Запретная. Враг отца - Марианна Кисс

Алексей продолжает:

— Твой отец, отдал тебя мене со всеми потрохами. Мы подписали договор, о том, что ты становишься моей женой.

— Но я не хочу быть твоей женой, я не люблю тебя.

— Да мне без разницы. Любишь, не любишь, мне всё равно.

— Мой отец не распоряжается мной! — возмущённо выкрикнула.

— Тут я бы поспорил. Он ведь уже отдавал тебя некому Бесу, на которого работал Нечаев. И то, что ты не доехала до зоны, это всего лишь дело случая. Повезло, так сказать.

— Да, но тогда я должна была спасать отца от тюрьмы, а сейчас что? — пытаюсь усмехнуться, плохо получается.

— Сейчас всё намного хуже. На кону жизнь твоего отца, ну и Нечаева в придачу, раз ты так сильно его любишь.

— Я вам не верю, вы не убьёте людей. Тогда вас посадят за убийство.

— Ты что дурочка, думаешь, я сам пойду их убивать? — смеётся, мужчины рядом со мной тоже усмехнулись.

— Ты не посмеешь, — злобно цежу.

— Ладно, короче, что от тебя требуется — мы с тобой женимся. Я продвигаю и спонсирую твою концертную деятельность. Ты, всячески упоминаешь меня на своих концертах. Я собираюсь в политику понемногу вникать. У нас с тобой будет неплохой тандем, Софья… Разве ты не мечтала стать знаменитой?

— Зачем это вам? Возьмите любую другу певицу, актрису, если вам для пиара.

— Я предпочитаю классику… ну, и ты мне понравилась, очень понравилась, Софья. Я почти влюблён в тебя, — усмехнулся и отвернулся. — Видишь, на какие жертвы иду.

20

Давид

С трудом разлепил опухшее веко, открыл один глаз. Во рту металлический вкус крови. Ноющая боль и горячая пульсацию в теле. Оно горит. Меня трясёт.

Валяюсь на полу, как чертов идиот. Вот она была опасная ситуация и я нихрена не смог сделать. Ни хрена. Ни дать отпор, ни тем более защитить свою…

— Сука, — попытался сесть. В голове, словно колокол ударил совсем рядом, — Сука, — повторил, взялся за лоб, — на хрена бить в лицо? — потрогал шатающийся зуб, теперь придётся идти к стоматологу. — Уроды, блядь.

С трудом встал, посмотрел на белый пол, где осталось кровавая юшка. То ли изо рта, то ли из носа, хрен разберёшь.

Медленно переступая, подошёл к кухонной стойке, достал бутылку Хенесси, плеснул в бокал и залпом выпил. Во рту сразу запекло. Горло обожгло, но ситуация мгновенно стала не такой печальной.

— Это кто ж такие? — разговариваю сам с собой. — Неужели привет из зоны, от убиенного Беса? Так вроде разобрались.

А если действительно от него, то получается — всё, закончилась любовная история.

Что я могу против откинувшихся зеков.

Плеснул ещё в бокал и снова залпом выпил.

— Вот же сука.

Подошёл к дивану, остановился. Сегодня ночью я тут трахался как ошалелый. А утром пришла за это расплата.

Медленно, останавливаясь на каждом шагу, поднимаюсь по лестнице. Нужно идти в душ, собираться и ехать искать Софью.

Где?

Пока не знаю, но думаю, к тому времени как выйду из дома, успею подумать.

Достал из аптечки обезболивающие таблетки, выпил сразу две. Хреново, конечно, и алкоголь, и таблетки, но мне сейчас ждать вообще нет времени. Нужно привести себя в божеский вид и идти.

Поднялся в спальню, скинул джинсы, вошел в ванную, встал под душ. Холодная воду остудила разгорячённое температурой тело. Упёрся двумя кулаками в стену стою под струями воды и думаю — куда сейчас куда бежать, к кому ехать, кому звонить.

Софья

Приехали за город. Машина остановилась перед большим, квадратным, наполовину стеклянным домом.

Меня провели по просторной гостиной и не очень вежливо втолкнули в светлую комнату с кроватью. Алексей зашёл за мной.

— Иди в душ, от тебя воняет.

— А ты не нюхай, — отвечаю дерзко.

— Сегодня я нюхать тебя не буду, но завтра, возможно, и понюхаю, — криво усмехается.

— Не посмеешь! — до тошноты эти мерзкие намёки.

— Да что ты. Поверь, детка, для этого мне не нужно ничьё разрешение, даже твоё, — самодовольный мерзкий урод.

Сейчас я увидела его настоящее, истинное лицо. А не то, которое он всячески показывал мне и моему отцу.

— Если ты до меня хоть пальцем дотронешься, я убью тебя! — злобно смотрю на него ненавидящим взглядом.

Вельский сухо засмеялся.

— Попробуй.

— Вот увидишь! Лучше не подходи! — выставила вперёд указательный палец.

— Короче, мне некогда слушать тебя. Иди в душ. Сейчас тебе принесут во что одеться. Через 2 часа ты должна быть готова, мы пойдём на важный приём. Я представлю тебя в качестве своей невесты. А ты будешь улыбаться и кивать.

— А если я этого не сделаю?

— Тогда Нечаев очень сильно пострадает, — улыбается.

Ему явно доставляет удовольствие говорить об этом.

— Ты меня пугаешь?

— Давай попробуем и узнаешь на следующий день, что тело бедного Давида нашли где-то в канаве за городом.

— Ты не посмеешь убить его. Я буду свидетельствовать против тебя в суде.

— Слушай я устал от твоего препирательства. Давай так, сейчас я тебя спрашиваю, задаю вопрос — ты согласна быть моей невестой? Если — да, тогда Нечаев будет жив. Если не согласна, я даю команду парням. В любом случае если ты не согласна — он умрёт.

Решила пойти на хитрость и согласиться. Потом, при случае попробую что-то сделать, сбежать или ещё что-нибудь и найти Давида.

— Хорошо, я согласна, — отвечаю быстро.

— Только учти, малышка, если ты что-то задумала, за тобой следят пять человек. Тебе не удастся ни сбежать, ни найти его. Ничего.

— Я не собираюсь сбегать. Говорю же — я согласна. Что непонятно?

— Вот это я и хотел услышать, — довольно потирает руки, — Так у нас с тобой дело пойдёт. Деловой подход, это я люблю.

— Это всё? — раздраженно склонила голову на бок, показывая как он мне уже надоел.

— Слушай, не рыпайся. Это я пока добрый, но если начну быть злым, тебе, поверь, не понравится.

— А мне уже ничего не нравится, — нервно вздохнула.

— Никто и не говорил, что будет хорошо. Прежде всего, я действую в своих интересах. Твои интересы будут с этого дня и моими интересами.

Я повернулась и пошла к двери, за которой я так понимаю ванная и душ. Давая понять, что больше не хочу его слушать.

Открыла. Не ошиблась.

— Тебе принесут одежду, — он развернулся ещё раз, окинул меня взглядом с ног до головы и вышел.

Я вошла в ванну захлопнула за собой дверь, прижалась спиной к двери, смотрю в