Вверх тормашками - Наталья Егорова

— Мне интересно.

— Твое любопытство тебя погубит, Саби, — хитро подмигнув, он поставил тарелку с бутербродами в микроволновку.

Гормоны в кучу, ноги врозь

Максимка собирался дома часа два, а затем начал и мучить меня. Покрутился у зеркала в оба направления, скорчил несколько рожиц своему отражению, пригладил пиджак, три раза сказал, что его куртка не подходит к пиджаку, а ботинки недостаточно начищены.

— Господи, Макс, у меня уже голова разболелась от тебя, не мельтеши, — закатив глаза, откинулась на спинку дивана.

Друг, махнув руками, по-видимому, показывая, какая я безучастливая стерва, выдал:

— Легко тебе говорить. У меня, может быть, судьба решится сегодня, а ты ведешь себя, как хрен пойми кто! — к концу фразы друг мой перешел почти на визг.

— Стоп, не визжи. Сейчас это ты ведешь себя, как хрен пойми кто. Я же вполне адекватный человек, — сопроводила свою тираду грозным взглядом из-под бровей. А что, выгляжу сейчас очень даже эффектно. Маленький, обиженный гном.

— Черт, да, ты права.

Через полчаса мы уже были в фойе кинотеатра. Макс сразу отправился за попкорном и колой, а я осталась дожидаться тех самых — молодого Таркана с подружкой. Жаль, только Макс не описал мне этого героя конкретнее, а его подругу он вообще в глаза не видел.

— Саби?! — услышала я визг.

— Марго?! — ни чуть не меньшее удивление и у меня, — Да как так-то?

Действительно, на встречу мне шла наша Марго, а рядом с ней — нетрадиционный брутал, смутно напоминающий Таркана. Красив, высок и черноволос. Эх, где мои семнадцать лет?

— Я же тебе говорила, что хотела познакомить Макса со своими другом, — кивнула она на черноволосого, который весело улыбнулся мне, — Это Гавр, а это Сабина, — ткнула она в меня пальцем, — Девочка работает вместе со мной в клубе тренером по аэройоге.

— Офигеть не встать! — только и нашлась я ответить.

— Очень приятно, — кивнул Гавриил. Блин, даже в голове это имя звучит, как имя какого-то архангела. Господи, прости, не сбогохульствовать бы.

— И мне, — кивнула ему в ответ.

— А где Макс? — спросил юный Таркан.

— За колой ушел, — повернулась я, высматривая друга, — А вот, кстати, и он. Макс! — крикнула я ему.

Друг пер три огромных стакана: в двух попкорн, в одном кола для меня.

— Помоги, там еще два стакана забрать надо, — сказал Макс и перевел взгляд на Гавра, — Привет.

— Привет, Макс, — улыбнулся Гавр. Да так искренне и открыто, что мой рот сам по себе растянулся в ответной улыбке.

Блин, бывают же такие люди, улыбнется вот так по-доброму, и всё простишь. У меня никогда не получалось так себя вести и так улыбаться, я вечно какая-то нахохленная, будто меня погладили против шерсти или отобрали любимую колбасу. Господи, да что ж я всё о колбасе-то? Кажется, мы остановились на том, что стоим вчетвером и пялимся друг на друга.

— Пошли в зал, скоро начнётся, — кивнула на дверь Марго.

В зале расположились все рядышком, правда нам с Марго сесть рядом не удалось. Места у нас были все в одном ряду, поэтому сели с Марго по бокам, а Макса и Гавра посадили посередине. Пусть мальчики развлекаются, а мы потом по-тихому свалим.

Фильм напоминал по сюжету что-то среднее между Дневником памяти по Спарксу и знаменитым Халком, какое-то романтическое фентези. Честно, у меня мозг кипел от сюжета, поэтому особо в экран я не вглядывалась, присушивалась к тихому шепоту по соседству и рассматривала макушки посетителей. Женские головы одна за другой наклоняются к мужским плечам. Мужские руки тут же поднимаются. И, театрально потягиваясь, парень кладет свою конечность на хрупкое плечо соседки. Это так романтично, как-то по старинке, что ли.

Пока развлекалась тем, что рассматривала людей, не заметила, как рядом со мной кто-то бесцеремонно плюхнулся в кресло. Следом рука, которая буквально утонула в моём стакане с попкорном. Малость офигев от такого хамства, да так что, одна из кукурузок буквально выпала из моего открытого рта, я повернулась.

Наглая хвостатая морда улыбается во все тридцать два зуба так, что они светятся от мелькающего экрана. Игриво подмигивает мне и вновь тянется за кукурузой, жуя то, что уже успел слямзить.

Хлопаю по его ладони, предупреждая, что не фиг брать чужое, парень вопросительно смотрит на меня, нахмурив брови.

— Какого черта ты тут делаешь? — громко прошипев, всё-таки позволяю ему стащить одну единственную пухлую кукурузку.

— В кино пришёл. Я тебя видел в холле, проследил куда сядешь и вот...прошу любить и жаловать.

— Разжаловать тебя надо, до прапора. Ты чего в кино-то приперся?

— Тшшш, — шикнул Макс.

— Не шикай мне, — шикнула ему в ответ.

— Это кто? — наклонился Илья, чтобы рассмотреть Макса, — Хахаль твой?

— Я не её хахаль, боже упаси, если мне такая достанется, — наклонился в ответ Макс, быстро проговорив свои слова.

— Уважаю, — засмеялся Илья и протянул руку, — Илья.

— Макс, — пожал друг руку в ответ.

— Это тот самый Макс, что по идее должен быть твоим парнем? — удивленно протянул Хвостатый.

— Какого черта, Саби? — возмутился друг, — Давно ли у тебя тайное влечение ко мне?

— Заткнись, Макс, — буркнула ему в ответ.

Илья лучезарно улыбался, а мне так и хотелось надеть огромный стакан с попкорном на его голову...хотя, что я теряю. Я именно так и сделала.

Вскочив с места, чтобы мне не давали по стройной заднице, рванула на выход из зала. Но судя по топоту, Хвостатый уже нагонял меня, а это совсем не хорошо.

Ускорила шаг и выскочила в холл, наткнувшись на уборщицу. Ловко перескочив через ведро, полетела дальше, услышав, как мой преследователь угодил ногой прямо в то самое ведро.

— Итить твою через коромысло! — гаркнула тётка ему в ответ.

Рассказывать в подробностях о том, как я грациозной антилопой со слоновьим топотом, неслась к выходу на улицу, не стану, потому что Илья Иванович настиг меня четко в дверях кинотеатра, ухватив за талию своими медвежьми лапищами, и дернул на себя. Впечатавшись в ту самую мужскую грудь, которая прижималась ко мне всеми своими фибрами души днём, вновь