Свой выбор - 2 - Рина Зеленая

Вальбурга Блэк пристально воззрилась на мальчика, прежде чем спросить:

— Кому-то все еще есть дело до Блэков?

— И до Блэков тоже, — сделав акцент голосом, ответил Гарри. — Вы ведь и сами это знаете. Поэтому и не пожелали отправиться в Мунго. Ведь так?

— Блэков извели почти под корень, разрушили наше будущее, — согласилась волшебница. — Пытаясь спасти… вытащить Сириуса, я увидела, что вокруг очень мало тех, кому можно доверять. Даже… среди целителей.

Гарри кивнул. Он и сам пока мало кому доверился. Магический мир лишь издали и кому-то очень наивному мог казаться сказочным, добрым и прекрасным.

— Вы очень долго были оторваны от событий магического мира, но, как понимаю, дедушки и бабушки уже успели ввести вас в курс дел. Думаю, вы обратили внимание на интересную закономерность?

— Ты о том, что среди чистокровных, особенно среди аристократии… почти не осталось волшебников моего поколения? — Леди Блэк была слаба, но разум ее не пострадал от самозаточения и истощения.

— Да, — кивнул Поттер. — В период с 1978-го по 1981-й год тем или иным способом были убиты или умерли почти все лорды магии того времени. Если кто-то и остался, то лишь из так называемых светлых или нейтральных семей.

— А из темных осталась я одна… — невесело озвучила очевидное леди Блэк. — Но и меня считают мертвой.

— Более того, прямо сейчас значительное число лордов темных семей или играют в нейтралитет с нынешней властью, ведь это их отцы, а не они имели вес в нашем обществе, или сидят в Азкабане, — продолжил развивать мысль Поттер. — Сириус Блэк невиновен, но он сидит в тюрьме. Будь он на свободе, был бы лордом Блэком…

— Невиновен? — странным тоном переспросила Вальбурга.

— Он не мог предать мою семью, ведь является моим магическим отцом, — пояснил Гарри. — С убийством магглов все неоднозначно, но обвинили его, прежде всего, в пособничестве Тому-Кого-Нельзя-Называть, соучастии в убийстве моих родителей и нападении на меня. Но поднять его дело, запустить пересмотр прямо сейчас практически невозможно.

— Почему? — спросила леди Блэк, но тут же сама себе ответила: — Моего сына посадил Дамблдор, хотя Сириус большую часть жизни боготворил этого лживого полукровку. Сири был готов есть с рук Альбуса. Если мой сын невиновен и Альбус знает об этом, то Сириус сидит в Азкабане лишь потому, что так удобно полукровке!

Женщина попыталась приподняться, но смогла лишь чуть-чуть оторвать голову от подушки. Кричер тут же заголосил и принялся успокоительно поглаживать волшебницу по тонкой желтоватой ладони.

— Тише-тише, не пытайтесь встать. Вы слишком слабы, — вскочив и склонившись над Вальбургой, попросил Гарри. — Не надо.

— Но!.. — хрипло выдохнула женщина. — Как же я хочу придушить Альбуса своими руками!

— У вас это не выйдет, — опустившись обратно в кресло, невесело ответил мальчик. — И вряд ли выйдет у кого-то еще. У директора было много лет форы.

Несколько минут все в комнате молчали. Слышалось лишь хриплое дыхание волшебницы, пытавшейся унять свои эмоции.

— Я сам не могу подать запрос о пересмотре дела, — прямо предупредил Поттер, опустив тот факт, что хотел бы подольше сохранить в тайне собственный статус. — Для начала, вряд ли кто-то воспримет всерьез подобное прошение, будь я хоть трижды Мальчик-Который-Выжил. И даже тот факт, что я уже лорд Поттер, ситуацию не меняет. Я все еще одиннадцатилетний мальчишка, не способный тягаться с Альбусом Дамблдором. Весомых же кандидатов на подобное прошение просто нет. Одни не поверят в невиновность даже с кучей фактов, потому что слепо верят Дамблдору. Другие не захотят ввязываться, чтобы не привлекать к себе внимание тех, кто прямо сейчас явная или скрытая власть. А третьи… просто недоступны.

— Я пыталась что-то сделать много лет назад, — признавая правоту мальчика, прошептала Вальбурга. — Всего моего влияния не хватило даже на то, чтобы встретиться с сыном.

— А если сейчас обнародовать, что вы живы, то…

— Это продлится недолго, — довершила женщина спокойно. — Я не самая удобная фигура на игральной доске.

Гарри кивнул и вернулся к изначальной мысли:

— Что же, вопрос с Регулусом решить куда проще, чем освободить моего крестного. Нужно лишь решить одну задачу.

И мальчик пристально взглянул на Кричера.

Глава 10

Гарри вернулся в школу к окончанию обеда. В спальне он забросил в рюкзак свои записи по теме колдомедицины, блокнот с перечнем вопросов и письменные принадлежности. В эту субботу старшие курсы отпустили в соседнюю деревню, а потому в коридорах и на лестницах было тихо и безлюдно. Еще и денек выдался солнечный. Так что, как подозревал Поттер, немногочисленные оставшиеся в школе студенты или доедали свои десерты, или вернулись в гостиные, поближе к жару каминов, или разбрелись по территории. Именно поэтому Поттер удивился, заметив небольшую толпу, скрывшуюся в запретном коридоре. Впереди шагал весь какой-то дерганый и бледный Рон Уизли. Гарри даже показалось на миг, что губы рыжего шевелятся, что он бормочет себе под нос, но обращается не к кому-то рядом, а к себе самому. Следом топал Симус Финниган, а за ними, хмурясь и что-то втолковывая, шла Гермиона. Гарри замер на лестнице, наблюдая за гриффиндорцами, а после, покачав головой, продолжил свой путь вниз.

В Большом зале за столом Рейвенкло сидело не больше десятка человек. Лайза и Менди скучали над пирожными в компании Терри и Майкла. Падма увлеченно листала какой-то толстенный справочник.

— А никто не заметил, что Рональд Уизли похож на призрака? — спросил Гарри у девочек, полагаясь на их достаточно тесное общение с Гриффиндором через Парвати, но ответил ему Терри:

— Да он с самого окончания каникул такой!

Поттер призадумался. Его мало волновало то, чем заняты львята. Хочется им играть с опасностью — пусть играют. Не верилось, что в школе им грозит что-то серьезное. Но совсем другое дело, если один из студентов похож на больного в лихорадке.

— И его братья не заметили? — недоверчиво уточнил мальчик.

— А ведь и правда, — задумчиво откликнулась Лайза. — Он ведет себя очень странно. Но никто не сводил Рональда к медиведьме. Почему?

— Будто вы не знаете, — фыркнул Майкл. — Старший — староста. Он, похоже, вообще ничего не замечает, кроме чужих нарушений. А