Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Гермиона несколько секунд молча изучала его.

— В чем дело, Гарри?

Ее голос был мягким, осторожным. Тон, который она привыкла использовать в больничной палате.

Уголок его рта дернулся, и он склонил голову набок.

— Я думаю, что это будет финальная битва.

Гермиона слегка улыбнулась ему:

— Надеюсь, что так. Надеюсь, мы окажемся правы.

— Я... — начал было Гарри, но тут же замолчал. Он потеребил ручку двери. — Я... я попробую убить его. Я никому ещё об этом не говорил. Но я все время думаю о пророчестве. Если оно правдиво, я должен убить его. Не уверен, что у меня хватит сил вести ещё одну войну.

Гермиона подошла к нему и взяла за руку, вплела свои пальцы в его и посмотрела ему в глаза.

— Я верю в тебя, Гарри. Когда тебе было одиннадцать, я сказала тебе, что ты великий волшебник. Я никогда не переставала в это верить.

Гарри слабо улыбнулся ей, но улыбка исчезла так же быстро, как и появилась. Он пристально смотрел на нее и казался почти призраком. Как будто ее пальцы могли внезапно провалиться сквозь его руку.

— Гермиона, я думаю, что сегодня умру.

Девушка пристально посмотрела на него. Она никогда раньше не слышала от него ничего подобного. Независимо от сражений, независимо от его травм, независимо от шансов; Гарри всегда верил, что они доживут до следующего дня.

— Нет! — Ее голос щелкнул, как хлыст. — Нет. Весь Орден и большая часть Сопротивления будут там...

— Гермиона... — твердым голосом перебил ее Гарри. Он глубоко вздохнул и посмотрел на их руки. — Я это чувствую. Я думал... какое-то время я думал, что в будущем... — его плечо дернулось, а губы сжались, — что победа будет только началом. Но... я... я думаю, ты права. Ты всегда была права. Война — это все, что у меня осталось.

Гермиона почувствовала себя так, словно ее ударили. Она крепче сжала его руку.

— Я не это имела в виду, Гарри. Вовсе не это. Ты не можешь отправиться в Хогвартс с таким настроем. Все получится. Клянусь, наши подсчеты идеальны... я проверила их сто раз. Мы можем победить. Ты можешь это сделать. Джинни ждет тебя...

— Гермиона, прекрати. — Гарри оборвал ее. — Я должен это сказать, прежде чем уйду.

Он резко вздохнул.

— Прости, что так долго не верил тебе. Я хотел, чтобы ты ошибалась. Я не понимал, что так зол на тебя только потому, что хотел, чтобы ты оказалась не права. Я просто... у меня уже никогда не будет времени, чтобы загладить свою вину.

Он говорил все быстрее и быстрее, как будто у него заканчивалось время. Как будто он видел оставшиеся минуты своей жизни, а их было немного.

— Я знаю, что не вправе просить тебя ни о чем, но... Но... я хочу попросить тебя позаботиться о Джинни. На случай, если умру. — Его хватка на ее руке стала еще крепче. — Я не знаю, что случится сегодня. Но я хочу знать, что кто-то позаботится о ней. Она не сможет защитить себя в ее состоянии, но я знаю, что ты... ты... ты сделаешь все возможное, чтобы защитить ее. Я хочу знать, что с ней все будет в порядке, что бы ни случилось. Я знаю, что с тобой она будет в безопасности.

— Гарри... ты вернешься.

В глазах Гарри мелькнуло раздражение, но, прежде чем он успел заговорить, за дверью послышался шум.

Гермиона подняла глаза и увидела Рона, просунувшего голову в дверь.

— Гарри, нам пора. Все уже ждут внизу.

— Конечно. Я пойду. — Гарри отпустил ее и отступил назад. Он бросил на Гермиону последний взгляд и слегка отсалютовал, прежде чем спуститься по лестнице. Она смотрела ему вслед, пока его голова не скрылась из виду.

Рон медлил, пока Гермиона не перевела взгляд на него.

— Он в порядке?

Гермиона отвела глаза.

— Он хотел, чтобы я пообещала позаботиться о Джинни, если он сегодня умрет. Рон, следи за ним.

Лицо Рона напряглось, но он не казался удивленным.

— Я так и сделаю. Куда бы Гарри ни пошел, я всегда буду рядом.

Она открыла рот, не зная, что сказать.

— Рон. Пожалуйста, будь осторожен. — Она потянулась к нему. — Верни его обратно.

Он одарил ее кривой улыбкой, которая не коснулась его глаз.

Он так постарел от войны. Его худое лицо выглядело изможденным. Его скулы выступали вперед, а лицо покрылось морщинами. Седых прядей в волосах стало больше. Он выглядел намного старше своих двадцати двух. Смерть Лаванды погасила в нем часть света.

Гермиона даже не знала о них. Не замечала их отношений, пока те не исчезли.

В его бледно-голубых глазах все еще чувствовалась сталь.

— Я привожу его обратно с каждого задания. Это моя работа. — Он посмотрел в сторону лестницы, и Гермиона поняла, что его мысли заняты предстоящим днем. — Будь осторожна, Миона. Эта битва может сильно ударить по больничной палате.

Она неуверенно кивнула.

— Ладно. Ну, теперь все ждут меня. — Рон на мгновение положил руку ей на плечо и повернулся, чтобы уйти.

Гермиона осталась стоять в одиночестве у шкафа с зельями, пытаясь вспомнить, когда они перестали обниматься на прощание.

Примечание к части

Арт к главе

Автор аvendell https://www.instagram.com/p/CAfwSsxnFYd/

61. Флэшбэк 36.

Июль 2003.

Наконец наступило первое июля. Гермиона и другие целители собрались в коридоре Площади Гриммо и неотрывно следили за часами на стене в ожидании новостей. Тишина прерывалась короткими перешептываниями.

Прислонившись к окну, Гермиона рисовала на стекле руны, стараясь не думать о Драко. Ее глаза то и дело возвращались к часам на стене. Было уже почти двенадцать дня. Чтобы сдержать дрожь в руках, девушка вцепилась в оконную раму, продолжая следить за временем.

Симус обещал прислать патронус с новостями.

Когда часы пробили полдень, Гермиона отошла от окна и продолжила следить за минутной стрелкой, боясь сделать вдох от волнения.

Ничего не происходило.

Ты сделала что-то не так. Допустила ошибку в расчетах. Все доверились тебе, а ты