Инквизитор - Ян Анатольевич Бадевский

Перед заходом группы работают телепаты и провидцы. Получают общую картину внутри, расположение комнат, лестниц и коридоров. Намерения противников, их численность, огневые точки. Убеждаются в наличии или отсутствии разломных тварей. Отмечают артефакторику, прощупывают каббалистические цепочки. После этого выбирается одна из готовых схем, и начинается штурм.

Сразу отмечу, что зачистки может и не быть. Чаще всего каратели уничтожают вооружённых противников и мощных одарённых, но главного подозреваемого стараются оставить в живых. Во-первых, чтобы выйти на других еретиков, получить больше информации. Во-вторых, чтобы устроить в финале показательную казнь с редактированием судьбы.

Головной боец всегда вооружён дробовиком. Этот каратель либо отстреливает замок с петлями, либо выжигает дверь к чертям собачьим, если он пирос, либо применяет иной Дар для расчистки прохода. Зачастую внутри уже успели поработать прыгуны, но во избежание косяков головной отходит в сторону, а внутрь просачиваются слаженные двойки инквизиторов, зачищающие всё по секторам. Сначала идёт первая пара, затем — вторая. Тыл прикрывает пятый боец. По совместительству, целитель.

Схемы варьируются в зависимости от данных, предоставленных провидцем и телепатом.

Мехов инквизиторы не пилотируют.

Вообще.

В учебниках написано, что среднестатистический каратель от седьмой ступени и выше может без особых проблем разобраться с шагателями всех поколений.

После зачистки объекта, ликвидации опасных еретиков и ареста выживших начинается работа дознатчиков. Все запрещённые устройства, вещества, чертежи и иные материалы опечатываются, перевозятся в консисторию и подвергаются всестороннему анализу.

Я всей этой хренью заниматься не собираюсь, меня интересуют исключительно твари. Но вот зубрить схемы приходится, иначе экзамен не сдашь.

Три дня гемора — и я в тёмно-серой рясе.

Окончательное решение принимал боевой куратор Александр, но это было чистой формальностью. Я не просто сдал боёвку в нужном объёме, на моём счету числилось участие в рейде, в составе оперативно-тактической группы инквизиторов. Даже если бы я молчал на устных экзаменах, меня бы тянули изо всех сил. Но я не молчал. Отвечал чётко и по существу, путался по мелочам.

Инструктаж тоже проводил Александр.

— Третья ступень позволяет свободно пользоваться табельным оружием, — сообщил Александр, — не ограничивая себя самообороной. У тебя есть право на модификацию сакса категории «В», улучшение тычкового ножа и получение двух тонф с прохождением сопутствующего курса обучения. У тебя, послушник, есть право свободного перемещения по городу. Ты больше не обязан ночевать в кампусе. Живи в любой точке города или за его пределами по своему усмотрению. Ты можешь участвовать в рейдах инквизиции на правах стажёра. Иными словами, быть членом оперативно-тактических групп с испытательным сроком. Блокировка с группы файлов третьего уровня допуска снимается. Отец Бронислав?

Мой наставник прибыл из Наска сегодня утром на скоростном самолёте.

И сразу поспешил принять участие в аттестации.

— У меня есть небольшое дополнение, — сказал Бронислав, поднимаясь. — В ходе недавней экспедиции послушник Ростислав проявил себя с наилучшей стороны и внёс существенный вклад в развитие внешней безопасности Земли. У меня в руках эдикт Супремы, подписанный самим протоинквизитором, согласно которому Ростислав переводится из разряда послушников в разряд братьев, окончательно приписывается к ордену карателей и получает право на автономную деятельность.

После этих слов повисла гробовая тишина.

Братья начали обмениваться недоумёнными взглядами. Почти на всех лицах читался откровенный шок.

— Отец Бронислав, — нарушил затянувшуюся паузу Александр. — Володкевич обладает несомненным талантом, но чтобы… автономия? И перевод в братья? Обычно этот статус получают выпускники духовной семинарии, при этом их ступень посвящения должна быть не ниже четвёртой.

— Абсолютно с вами согласен, — кивнул Бронислав. — Поэтому в эдикте есть пометка, согласно которой Ростислав окончательно утверждается в статусе инквизитора после сдачи на четвёртую ступень и освоения программы семинарии в полном объёме.

— То есть, после окончания последнего курса, — уточнил Александр.

— После сдачи всех экзаменов, — возразил Бронислав. — Если мой ученик справится раньше, вы аттестуете его досрочно.

Несколько секунд Александр потрясённо молчал.

— Пользуясь случаем, — ввернул я. — Хотелось бы заявиться на аттестацию по четвёртой ступени.

— Заявиться сейчас? — уточнил один из экзаменаторов.

— Чем быстрее, тем лучше, — подтвердил я.

Бронислав наградил меня тяжёлым взглядом.

И поспешил внести разъяснение:

— Мы с учеником обсудим сроки, и я поставлю вас в известность, брат Александр.

— Как скажете, отец, — куратор вежливо склонил голову.

Мне оставалось лишь получить рясу и новое оружие, а потом отправиться в информаториум для познания неведомого, но в коридоре меня перехватил Бронислав:

— Ты что творишь, окаянный?

— В смысле? — я невинно захлопал глазами. — А что не так?

— Нужно подготовиться к сдаче на четвёртую ступень, — прошипел наставник. И продолжил, но уже спокойнее: — Основательно подготовиться, понимаешь? Там добавляется бой с тонфами, куча теории, огнестрел, тактическое взаимодействие в группе с холодным оружием, практическая артефакторика, криминалистика и психология отступников… А ещё тебе понадобится каббалист, который будет на постоянной основе модифицировать твоё оружие. Это как личный настройщик, понимаешь? Где ты собрался искать такого человека?

— Думал, этим занимаются опытные каббалисты.

— На начальных этапах, — нехотя признал Бронислав. — Потом Знаки подбираются индивидуально, и тут не обойтись без регулярного сотрудничества с одним каббалистом. А их у нас очень мало.

— Упущение, — заметил я.

Бронислав не стал спорить.

— Ещё какое. Понимаешь, сейчас доминирует образовательная программа «ястребов». Ядро отцов-теоретиков, которые хотят усилить инквизицию за счёт боевых психотипов.

— Но забывают о балансе, — добавил я.

Мы вышли на улицу, и я сразу пожалел о том, что не успел надеть шапку и перчатки. В лицо ударил холодный ветер, мороз обрушился на уши.

Делать нечего.

Накидываю доспех.

Стихийный урон — он ведь ничем, по сути, не отличается от плохой погоды. А мой доспех и не такие температуры выдерживает.

— В общем, найди каббалиста, — посоветовал Бронислав. Наставник, казалось, не замечал пронизывающего ветра и глубокого минуса. — А потом заявляйся.

— Но ты можешь меня подготовить? — я поравнялся с карателем. Обогнув снегоуборочную машину, мы зашагали по коричневому насту к зданию консистории. На углу одинокий голем долбил ломиком лёд. — Тонфы, список литературы, всё такое.

— Конечно, — откликнулся Бронислав. — У тебя сейчас куча времени. Получай комплект обмундирования, отдавай оружие на переделку, бери тонфы и — вперёд!

На всю эту волокиту я убил час своего времени. И это при том, что