Настоящие сказки Шарля Перро - Шарль Перро

И, движим тайною по красоте тоскою,

Он высоко художества ценил.

Победы он любил на поле брани

И подвиги отваги почитал,

Всё, чем истории гордится достоянье,

Но больше он о том мечтал,

Что славой доброю его страна помянет

За счастье мирное, что он народу дал.

Но сердце нашего героя

Какой-то дух тревожный бередил,

И не давал ему покоя,

И тайной горестью точил.

Всех женщин он обманщицами чтил,

И не было такой на свете,

Чья подлинная добродетель

Не мнилась бы ему обманом,

Притворством, хитростью, дурманом,

Коварной жаждой – обольстить,

Чтоб над мужчиною царить.

К тому ж нередко ведь, случалось,

Мужей, обманутых и жалких, видел он

Добычею ревнивых жён,

И подозреньем ненависть питалась,

И много раз он клялся в том,

Что если искушать его природа станет

И новая пред ним Лукреция предстанет,

Он всё ж не женится никак и нипочём.

Приходит утро. Принц делами позаймётся,

Какие он определил,

Он только ведь о том печётся,

Чтоб подданный без горя жил.

Немало вдов, сирот, замученных нуждою,

Он милостиво выручал.

Иль подать тяжкую, рождённую войною,

Своим указом отменял.

А там с делами распростится

И на охоту он помчится,

Где вепрь могучий и медведь

Ему не столько досаждают,

Как те, кого он избегает, —

Вы, девы, на кого заклялся он смотреть.

А в это время те, кто счастием народа

Так дальновидно дорожат,

Всё время о наследнике твердят,

А без того грозят ему лихой невзгодой.

Являются они однажды во дворец,

Чтоб своего добиться наконец.

И вот оратор, важный, чинный,

Красноречивейший хитрец,

Заговорил, и в речи длинной

Он принцу строго указал:

Наследник нужен нам для процветанья края,

Чтоб принцев род не угасал,

А как уж речь свою кончал,

О новоявленной звезде сказал,

Что, брак счастливый предрекая,

Так блещет, как никто доселе не видал.

Принц выслушал всё это терпеливо

И отвечал спокойно и учтиво:

«Те чувства добрые, которые вели

Вас предложить мне бракосочетанье,

Приятны мне и преданной любви

Счастливое знаменованье.

Сердечно тронут ими я

И завтра же хотел бы вас послушать,

Но осторожности я не хочу нарушить,

А дело это таково, друзья.

Взгляните: в сча́стливом семейном лоне

Немало дев пред вами взоры склонят, —

О, добродетель, доброта,

Какая искренность и чистота!

Но девушек судьба вершится, —

Едва супружества венец

Достигнут ими – и конец,

Всё это мигом испарится.

Недолго ей перемениться —

Себя охота показать,

Главой в семействе воцариться

И на своём всегда стоять.

Одна – насупится, тяжка ей жизни ноша,

Неисправимая святоша,

Кричит, бранится день-деньской.

У той наряды да румяна,

Кокетства, сплетни да романы

И новый рыцарь каждою весной.

А эта – без ума влюбляется в искусства,

Всё разрешает в двух словах,

Тончайших авторов раскритикует в прах,

А у самой ни вкуса нет, ни чувства.

А та – ударится в игру, в распутство,

Растратит деньги, всё, что есть, продаст,

Едва последнюю рубашку не отдаст.

То развлекаясь так, то этак сумасбродя,

В конце концов одна и та же стать:

Гулять повсюду на свободе

Да бедным мужем помыкать.

Итак, скажу я вам, хотите не хотите ль,

Нельзя счастливым брак тот почитать,

Где оба норовят главой семейства стать,

И если нужен вам женатый повелитель,

Ищите юной красоты

Без гордости и суеты.

Она должна быть терпелива,

Послушлива и молчалива,

Без прихотей и без пустой мечты,

И я женюсь, коль вам найти такое диво!»

Так кончил принц и, шпорами звеня,

Вскочил немедля на коня

И в лес, как ветер, он помчался,

Где стан охотничий его уж дожидался.

Равниной скачет он – летят луга, поля;

Вот наконец в тени дубравы

Привет трубят охотников оравы,

И зверь тревожится, рогам внемля́.

Уж гончие пошли в угон нетерпеливо,

И там и сям они мелькают через жниво.

Борзые рвутся и снуют, —

Огонь свирепый в алчных взорах, —

Псарей здоровых волокут,

Что крепко держат их на сворах.

По долам, влажным от росы,

Собаки чуют свежий след добычи;

Принц знак даёт – и в свисте, лае, кличе

Уж за оленем мчатся псы.

Трубят рога, несутся кони,

И ржанье громкое погони,

И лай ожесточённых псов

Покой долин смутил, – и гомон дикий

Разносит эхо, повторяя клики,

И вот уже кругом стена лесов.

Но тут наш принц – случайно иль судьбою

Свернул дорогою иною;

Мечтой какой-то увлечён,

Он одиноко отъезжает,

И вот уж всё кругом стихает,

Ни рога, ни собак не слышит больше он.

Куда заехал он по странности влеченья?

Блестит ручей в тенистом окруженье,

Здесь тайным трепетом охвачен человек:

Природы чистое виденье

Такой красой дари́т воображенье,

Что принц благословил случайный свой побег,

Исполнен нежною мечтою,

Что нам дарят леса певучей тишиною.

Внезапно, и душой и взором поражён,

Он видит образ столь приятный,

Красой украшен благодатной,

Какого никогда ещё не видел он.

Сидела юная пастушка

И вышивала у ручья.

Овец ленивая семья

Бродила тихо по опушке,

И быстро двигалась игла.

Могла бы покорить она дух самый дикий

Своей лилейной белизной,

Природной свежей чистотой,

Что пряталась всегда в тени лесов великой.

Дышали детской нежностью уста,

И очи сквозь пушистые ресницы

Сияли – синева