Теорема судьбы - Наталия Анатольевна Доманчук

– Боишься, что недостаточно вкусно приготовлю? Или не того оттенка скатерть постелю на стол?

– Да ну, боже ты мой! Просто зачем тебе готовить? Тем более, после ночной смены?

– Потому что я хочу! – топнула ногой Настя. – Хочу порадовать твою прекрасную маму! Хочу, чтобы она с нами и с девочками посидела за красиво накрытым столом. Хочу приготовить ее любимый салат!

Я замолчал. Все ведь верно говорит, но и я тоже помочь хочу…

Интересно, какой у моей мамы любимый салат? И почему Настя знает, а я нет?

Настя повернулась к плите, всыпала в кипящее молоко какао, сахар и размешала.

Смотря на ее спину, я вдруг подумал: а может, и я сто раз предлагал ей руку и сердце? А она отказывала мне, как Баранову?

У любителей легкой жизни обычно нелегкая судьба

Дочек я так больше не увидел. Настя налила мне чашку какао и отнесла им в комнату по кружке.

– Тебе пора, – сказала она, посмотрев на часы, – уже одиннадцать. У меня завтра дел по горло и ночное дежурство.

– А ты никогда не думала бросить работу? – рискнул спросить я.

Кукушкина закатила глаза. Прям точь-в-точь, как Галка, что меня рассмешило.

– Чего тебе так весело? – не поняла она.

– Да так, – я махнул рукой, но все же решил поделиться с ней сравнением, – помнишь, у нас в классе была Галка Пискарева? Вот она точно так же закатывала глаза, как ты.

– Еще бы мне ее не помнить! Как вообще можно забыть эту тварь? Хорошо хоть ее как вундеркинда на три класса вперед переместили, и я видела ее лицо не каждый день.

– Чем она тебе так не нравится? – удивился я.

– Можно подумать, ты от нее без ума.

Я попытался сделать равнодушное лицо и сказал:

– А мы вот случайно встретились с ней, посидели, поболтали…

– Это сейчас так называется? – исподлобья посмотрела на меня Кукушкина.

– Ты о чем?

– Ну я рада, что она наконец-то получила тебя!

– Насть, ты больная? Мы случайно встретились!

– Где? Она живет в Майами, ты в Нью-Йорке. Где вы встретились?

– В Москве…

– А-а-а, – потянула Настя, – то есть вчера?

– Ну да…

– И как тебе она?

– Нормально выглядит, занимается бизнесом.

Кукушкина, казалось, не верила мне и снисходительно улыбалась.

– Что тут такого, не понимаю? Чего ты лыбишься?

– А того, что она по тебе сохнет всю жизнь, ты точно не видишь? Или делаешь вид, что не замечаешь?

– Глупости все это! Ну, может, нравился я ей когда-то…

– А-а-а, – понимающе кивнула Кукушкина, – оказывается, меня два раза чуть не убили, потому что ты ей просто нравился…

– Что-то я не помню этого, – сказал я и пожалел, потому что Настя на меня посмотрела, как на дебила:

– Ты совсем идиот? Я беременная тогда Катей была, а она наняла какого-то отморозка, чтобы он меня сбил на переходе. Ты же потом из него всю душу вытряс, и он рассказал тебе, что его наняла баба, дала кучу денег и приказала чуть-чуть сбить меня. Чуть-чуть! Чтобы я упала и потеряла ребенка!

– Да помню я это, помню! Но сколько лет прошло!

– Да, последние восемнадцать лет она ко мне не лезет, как только поняла, что ты не со мной. Но не факт, что она забыла о тебе. Может, это ее коварный план такой?

– Какой?

– Тихой сапой войти в доверие и затащить тебя к себе в норку.

– Сдался я ей спустя столько лет! Нормально мы посидели, посмеялись, вспомнили детство. Кстати, мы не вдвоем были, а с Алкой.

– Ляхушкиной? – вытаращила глаза Кукушкина.

Я кивнул.

– Мама родная! Еще одна влюбленная в тебя дебилка! Даня, ты совсем идиот и ничего не понимаешь? – крикнула Настя.

– Что я должен понимать? – тоже криком спросил я.

– Они тебя затягивают в свой капкан. Они тебя любили до смерти! Между собой постоянно воевали, а когда на горизонте появилась я, они наверняка сгруппировались и перешли в наступление. Я чудом два раза осталась жива. Они же идиотки! Господи, как ты это не видишь?

– Прошло почти двадцать лет! У них свои жизни, и, поверь, никто обо мне не мечтает.

– Ну-ну. Ты просто не знаешь женщин!

Как мне хотелось крикнуть ей, что знаю! Что целых тридцать три года прожил в теле женщины и досконально помню, и знаю все! И как они думают, и как умеют накрутить себя, и как воспринимают слова мужчины… Хотя Даша была специфической девушкой, довольно открытой и честной. А вот другие…

Да нет, ну взять ту же Галку и Аллу, с которыми она дружила. Нормальные были девушки. Тоже честные, прямые, добрые…

Но это все было, когда у них были души. А без нее они какие? Этого ни Даша, ни я не знали.

– Ладно, – махнул я рукой, – мне действительно пора.

Настя молча провела меня в коридор, подождала, пока я обуюсь и накину куртку, открыла дверь и в спину сказала тихое «пока».

В холодный, хоть и уютный дом, возвращаться не хотелось, но ехать к Алке, где находились Галя и Алена, я не решился.

В дороге ко мне пришла мысль: зачем намеренно писать в дневниках неправду? Получается, Галка любила меня, боролась за меня, устраивала подлянки Кукушкиной. А может, она писала об этом? Просто мы искали записи по Баранову и там, кстати, была фраза, что я красив и она меня хочет. Так что не такая уже неправда в ее дневниках. Но охота видеть ее и Алку у меня моментально пропала.

Я приехал домой за полночь, принял душ и рассмотрел себя в зеркало. Ну да, хорош! Тело обалденное, упругое, накаченное! Интересно, сколько часов я проводил в спортзале? Блин, и теперь мне придется поддерживать эту форму? Ужас! Нет, я на такое не подписывался! Может, мне стать обычным мужиком, у которого в моем возрасте уже есть животик и второй подбородок? И проблемы с женщинами пропадут автоматически?

Перед сном я решил проверить электронную почту и нашел письмо от адвоката. Его звали Артур, и он мне писал: «Завтра разобьем Вашего Баранова так, что от него не останется ни рог, ни копыт».

А я ведь обещал пощадить Виктора.

И что сейчас делать?

«Напомни мне адрес, где быть!»

Артур прислал ссылку на телефон, я заодно поискал в контактах «Баранов», но никого не нашел.