Спасти 6-го - Хлоя Уолш

Своей огромной пятерней Джоуи стиснул мое запястье, но вместо того, чтобы оттолкнуть, наоборот, привлек меня к себе.

— Завязывай трахать мне мозги, Моллой, — свирепо зашептал он. — Пока я терплю твои мелкие шалости, но рано или поздно терпелка у меня лопнет.

— Терпелка? — с лихорадочно бьющимся сердцем выдохнула я, изнемогая под его взглядом.

— Она самая. У всего есть предел.

Я смотрела на него не мигая, едва сдерживаясь, чтобы не влепить ему пощечину.

Или поцеловать?

— Я тебе не Райс. Гулять за ручку и целовать в щечку не буду, — сердито добавил он. — Хочешь, чтобы я тебя помацал? Хорошо. — Его зрачки расширились, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. — Решила, что можешь со мной тягаться? Напрасно. — Придвинувшись ближе, он жарко зашептал мне в ухо: — Возомнила себя волчицей, Моллой? — Его горячее дыхание обжигало, пульс зашкаливал. — Но ты всего лишь наивный ягненок.

— Джоуи, сынок, ты что-то сказал? — окликнул отец, не оборачиваясь и продолжая ковыряться на четвереньках в ванной.

— Нет, Тони, — не моргнув глазом соврал он и снова наклонился ко мне. — Невинный ягненочек, которому приспичило играть с огнем. — Джоуи втолкнул меня в спальню и оттеснил к кровати. — Поэтому завязывай меня доставать. А иначе... — Он схватил меня за бедра и в буквальном смысле швырнул на постель. Потом завел мне руки за голову и, прижав меня к матрасу, почти что лег сверху. — А иначе я сам тебя достану.

Офигеть.

— Уяснила? — Выпустив мое запястье, Джоуи ласково взял меня за подбородок и повернул к себе лицом. — Мир?

— Уяснила, — в полуобморочном состоянии кивнула я, задыхаясь. — Мир.

— Умница.

Я злобно сощурилась:

— Мудак.

С победной ухмылкой Джоуи выпрямился и поспешил к отцу на подмогу.

На ватных ногах я побрела к двери и, с грохотом захлопнув ее, перевела дух.

— Вот скотина!

Ну и что это сейчас было?

Спустя пару часов утомительного самокопания и бесцельного шатания я устроилась на полотенце в палисаднике — позагорать и насладиться непривычно теплыми деньками. Наш песель улегся рядом со мной в траве.

Я еще не отошла от стычки с Джоуи, но больше пересечься с ним не удалось — отец отправил меня на первый этаж и велел не путаться под ногами.

Все утро я торчала на пороге раскуроченной ванной, отпуская ехидные комментарии по поводу ремонта и издеваясь над любимым папиным помощником. Наконец терпение у отца лопнуло, и он выпроводил меня вниз.

А все Джоуи! Он нарочно меня провоцировал — внешностью, острым языком. Но разве отцу объяснишь?!

Выдворенная из собственной комнаты за то, что, цитирую, «отвлекаю бедного парня», я гордо удалилась в садик, прихватив с собой пса.

Буэ.

— А ты как считаешь, Клубень? — Я наклонилась и потрепала песеля по загривку. — Разве я похожа на ягненка?

Клубень — помесь боксера и еще как минимум трех пород — довольно заурчал и, перекатившись на спину, задрыгал лапами.

— Вот именно, — проворковала я, почесывая его за ухом. — Разве ягненок так почешет? А Джоуи просто олень.

Зато очень секси.

— Совесть есть? — На меня упала длинная тень и заслонила солнце. — У меня, вообще-то, гости.

— И?.. — проворчала я, пытаясь отпихнуть от себя брата.

— Я пытаюсь поиграть в рестлинг на ПК. — Кевин пнул меня. — А мои друзья постоянно шныряют вниз за водичкой.

— Не смей трогать меня своими грибковыми лапами. А моя какая печаль, если у твоих приятелей сушняк?

— Это не грибок, а микоз, — огрызнулся Кевин. — И ходят они не за водичкой, а поглазеть на тебя, овца.

Я сняла солнцезащитные очки и, приподнявшись на локтях, сердито уставилась на тщедушного братца:

— Не смей называть меня овцой, баран!

— Ифа, прекращай. Лучше перебирайся в дом.

— Нет, Кев, не лучше. Дома не загорают, — отрезала я, поправляя бретельку желтого бикини.

— Хотя бы прикройся.

— Одетыми тоже не загорают, Кев.

— Ифа, ну пожалуйста, — заныл он. — Не позорь меня. Либо иди в дом, либо оденься.

— Часто в Ирландии удается позагорать? — поинтересовалась я у брата-двойняшки.

Пускай мы девять месяцев зрели в одной утробе, но общего между нами почти не было, настолько мы получились разными.

— Правильный ответ — нечасто. Практически никогда. И потом, меня выперли из комнаты, чтобы я не мешала отцу с Джоуи делать ремонт в ванной.

— Опять папа приволок его к нам, — проворчал Кевин. — Мог бы и меня попросить помочь.

— Не смеши людей. Ну какой из тебя мастер?

— Если меня научить, вполне себе нормальный, — огрызнулся Кевин. — У меня отличные задатки, я все схватываю на лету, в отличие от этого тупорылого козла.

— Не смей называть его тупорылым! — процедила я, готовая порвать брата на клочки. — У него мозгов больше, чем у тебя и всех твоих друзей-задротов, вместе взятых.

Кевин презрительно фыркнул:

— Да уж, накачиваться через день наркотой — верх гениальности.

Я поспешила встать на защиту Джоуи:

— Подумаешь, курит человек травку. Невелика беда. В нашей параллели многие балуются. Это еще не делает его плохим человеком.

— И хорошим тоже, — не остался в долгу брат. — Почему ты вечно его защищаешь?

— Потому что он мой друг.

— Серьезно? А ты в курсе, что твой друг торчит кое на чем поинтереснее травки?

— Тебе-то откуда знать?

— Оттуда. Не забывай, я с вами в одной параллели и вижу, что творится вокруг.

— В классе ботанов-то видишь? — фыркнула я. — Конечно, Кев, тебе все докладывают. Ты же у нас мистер популярность.

— Думаешь, внешность и развязные манеры помогут тебе в жизни? — гаденько захихикал брат. — Мне очень жаль, но ты ошибаешься.

— О, забурлило говно, — ухмыльнулась я. — А свою жалость засунь куда подальше, дорогой братец, ибо меня ждет блестящее будущее.

— Заблуждаешься, Ифа. Это меня ждет блестящее будущее и успешная карьера. Твой единственный шанс выбраться из нашего захолустья — подцепить богатого жениха, сама ты ничего не добьешься. Мой тебе совет — не упусти Райса. Ничего лучшего тебе все равно не светит.

— Да-да, только отвали, придурок.

— Это правда.