Чукотские новеллы - Александр Евгеньевич Миронов

Дно байдары усеивали огромные дыры. Ры лишь мельком взглянул на нее и бросился к Кутуку, наполовину погруженному в воду. Подоспели другие охотники. Они осторожно вынесли Кутука на сухое место. В воде лежал огромный седоусый морж. Морж был мертв, из шеи его торчала большая рукоятка ножа. Ры тихонько сказал:

— Он не сразу убил моржа, и морж перевернул байдару. Они в воде продолжали борьбу, и здесь Кутук добил моржа своим ножом. Но жив ли Кутук?

Раздев охотника, колхозники осмотрели его раны. Собака повизгивала и рычала, скаля на моржа волчьи зубы. Кутук лежал неподвижно, тело его было холодное, как у мертвеца. Смуглое лицо его стало серым, а морщина между бровей потемнела, словно от гнева. Левая нога его сильно опухла. В трех местах на ней зияли глубокие рваные раны. Черная рана была в правом боку, левая рука, переломленная у плеча, свисала неестественно в сторону.

Крепко перевязав раны, колхозники начали растирать тело Кутука. Скоро кожа порозовела, и чуть заметно вздрогнули брови:

— Жив! — радостно крикнул Ры. — Трите сильнее!..

…Когда в бухточку, тарахтя мотором, вошла большая байдара, Кутук приоткрыл глаза. Он по очереди посмотрел на охотников и опять потерял сознание. Но теперь Ры не боялся:

— Будет жить, — говорил он, — Кутук очень крепкий, он перенесет эти раны.

Лишь спустя семь дней Кутук пришел в себя. Ры, почти бессменно дежуривший у ложа больного, вначале испугался, что он опять потеряет сознание. Но Кутук долго смотрел на него, а потом закрыл глаза и стал дышать ровно и спокойно.

— Спит, — понял Ры и, улегшись рядом с больным, тотчас уснул впервые за эти опасные, напряженные семь дней.

Вечером в ярангу собрались все охотники стойбища. Жена Кутука подняла переднюю шкуру полога, и теперь даже самые дальние в яранге могли видеть больного. Кутук, полулежа, опирался здоровым боком на мягкий сверток шкур. Он смотрел на своих односельчан и молча улыбался. Но эта улыбка никого не пугала: она была ласковой, открытой и нежной, — так улыбаются детям и друзьям.

Ры сидел рядом, держа в руках здоровую руку Кутука. Он уже второй раз видел на его лице эту теплую, мягкую улыбку и понимал, что теперь Кутук видит друзей во всех луораветланах стойбища. И от этого Ры было радостно и легко.

— Кутук, — произнес он. — Ты тяжело болен, но не пугайся близкой зимы. Ты можешь спокойно набираться сил: мясная яма у твоей яранги наполнена лучшим мясом. Твои дети всю зиму будут иметь пищу. Ты поправляйся, Кутук, и на осенний праздник я снова вызову тебя на борьбу, — смеясь, закончил он.

Кутук благодарно улыбался. На ресницах его блеснули предательские слезинки и, не удержавшись там, упали на грудь, в яранге висела радостная, но напряженная тишина, и, когда Кутук тихо и слабо заговорил, голос его услышали все луораветланы:

— Ры! И тебе, и всем охотникам спасибо за вашу дружбу и заботу. Я поправлюсь и к осеннему празднику буду здоров… И тогда я попрошу принять меня в колхоз.

— Ты и так уже принят! — вскрикнуло разом несколько охотников. — Ты такой же колхозник, как мы.

— Хорошо. Я теперь буду такой же, как вы. Еще раз спасибо за вашу дружбу. А тебя, — повернулся он к Ры, — а тебя я опять брошу на снег, друг. Я научу тебя хитростям борьбы и покажу, как тогда я побил американцев. Это называется бокс…

Примечания

1

Луораветланы — народность, ранее называвшаяся чукчами. На их языке «луораветлан» — народ, люди, и «ораветлян» — человек.

2

Кухлянка — меховая рубашка; камлейка — ситцевый сарафан, надеваемый поверх кухлянки.

3

Тагам — идет.

4

Каюр — погонщик собак.

5

Умка — белый медведь.

6

Недопесок — песец-подросток.

7

Пыпэ — нерпичья цельная шкура, наполненная жиром.

8

Камлать — священнодействовать, молиться, заклинать.

9

Карэм — нет.

10

Да, идем на лед.

11

Важенка — оленья самка.

12

И-и — да (луораветл).

13

Рыркарпий — по-луораветлански «моржовый мыс». Так местное население называет мыс Северный или Отто Шмидта.

14

Рация — радиостанция.

15

Мясо на Чукотке хранится в ямах, вырытых в вечной мерзлоте.