100 великих разведчиков России - Владимир Сергеевич Антонов

В 1920 году Косенко становится сотрудником Ставропольской губернской ЧК и принимает активное участие в уничтожении остатков белогвардейских банд на Северном Кавказе. В 1921 году вступает в ряды РКП(б).

С 1924 года работает на различных должностях в органах ОГПУ в Новороссийске, Владикавказе, Ростове, Свердловске и Москве.

Еще в период учебы Георгий активно изучал французский язык. В начале 1933 года на молодого, но успевшего приобрести хороший оперативный опыт чекиста обратили внимание сотрудники Иностранного отдела ОГПУ. Его переводят в кадры внешней разведки, а уже в апреле того же года назначают на ответственную должность заместителя руководителя «легальной» резидентуры ОГПУ в Харбине.

В середине мая 1933 года Георгий Косенко прибыл в Харбин.

Главной задачей внешней разведки в данном регионе являлась борьба с вооруженной белогвардейской эмиграцией, выявление ее планов и связей с иностранными державами, вынашивавшими агрессивные планы в отношении Советского Союза.

Работа Георгия Николаевича в Харбине была исключительно успешной. В характеристике на Косенко, подписанной в начале июня 1935 года, отмечалось, что, «являясь в течение двух лет заместителем резидента ИНО ОГПУ – НКВД в Харбине, он самым активным образом помогал резиденту и добился значительных результатов в оперативной деятельности».

В документе, в частности, подчеркивалось, что Косенко через свои агентурные возможности выявил десять белогвардейских банд, сформированных японцами для переброски на советскую территорию. Им было установлено свыше 180 активных участников бандформирований, поставленных на учет в Центре. Благодаря полученной им оперативной информации, три банды (Карася, Якимова и Комиссаренко), направленные на нашу территорию, при переходе советско-маньчжурской границы были ликвидированы.

Георгию Косенко удалось также выявить 25 активных японских разведчиков, засылавшихся штабом Квантунской армии на территорию СССР. К отдельным из них были подведены агенты резидентуры, что позволило Центру быть в курсе вопросов, интересовавших японскую разведку. Одновременно Косенко через агентурные каналы установил более 300 японских разведчиков, работавших под прикрытием в различных пунктах и учреждениях марионеточного государства Маньчжоу-Го.

В результате оперативных мероприятий харбинской резидентуры, разработанных непосредственно оперработником, пять японских разведчиков были выведены на советскую территорию и арестованы органами госбезопасности. Одновременно им была вскрыта и своевременно предотвращена провокация японской жандармерии (так называемое «дело ИНО ОГПУ»). Она заключалась в том, что японцы вербовали советских граждан в учреждениях СССР в Маньчжурии и на КВЖД от имени ОГПУ для освещения положения в совколонии. Своевременными мерами, предпринятыми резидентурой, все завербованные японцами лица были выведены в СССР, дали письменные показания, на основе которых советский Наркомат иностранных дел заявил официальный протест японской стороне.

В июне 1935 года Косенко был назначен резидентом ИНО НКВД в Харбине. Однако в конце того же года он серьезно заболел и в январе 1936 года был вынужден возвратиться в Москву.

Врачи подлечили разведчика, и уже в мае 1936 года руководством разведки было принято решение о направлении Косенко руководителем «легальной» резидентуры в Париж.

Руководимая Косенко парижская резидентура получала значительное количество документальной информации по вопросам внешней и внутренней политики французского правительства. Она имела надежные источники в канцелярии президента, в правительстве, в местных спецслужбах. Резидентуре удалось также получить доступ к документам английского посольства и дипломатических представительств некоторых других иностранных государств. Весьма эффективной, по оценке Центра, была работа парижской резидентуры и по линии научно-технической разведки. В частности, ей удалось получить документы и образцы новейших изобретений в области авиации, бронетанковой техники, стрелкового оружия.

В сентябре 1937 года резидент Косенко принимал непосредственное участие в организации похищения руководителя Русского общевоинского союза генерала Миллера. В 1938 году он участвовал в изъятии и переправке в Москву так называемого «архива Троцкого».

В служебной характеристике, составленной на Косенко в тот период в Центре, отмечалось: «…Руководимая им резидентура в Париже нанесла серьезный удар по белогвардейским эмигрантским организациям».

В ноябре 1938 года Косенко был отозван в Москву и назначен на руководящую должность в центральном аппарате внешней разведки. Однако уже в декабре того же года по ложному обвинению он был арестован.

20 февраля 1939 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его к высшей мере наказания. Георгий Косенко, отдавший большую часть своей жизни службе в органах госбезопасности, был тайно казнен в ночь на 21 февраля 1939 года, а его тело захоронено в безымянной могиле в районе совхоза «Коммунарка» вместе с телами других жертв произвола. Выдающийся разведчик разделил трагическую судьбу многих десятков своих соратников, погибших в результате необоснованных репрессий.

Доброе имя Георгия Николаевича Косенко было восстановлено лишь во второй половине 1950-х годов. Верховный суд СССР решением от 15 декабря 1956 года отменил приговор Военной коллегии Верховного суда СССР от 20 февраля 1939 года и дело производством прекратил за отсутствием состава преступления.

За время работы в органах госбезопасности Г. Н. Косенко был награжден орденом Красного Знамени, двумя нагрудными знаками «Почетный работник ВЧК – ГПУ» и трижды – почетным боевым оружием.

Василий Яковлев

Установление в 1934 году дипломатических отношений между СССР и Болгарией позволило приступить к систематической разведывательной работе на территории этой страны с «легальных» позиций. В январе 1935 года руководство НКВД приняло решение о создании в Софии резидентуры под прикрытием советского полномочного представительства.

Москву прежде всего интересовало развитие болгаро-немецких отношений, поскольку монархический прогерманский режим Болгарии все теснее увязывал свои территориальные притязания с гитлеровскими планами установления «нового порядка» в Европе.

Первым резидентом внешней разведки в Софии в 1935 году стал опытный чекист Василий Терентьевич Яковлев. Несмотря на то, что он работал в органах ВЧК – ГПУ – НКВД уже длительное время, на разведывательной работе за границей он оказался впервые.

Василий Яковлев родился 15 марта 1899 года в селе Антипово Юхновского уезда Смоленской губернии в семье железнодорожника.

Василий Терентьевич Яковлев

В 1917 году поступил в Смоленский политехнический институт. В 1919 году после окончания двух курсов института добровольно вступил в ряды Красной Армии, участвовал в боях на Западном фронте.

С 1921 года – в органах ВЧК. Являлся уполномоченным Особого отдела Смоленской губЧК и Пензенского губотдела ГПУ. В 1923 году Яковлев был переведен на работу в центральный аппарат ОГПУ. До 1931 года служил уполномоченным в контрразведывательных подразделениях, работал на Московской таможне помощником начальника отдела по борьбе с контрабандой. За отличную работу трижды награждался боевым оружием, а также серебряным портсигаром.

Во внешней разведке – с 1931 года. В 1932 году был назначен помощником начальника отделения ИНО ОГПУ. В 1934 году за выполнение специального задания Коллегия ОГПУ наградила Яковлева нагрудным знаком «Почетный работник ВЧК – ГПУ».

В марте 1935 года Яковлев был направлен в качестве резидента разведки в Болгарию, где находился до 1938 года. В «Очерках истории российской внешней разведки» следующим образом оценивается период работы Яковлева в этой стране: «Обстановка в Болгарии была сложной. Как только в Софии открылась советская дипломатическая миссия, болгарские спецслужбы взяли под наблюдение ее сотрудников. Учителями болгарских контрразведчиков были гестаповцы. Больше всего болгарские спецслужбы опасались контактов сотрудников советского полпредства с местной компартией и поэтому пытались контролировать все их неофициальные связи.

Яковлев постоянно