История героя: Огонь наших душ - Евгений Чепурный

окончательно истощив резервы эссенции, он вынужденно прервал связь, тяжело дыша и безуспешно пытаясь обуздать кружащуюся и ноющую голову. Почти сразу на его виски легли прохладные пальцы Онеказы, и боль отступила вместе со слабостью, изгнанная вливающимся в Кьелла потоком эссенции, бодрящей и придающей сил.

— Прости, что я не поддержала тебя раньше, — виновато произнесла королева. — Ты подарил мне невероятное знакомство. Экера, я забыла о времени за этой беседой, — она смущенно улыбнулась.

— Угу, рад, что ты оценила, — весело глянул на нее Кьелл. — А теперь ответь мне на важнейший вопрос — что ты думаешь о традиции с многоженством правителей, или же, в твоем случае, с многомужеством? — он преувеличенно нахмурился, глядя в смеющиеся глаза своей женщины.

— Это очень интересная традиция, — попыталась сделать серьезную мину она, но безуспешно — хитрая улыбка прорывалась наружу. Сдавшись, она рассмеялась. — Не все древние обычаи достойны возрождения, ароха нуи. Этот — совершеннейшее безумие, — Онеказа, все еще стоящая над Кьеллом, наклонилась к нему, и нежно поцеловала. — Давай не будем вспоминать об этой нелепице из былых времен.

— Давай не будем, — с готовностью согласился эльф, вставая и обнимая ее. — Знаешь, в моих сегодняшних брожениях по Укайзо, я наткнулся на замечательную улицу, проходящую по берегу канала. На ее обочинах растут пальмы, а выходит она на очень симпатичный пляж. Хочешь прогуляться перед сном? Заодно расскажешь мне, чего еще тебе наговорил старик Вингауро о Ватури — я почти все пропустил. Или о чем другом побеседуем, — он вопросительно глянул на нее.

— Замечательная идея, Кьелл, — нежно улыбнулась женщина. — Пойдем.

Укайзо, королевский дворец, две недели спустя

Кьелл аккуратно прикрыл за собой дверь, и, оглядевшись, снял сапоги, отставляя их к стене. Обстановка этой просторной комнаты, минималистичная и чистая до стерильности, располагала к этому. Около четверти ее пола занимали мягко плещущиеся воды бассейна, у стен стояли низкие шкафчики, а ближе к центру — большой массажный стол, на котором на животе лежала Онеказа, принимающая сейчас косметические процедуры. Она была полностью обнажена, лишь чистое полотенце прикрывало ее бедра. Две молодые служанки в четыре руки старательно втирали в ее кожу желтоватые цветочные лепестки, огромная миска с которыми стояла здесь же.

Кьелл задумчиво улыбнулся, и, подойдя ближе, присел рядом со столом, так, что его лицо оказалось напротив сонно жмурящегося личика любимой.

— Это ты, Кьелл? — пробормотала она. — Что-то срочное случилось?

— Не, все хорошо, — непроизвольно улыбнулся этой донельзя милой картине гламфеллен, и поддавшись порыву, потянулся вперед и чмокнул ее в нос. Женщина фыркнула и возмущенно сморщилась, но недовольство не продержалось на ее лице надолго, сменившись нежной улыбкой.

— Подожди еще четверть часа, — сказала Онеказа тихо. — Я закончу совсем скоро.

— Я ненадолго, — ответил Кьелл, добавив мысленно: «Если я задержусь, то совершенно точно прогоню служанок, и испорчу тебе процедуру, да-да.» Женщина поглядела на него с крайней заинтересованностью, и эльф, не медля, продолжил, чувствуя, что если он не изложит свое дело сейчас, то неминуемо отвлечется на всякое:

— У меня в последнее время образовалась небольшая привычка — встречать почтовые вояджеры. Люблю первым читать новостные листки, как наши, так и из других уголков Эоры. Сегодня, капитан прибывшего почтовика оказался знакомцем с рауатайской войны — Ванау, ты его еще награждала, помнишь? — королева утвердительно прикрыла глаза. — Так вот, то ли до него дошли все эти сплетни про нас с тобой, то ли он безалабернее, чем я думал, но он, вместе с новостями, передал мне и доклады твоих чиновников-карере, с островов, что на юго-западе Дедфайра. Ты уж извини, — смущенно поглядел на нее Кьелл, — я прочитал и их. Новостей было маловато, мой информационный голод они только раззадорили. Я оставил доклады у Аруихи, так что ты еще ознакомишься с ними в подробностях, но один привлек мое внимание, — дойдя до сути излагаемого им дела, он непроизвольно подобрался, и Онеказа, почувствовав это, посерьезнела следом за ним.

— Карере острова Никау Таумаха просит о помощи — последнюю неделю рыбаки тамошнего племени не видят в сетях ничего, кроме плотоядных слизней. Очень мелких, и многочисленных.

— Странно, — озадаченно заметила королева. — Мелкие слизни, собираясь вместе, сливаются в крупных, и я не знаю ни одной причины, могущей этому помешать.

— Я читал о чем-то таком, но не хочу судить, не убедившись во всем наверняка, — ответил Кьелл, отрешенно глядя вдаль. — Я думаю заняться этим лично — срочных дел у меня нет, а если эта напасть — и правда то, что я думаю, с ней нужно разобраться как можно скорее и окончательнее.

— Неужели ты бросишь свою школу? — улыбнулась Онеказа с добродушной иронией. — Экера, в последние недели ты вел себя, как курица-наседка, не оставляя своих учеников ни на миг.

— Они у меня ребята боевые, проживут без присмотра недельку-другую, — засмеялся гламфеллен. — Даже больше, уверен, они ждут не дождутся, когда учитель оставит их надолго, чтобы поскорее встрять в какое-нибудь безобразие, — он с теплотой вспомнил трех подростков-аумауа, что старательно, пусть и немного раздолбайски, перенимали у него воинскую науку. Пусть юные Такитуму, Кайкеа, и Майпе были ни капли не похожи на Сяо-Фаня и двух его старших, их выходки всегда пробуждали у Кьелла ностальгические чувства.

— Я планировал отплыть сегодня, — продолжил он. — «Онеказа» как раз стоит на якоре в Бухте Победы, выпрошу ее у Кахуранги. Прихвачу и Эдера с Рекке — пусть развеются, и вспомнят старые времена в компании приятелей из нашего бывшего экипажа. Да, отдашь мне одного из попугаев Вапуа? Если что, хочу иметь возможность быстро с тобой связаться.

— Конечно, обратись к смотрителю зверинца, — рассеянно ответила королева, и вдруг повелительно бросила:

— Анаэра, Роймата, оставьте нас. И передайте стражам у двери, что их дежурство закончено.

Кьелл, поднявшись, проводил служанок непонимающим взглядом. Онеказа, чуть приподнявшись на локте, взглянула на него с веселой иронией.

— Раз уж ты так спешишь помочь обитателям Никау Таумаха, любимый, я тоже не буду тратить время зря — нам ведь нужно попрощаться как следует, — она улеглась обратно, и промурлыкала: — Не поможешь мне с притираниями? Там совсем немного осталось, в низу поясницы.