Мама одета в серую вязаную кофту, застегнутую до самого горла, черная юбка до щиколоток. У Тамары волосы собраны в прическу. На ней бежевая кофта и серые брюки. Павел в рубашке, поверх которой надета вязаная жилетка, на ногах темные брюки.

— Здравствуйте, — выдыхаю я.

Я не ожидала такой встречи. Мама поджимает губы, сканирует меня оценивающим взглядом, а потом кривит рот.

— Срамота! — шипит она. — Ты во что вырядилась? Грудь напоказ, живот за километр видно. Демонстрируешь всем свое положение? И не стыдно? Что люди о тебе подумают? Выглядишь, как продажная шлюха. И это моя дочь? Какой позор! Тамара, ты только посмотри на эту бесстыдницу!

— Сразу видно девка вышла на охоту. Ищешь мужика, который возьмет тебя с чужим ребенком? — хмыкает Тамара и упирает руки в бока. — Павлуша готов был жениться на тебе, а ты, дура, от счастья своего отказалась. Ты сбежала в другой город, оставила мать одну. Она тут места себе не находила, давление у нее скакало из-за тебя. Галя из-за тебя наплевала на свою мечту, жизнь на тебя потратила, и где твоя благодарность? Она одна тебя растила, душу в тебя вкладывала, от личной жизни отказалась. А ты? Чем ты ей отплатила? В душу плюнула! Знаешь, как Галя ждала, что вы с Павликом поженитесь, и мы станем одной большой и дружной семьей? А ты все ее мечты разрушила. И ведь такой девочкой послушной росла, — цокает она языком и одаривает меня брезгливым взглядом.

Я так шокирована, что просто теряю дар речи. Медленно пячусь назад. Мне хочется сбежать подальше от этих людей.

— Куда собралась? С ней люди разговаривают, а она молчит! — визжит мама. — Сколько можно позорить мать? Переоденься! Смотреть противно! Или хочешь, чтобы у меня сердце отказало из-за твоих выходок? Мало я тебя ремнем в детстве била, ох мало.

У меня сердце скачет так, что готово пробить грудную клетку. Молча разворачиваюсь и иду прочь.

— Строптивая. Как родит, моей будет, — хохочет Павел. — Так что не переживайте тетя Галя. Я прослежу, чтобы Алиса уважительно к вам относилась.

У меня мурашки ползут по спине. На кассе быстро расплачиваюсь, а потом несусь к своей машине. Меня трясет. Слезы текут по моим щекам. Мне больно. Очень больно и плохо. Как никогда раньше, я осознаю, что мать меня ненавидит и винит в том, что я появилась на этом свете.

Зажмуриваюсь. Беру эмоции под контроль. Выдыхаю. Если верить рассказам моего отца, моя мама не была такой в молодости. Она умела улыбаться, мечтать. Папа говорил, что у них сначала все было хорошо в семейной жизни, они были счастливы. Пока мать не вбила себе в голову мысль о том, что муж ей изменяет. Она закатывала скандалы на пустом месте. А когда папа обанкротился, она обозлилась на него за то, что он не отвез ее за границу. И с годами эта ненависть только росла и крепла, а потом весь этот негатив выливался на меня, потому что я тоже стала помехой на пути к счастью. Мама не нашла человека, который бы ее полюбил. И в этом она винила меня. Она считала меня «прицепом», который помешал ей наладить личную жизнь. И теперь, не желая выходить замуж за Павлика, я стала в ее глазах неблагодарной тварью. Как наладить отношения с мамой, я не знала. Мне было грустно из-за того, что мы не могли с ней найти общий язык.

Набираю номер Ирины Александровны. Пока еду, делюсь своими переживаниями с психологом. Эта женщина стала для меня родным человеком. Мы с ней договорились, что будем на связи каждый день. Она меня успокаивает, уверяет в том, что моей вины нет в том, что моя мама не чувствует себя счастливой. После разговора с Ириной, мне становится намного легче, но осадок на душе все же остается.

Я до ужаса боюсь стать такой, как моя мама. Она лишила меня отца в детстве, не дала ему шанс быть рядом со мной. Я так со своим ребенком никогда не поступлю! И чтобы убедить себя в том, что мы не похожи, достаю телефон и набираю номер Артёма.

— Алиса? — в голосе бывшего мужа слышится искренне удивление. — Что-то случилось? — насторожился он. — Нужна помощь?

— Почему ты так решил? — уточняю я, чувствуя, как сердце быстрее забилось в груди.

— Иначе ты бы никогда мне не позвонила, — вздыхает он.

— Нам надо очень серьезно поговорить, — заявляю деловым тоном, сосредоточенно смотрю на дорогу, сжимая руками руль.

Притормаживаю на светофоре. Вижу в зеркале заднего вида белую машину, в которой за рулем сидит Павел, а рядом его мама. Их машина остановилась позади моей.

— Говори где и когда, я приеду, — отвечает Артём.

— Завтра вечером. Помнишь уютное кафе, где мы прятались от дождя, — шепчу и облизываю пересохшие от волнения губы.

— Конечно, помню. Там еще на соседней улице твоя квартира, — отвечает он. — Ты забрала ключи у Маши?

— Забрала, — признаюсь я.

— Живешь в своей квартире? — уточняет он.

— Да.

— Я тогда завтра встречу тебя около подъезда, вместе до кафе прогуляемся. Там пешком пять минут. Если ты не против. Если не хочешь, то приеду сразу в кафе.

— Хорошо, можем встретиться около подъезда.

— Тогда до завтра. Хорошего дня, Алиса, — говорит он.

— И тебе хорошего дня, Артём, — отвечаю я.

И никто из нас не вешает трубку. Оба молчим. Нутром чувствую, что бывший муж хочет что-то спросить, но не спрашивает. Орлов тяжело вздыхает, а потом нарушает тишину.

— Я рад, что ты вернулась в город. До завтра.

После этого он отключается. Я заезжаю во двор. Оставляю машину на стоянке, достаю пакет с продуктами и иду в квартиру, где очень давно не была.

Глава 19

Я трачу день