Наблюдатель. Фантастическая правда, или Второе пришествие Христа - Валентин Андреевич Логунов

Аврам переночевал в заезжем доме и рано утром отправился в свой шатер. Он надеялся в пригородах Вавилона у кочевников закупить продовольствие и затем продолжить путь в Харран. От первоначального решения сделать в Вавилоне остановку он отказался.

Впереди путь неблизкий, больше тысячи километров. Стерты башмаки, изодрана одежда, люди недовольны, Сара совсем взбесилась. Не бывает дня и ночи без упреков и скандалов. В последние дни дошла до того, что стала подозревать Аврама в сожительстве с женой Лота. Основания? Саре не нужны основания, ей достаточно собственных подозрений. Иногда Аврам на ночь уходил в шатер к отцу. Нет, не жаловаться, а просто отдохнуть от жены, выспаться.

Наблюдатель знал, что на полдороге от Вавилона до Харрана, куда шел Аврам по наущению отца, находился древний город Мари, недавно еще заселенный наполовину горцами с восточных гор, осевшими на земле кочевниками c Аравийской пустыни и халдеями, поднявшимися сюда с юга Плодородного Полумесяца. Здесь равнина уступала место холмистой степи, а кое-где и невысоким горам. Это была зона сухих субтропиков, зимой не всегда, но, бывает, выпадает снег. По берегам Евфрата растут ивы, камыш. Тут и за ближними холмами поджидают путников и торговые караваны враждебно настроенные горцы-кочевники Аравии. Они никого не щадят: отнимают все, что путники имеют, в том числе, и жизнь.

Однако большая беда в Мари пришла не из Аравийской пустыни, не от кочевников, а из Вавилона, от властолюбца Хаммурапи. Его жестокость не знала предела. За девять лет до выхода Аврама из Ура царь и вождь Вавилонского царства покорил многих соседей и теперь та же судьба ожидала процветающего Мари.

Этот город-государство создали западно-семитские племена, однако семиты были ощутимо разбавлены шумерами, и влияние последних было значительным. Боги, ремесла, знания пришли сюда из Ура и других городов Шумера. Мари стал одной из перевалочных баз торговли, через него проходили многочисленные караваны, доставляющие с юга сельскохозяйственную продукцию, а с севера металл, древесину, поделочные и драгоценные камни.

Войско завоевателя шло тем же путем, который теперь выбрал Аврам. За три года до прихода Аврама в Мари город был уже разрушен, после чего оставшиеся живыми жители покинули его. Аврам пришел в разграбленный, сожженный, разбитый кирками Мари, где по заваленным осколками кирпичей улицам бродили гиены и шакалы, поедая остатки человеческих тел и грызя кости погибших домашних животных. С трудом можно было представить, как выглядели здания до их разрушения. Вот снесенные до половины две могучие башни перед входом в царский дворец. Их стены и стены самого дворца украшены росписями с изображением богов, богинь, сцен повседневной жизни. Одна изображает рыбака, несущего на плече огромную рыбу, другая фермеров, обрывающих плоды с финиковой пальмы, рядом панно, на котором изображена хозяйка небес Иштар, стоящая на спине льва, и возводящая царя на престол. Росписи окружены красочными деревьями, животными, синкретическими существами.

Вавилонянам не все удалось унести с собой и уничтожить. Нехватка продовольствия заставило их убраться, не до конца доделав грязную работу. Аврам обнаружил скульптуры из алебастра и мягкого известняка, портреты царей и знати, одетых в пышные юбки. Огромные глаза статуй сделаны из ляпис-лазури и перламутра. Богиня Иштар, высеченная из белого известняка, высотой почти в человеческий рост, облачена в облегающее платье, с босыми ногами. Разорители так торопились убраться восвояси, что с обнаженных ее рук не сняли браслеты, а с шеи тяжелое, в шесть рядов, жемчужное ожерелье. А, может, не сняли потому, что опасались гнева богини.

Тут и сям разбросаны глиняные таблички, их было, наверное, тысячи. Аврам некоторые прочитал. В них рассказано о жизни города, правилах религиозных ритуалов. Другие содержат указания царя чиновникам, отчеты о строительстве каналов, личную переписку с соседями-царями. На нескольких табличках зафиксированы именные списки ремесленников; их в городе-государстве оказалось около двух тысяч. Не тронули варвары и Архив царя Зимлирима. С этим царем Ур активно сотрудничал, и до Аврама еще на родине доходили слухи, что правитель Ура Месаннипадда преподнес Мари сокровище: цилиндрические печати, разного рода статуэтки из бронзы и слоновой кости, львиноголового орла с распростертыми крыльями, тело которого сделано из ляпис-лазури, а голова и хвост из тонкого золотого листа, залитого битумом.

Выйдя из города и обозревая напоследок с холма его развалины, Аврам с грустью размышлял о том, что честолюбие человека переполнило чашу, льется через край и ни к чему хорошему это не приведет. А рядом с чашей честолюбия стоят сосуды злобы, зависти, похвальбы, нетерпимости. И они вот-вот будут переполнены. А что же боги? Почему они допускают это? Или Фарра прав, говоря о том, что каждый человек имеет личного бога? Но если так, тогда нет шумерских, вавилонских, аккадских богов, тогда сам человек и есть Бог! И сам человек определяет для себя, что законно, а что нет, что есть зло, а что добро… Вот тот же отец утверждает, будто он родил Аврама и еще двух сыновей, когда ему исполнилось семьдесят лет. Разве он разучился считать? Зачем он увеличил число в два раза? Да потому что так принято: за кружкой пива похваляться прожитыми годами, числом голов в стадах овец и коз, слитками золота, которых он, возможно, никогда не держал в руках. Ах, вот я каков, бога за бороду взял – так рассуждает человек. Мысль Аврама затем переместилась вбок, он подумал о себе, о трудном пути с насиженного места в неизвестное. Ему исполнилось тридцать восемь лет, когда он вышел из Ура. Седьмой год колонна идет в Харран. Лет в сорок пять, если такова будет воля богов и… берберов, он придет в Харран. Так что добрая половина жизни прожита. И ради чего, зачем? Ради кожаных мешочков, в которых надежно спрятано золото и серебро?

В Харран поредевшая колонна переселенцев пришла в конце апреля. В горах Армянского Тавра снег активно таял, Евфрат вспухал, местами выходил из берегов, фермеры днями и вечерами работали в поле, устраивали запруды для вешней воды, которой в сухое лето так будет не хватать. Переселенцы разбрелись по городу в поисках работы и мест для сна и отдыха. В семье Фарры остались Аврам и Лот с женами и два десятка рабов. Остальных рабов Аврам продал на городском рынке, а пятерых за верную службу отпустил на четыре стороны света.

Второй визит