Почему мама снова навеселе - Джилл Симс

– Ну и отлично, я рада за тебя. За вас обоих, – нехотя выдавила я из себя.

А Саймон-то на месте не стоит, взрослеет и саморазвивается, мне бы тоже не помешало повзрослеть – и тут я напомнила ему, что нам надо официально развестись.

– Да, – медленно согласился он. – Я помню, Марисса тоже все время напоминает об этом. И что вы с ней обе так торопите события? Разве то, как есть сейчас, тебя не устраивает?

– Ну мы же с тобой в серой зоне, в том смысле, что мы официально не в разводе, но мы и не в браке. Что если один из нас захочет вступить в новый брак?

– Ну вот тогда и поговорим. Ты что, замуж собралась?

– Я – нет, у меня даже бойфренда сейчас нет. Вряд ли я в ближайшем будущем замуж соберусь. (Господибожемой, а ведь надо бы выйти замуж, пусть фиктивно, пусть только ради визы для какого-нибудь бедолаги из третьего мира, просто чтобы не говорить это мерзкое слово «бойфренд». И уж тем более «партнер» – криповее слова не придумаешь. Почему еще не придумали название для твоей второй половины, пока ты не в браке и тебе уже за сорок?) А что, если один из нас уедет в Австралию, а другой захочет в новый брак вступить, а мы официально не в разводе, тогда второму придется месяцами отлавливать на бескрайних просторах австралийского буша того, кто бегает с дикими собаками динго без связи с цивилизацией, как в австралийском сериале «Летающие врачи», там еще дети на ранчо делают уроки по радио, и тогда кому-то из нас придется лететь через весь земной шар, чтобы в последний момент получить заветную бумажку о расторжении брака за подписью всех сторон? Слишком много лишних телодвижений, тебе не кажется?

– Во-первых, в эпоху интернета, я уверен, даже в австралийском буше дети давно уже не учатся по радио, как ты это себе представляешь. Во-вторых, я не совсем с катушек съехал, чтобы свалить ни с того ни с сего в Австралию. А ты туда собралась, что ли? В-третьих, такие отчаянные сценарии разыгрываются только в твоей голове, потому что ты у нас помешана на бестолковых романтических комедиях, а то, что происходит в сериалах, вряд ли возможно в реальной жизни.

– И невозможное возможно, – парировала я. – Хотя в таких сюжетах обычно разводящаяся пара попадает в какую-нибудь передрягу, где им на долю выпадают смертельные испытания, они борются с обстоятельствами, дерутся и грызутся между собой, но потом до них доходит, что чувства-то между ними не остыли и они все еще любят друг друга, а новый избранник просто мразь, о котором они не хотят даже вспоминать, так что наши герои бросаются в объятия друг друга и живут потом вместе долго и счастливо. Ха-ха! Можно подумать, такое случается в реале!

– Вот именно, – поддакнул Саймон. – Потому все эти ромкомы – просто выдумка, Эллен. Мы уже такое проходили. Однако если оставить за скобками приключения в Австралии, то ты права, нам надо довести бракоразводный процесс до конца. Я тянул с этим, потому что… – тут он запнулся. О нет! Что это с ним? Он что, собрался признаваться мне в вечной любви, хотя только что безжалостно полил грязью все эти глупые романтические комедии? Вот уж засада! Разве он не в курсе, что такие признания считаются, только если вы оба стоите и мокнете под дождем или же секунду назад были буквально на волосок от смерти, особенно когда один из вас выглядит такой мокрой и жалкой и на ней хороший бюстгальтер пуш-ап? Но не за тарелкой же пасты, когда у тебя в зубах застрял кусок бекона!

Он глубоко вздохнул. Я внутренне сжалась и приготовилась поджечь свою салфетку, только бы избежать каких бы то ни было романтических сцен.

– Ну, дело в том, что Марисса очень часто и непрозрачно намекает, что как только я получу развод, то мы с ней поженимся.

Что? А где, я вас спрашиваю, трепетное признание в вечной любви ко мне? Я же уже заготовила душещипательную тираду, в которой добрыми словами опущу его ниже плинтуса.

– Но это же здорово, нет? – зло спросила я. – Ты разве не хочешь на ней жениться? Она такая вся идеальная, волосы блестят и шевелятся, и она занимается благотворительностью, и вся такая заботливая, и т. д. и т. п. У нее кожа не пористая, такая идеально гладкая, что любой готов жениться!

– Не пористая? Эллен, ты и вправду странная. Да, Марисса, бесспорно, идеальная. Даже чересчур. Я все время чувствую, что не дотягиваю до ее высоких стандартов. Она меня всегда поучает, что хорошо, а что плохо. А я раньше и не задумывался об этом. Например, она говорит, что авокадо – это зло.

– Ну вообще-то я постоянно тебе говорила, что авокадо – это зло, это просто сатанинское зеленое зло, склизкое и мерзкое, которое испортит любую еду. Даже в Daily Mail признают, что авокадо – это зло. Они, правда, гонят волну на Меган Маркл, почему-то ее обвиняют во всех грехах авокадо, а мне непонятно: как она, бедняжка, с авокадо связана?

– А Марисса знает точно: это потому, что авокадо оставляет вредный углеродный след. А не потому, что однажды кому-то авокадо попался в клубном сэндвиче и этот кто-то никак не может отплеваться и до сих пор испытывает иррациональное отвращение к этому фрукту.

– Но тот сэндвич был просроченным, он же весь растекся и измазал зеленой жижей все вокруг!

– Я помню, ты это сто раз повторяла. Я говорю о другом: Марисса против авокадо по разумной причине, потому что она сама очень разумная и правильная, и я считаю, что я недостаточно правильный для нее, и она это понимает.

– Как же она понимает, если собралась за тебя замуж? – удивилась я.

– Мне иногда кажется, что она хочет замуж не столько за меня, сколько просто хочет замуж, – ответил он. – Меня она выбрала как временно подходящую кандидатуру на вакантное место. Да мне все равно, потому что я не хочу на ней жениться.

– Потому что она слишком идеальная? – без всякого сочувствия переспросила я.

– Потому что я не уверен, подходит ли она мне, – печально ответил он.

– Ну, тогда нечестно удерживать ее около себя и притворяться, что ты на ней не женишься, потому что еще не развелся, – мы же можем с тобой хоть завтра развестись. А ты крадешь у нее