История ислама. Т. 1, 2. От доисламской истории арабов до падения династии Аббасидов в XVI веке - Август Мюллер

192

Ибн Абу Сарх был одним из тех немногих мекканцев, которые умели писать; поэтому Мухаммед часто диктовал ему в Медине, когда требовалось, свои откровения. При этом Ибн Абу Сарх замечал иногда, что у пророка прорывались маленькие неточности, так, например, вместо продиктованного ему «слышащий всезнающий» он позволял себе писать «всезнающий мудрый». Из этого маловерный человек выводил заключение, что божеское вдохновение Мухаммеда не бог весть что, и стал равнодушен к исламу.

193

То есть принадлежит именно Омейядам и их мекканским друзьям.

194

Абу Суфьян приходился двоюродным братом отцу Османа Аффану.

195

Сура 28, ст. 85. «Тот, кто дал тебе Коран, приведет тебя к месту возвращения», то есть в Мекку, которая для прогнанного неверующими пророка обозначается как цель позднейшего возвращения. Но слово имеет два значения: место возвращения, а также воскресение мертвых, поэтому может вообще приниматься за всякого рода возвращение.

196

Это воззрение древнейшее и основывается главным образом на отношениях, существовавших между Моисеем и Аароном, Иеремией и Барухом, Даниилом и его сотоварищами.

197

И поныне на Востоке правительственные указы и тому подобные документы не подписываются; к ним прикладывается печать, носящая имя чиновника или присутственного места.

198

Коран. III, 167–168.

199

Так обыкновенно звали Османа его враги.

200

«Ничего она не говорила о нем хорошего, даже и тогда, когда представлялась возможность промолчать», – говорит один современный свидетель.

201

По свидетельству одного предания, было их 2500–2600 человек. Так как, по достоверным известиям, число бунтовщиков, покушавшихся на жизнь Османа, не превышало 1000, следует предположить, что к цареубийцам примкнули их единомышленники и единоплеменники.

202

Разнородные попытки определить день сражения не привели ни к каким результатам; одно только положительно верно, что многие встречаемые в предании прибавления, указывающие на джумада II (декабрь 650 г.), неосновательны.

203

Мудар и рабиа – это два главные отдела измаильтянских (северных) арабов. Вместе с другими образовали они племена бекр и таглиб. Южнее идут – гатафан, хавазин; сулейм, темим, хузейль; асад, курейш и т. д.

204

Достоверных известий о числе павших в этих боях не существует. Но из всех описаний сражения вытекает, что потери с обеих сторон должны были быть значительные.

205

Так рассказан ход событий у большинства арабских историков. Но в только что открытой хронике Якубия встречаются и иные подробности. Они тем более достойны внимания, что указывают на деятельное участие племенных счетов, имеющих обыкновенно место во время раздоров в общине, а также и потому, что представляют в менее ярком свете дальнейшее поведение «чтецов» Корана. По этому описанию последние не принимали выдающегося участия в событиях, по крайней мере до момента избрания третейских судей, а будто бы Ашас восстановил своих южноарабских земляков против находившихся в войске многочисленных северян, в особенности же против Малика. Между тем ввиду единогласия всех остальных преданий нельзя прямо принять это новое, во многом далеко отступающее повествование, пока не собран будет новый материал, способный разъяснить все темное, заключающееся в этом событии.

206

Тем более никакого третейского суда, людей с мирскими наклонностями.

207

Харидж по-арабски значит выходящий, выступающий, хариджий – принадлежащий к выходцам.

208

Имеются положительные доказательства, что на ярмарках в Куфе, ко времени Али, был во всеобщем употреблении персидский язык.

209

Всем известно, какую великую роль играло учение о вочеловечении Бога в буддийской религии. И по сие время лама, владыка Тибета, считается за воплощение Наивысшего.

210

Сравнение с человеком, погрязшим в неверии и мирском, которого откровения так же мало беспокоят, как и собаку все окружающее; от усталости и жажды свесился у нее язык на шею.

211

Намек этот первоначально касался иудеев, имевших в книгах Моисея божеское откровение, но не заботившихся об истинном значении.

212

Фарс – это Персида, исконная родина Ахеменидов; Хузистан лежит между Фарсом и Южным Ираком.

213

О нем будет говорено более подробно далее.

214

Древний Клизма, нынешний Суэц..

215

На основании высказанного в элегии, написанной одним из приверженцев Али, в соединении с заметкой старинного сирийского хроникера Ранке (Weltgeschichte, V 1. 170) подозревает – не Муавия ли подослал убийц. Но это едва ли вероятно. Омейяды, понятно, возликовали совершенно открыто, узнав о происшедшем, и озлобленный поэт мог легко бросить намек на соучастие, которое, может быть, и сам только предполагал. Летописец же сириец жил вдалеке от совершившегося. Положим, Муавия был способен на такое дело, но если бы это действительно произошло, как, например, тяготевшее на его совести умерщвление Аштара, в таком случае предание, приписывавшее наместнику все наихудшее, без сомнения, обвинило бы его и в этом. В данном случае указывается бесспорно на хариджита Ибн Мульджама, стало быть, виновник именно он. Далее в известиях прицеплена баснословная прикраса, что Ибн Мульджам поклялся вместе с двумя другими умертвить в один и тот же день злодеев – Али, Муавию и Амра, безмерное честолюбие которых потрясло исламскую общину, что только будто бы случайно избегли оба остальные той же участи.

216

По странной случайности, подобно своему противнику Муавии, был он, несмотря на свою воинскую расторопность, до безобразия тучен.

217

Существует очень распространенное предание, что Муавия приказал его отравить, но оно во всех отношениях неверно и проистекает из одного и того же стремления приписывать Омейядам всевозможные злодеяния. Муавии нельзя было ждать никакой выгоды от смерти ничего не значащего Хасана. Наоборот, она должна была быть для него в высшей степени нежелательной, ибо отныне главенство в семье пророка переходило к Хусейну. А от последнего Муавии ничего хорошего нельзя было ждать, и это он ясно