Адвокат Наполеона - Алексей Николаевич Котов

Третью бочку прикатили. Мужик в маске смотрит, шнур на бочке горит. Хитрый такой, в общем, шнурик: пальцами его не погасишь, маникюрными ножницами не отрежешь, и слюна его не берет.

Налетчики – к выходу!.. А замок в двери – щелк. Налетчики – к кассе, а в окошке уже никого нету.

Все!.. Кранты. Приехали.

Обнялись двое в масках. Поцеловались на прощание. Потом все вспомнили: первый поцелуй в подъезде, пушистый снег под Новый Год, первенца Мишеньку, скандалы из-за пустяков и рябину за окошком.

Мужик маску снял и шепчет:

– Прости!..

Женщина шепчет:

– Это я виновата. Лучше бы ты в охранники пошел, бочки катать.

Тут дверь скрипнула. В зал грустный дядька с сигарой вошел. С виду – вылитый банкир.

Сел грустный банкир на бочку и спрашивает:

– Ребята, хотите анекдот расскажу?

Налетчики на горящий шнурик покосились и молчат. В общем, если успеешь, дядя…

Банкир говорит:

– Идут ночью пьяный Буратино и Пьеро домой. Остановились, закурили, дальше пошли. Вдруг Пьеро говорит: «Буратино, у тебя нос горит!» Буратино: «Ой!.. Так вот почему вокруг светло, а я ни фига не вижу?!»

Помолчали.

Банкир спрашивает:

– Про что анекдот, ребята?

Женщина робко:

– Про деньги, да?..

– Молодцы! – похлопал банкир по бочке и говорит. – А это я так в «русскую рулетку» со скуки играю: в двух бочках – деньги, а третьей – маленький фейерверк. Только мне никогда не везет…

Налетчики говорят:

– И нам тоже…

Тут как рвануло! Короче говоря, наконец-то повезло банкиру с фейерверком.

Милиция примчалась. Троих слегка контуженных, точнее уже четверых, за двумя бочками с деньгами нашли: мужика в тлеющих трусах, перепуганную женщину в маске и с ребенком, а еще банкира с обожженным носом.

Милиционеры спрашивают:

– Бандиты где?

Банкир говорит:

– Смылись.

Милиционеры:

– А взорвалось что?

Банкир:

– Про кризис слышали?.. Это мой банк лопнул. Все, хана государственным налогам на прибыль, ребята.

Женщина в маске говорит:

– Ну, потише, пожалуйста!.. Дайте же ребенка покормить спокойно.

Вот и вся история. И каждому – свое… Жизнь, одним словом. Кстати, а третью бочку с деньгами так и не нашли. Две – на месте, а третью, говорят, бандиты с собой укатили. Везет же некоторым!..

Ананас Буржуинович Рябчиков,

поэт и финансист

Ешь ананасы, рябчиков жуй,

День твой последний приходит. Точка.

Подпись: Буржуй.

Шуточная пародия на стихи Маяковского начала 90-х годов.

Ну отчего так в России березы шумят

И почему эти сволочи рэпа не знают?

Мертвые с косами – гля! —

Вдоль дороги стоят,

И медведЯ на коньках

Мой «седан» обгоняют.

Много пронзительно правдивых слов сказал о своей стране великий русский поэт-биржевед и олигарх-гуманист Ананас Буржуинович Рябчиков. Например, из этих стихов читатель-европеец узнает, что пресловутые русские медведи не только бродят по улицам русских городов, но еще и хулиганят зимой на скоростных шоссе.

Начало творческого пути Ананаса Буржуиновича было довольно простым: он долгое время возглавлял тяжелую машино-шнуровочную промышленность России. Как открытые, так и глубоко зарытые акционерные общества Ананаса заботливо обували граждан на финансовых рынках, а когда те делали первые, робкие шаги, аккуратно поддерживали их за карманы.

Слава пришла к биржеведу-гуманисту после его прихода в поэзию. Не смотря на постоянную финансовую занятость, именно Ананас Буржуинович основал новое, революционное направление в лирике – «Красный новорусский пиджак».

Вот строки Ананаса Рябчикова посвященные «Прекрасной Незнакомке»:

Духи «Шанель» заставят чхнуть любого,

Но, ткнувшись носом между ваших сись,

Чиа-хуа нашарил я ноздрею,

Втянул в себя…

И шнобель мой поник!

Не мало сделал поэт-олигарх и продюсер-многолюб для замены таких замшелых, совковых кинозвезд, как Татьяна Доронина и Наталья Гундарева на новых, молодых и по-настоящему ярких.

Как много работал над этим Ананас Рябчиков, говорят его строки:

Налей мне, брат, стаканец водки,

Мне ща-а смотреть в ряду судей,

Как строем маршируют попки

В купальничном каре грудей…

Постоянное затыкание рта поэта грязными повестками в суд по очередному делу о долгах в тяжелой машино-шнуровочной промышленности вызвало неизлечимую болезнь – кариес верхней «четверки». Ананас Рябчиков эмигрировал с заранее припасенными чемоданами, чеками на предъявителя и традиционным «бЕндеровским» золотым блюдом за поясом.

Вот его интервью журналу «Культур франсез» на румынской границе:

Прощай, немытая Россия,

Обмылок, блин, себе купи!

Прощай, жестокая скотина,

Копи сама свои рубли.

Правда, закончив интервью «Культур франсез», поэт немного ошибся. Он повернулся и смачно плюнул сначала в лицо румынского пограничника, а потом, уже после извинения, в сторону города Киева недавно занятого оранжевыми демократами.

… В Париже, поэт-финансист Ананас Рябчиков тут же принялся сочинять восемьдесят две поэмы на тему строительства демократии в России и еще сто сорок шесть посвященных очередным «Прекрасным Незнакомкам».

Но потом произошло что-то непонятное и ужасное… Ананас Рябчиков ушел в глубокий и дикий запой. Ни немецкие психиатры, ни французские невропатологи, ни индийские экстрасенсы не могли понять, что происходит с поэтом. Ананас Рябчиков устраивал один пьяный, публичный дебош за другим.

Вот, например, что писал об Ананасе Буржуиновиче испанский журнал «Либерасьен поэзис»:

«… Разбрасыванием лука зеленого по полу, разбиванием о стену восьми бутылок белого сухого «Айданиля» и пляской с пьяным художником-порнографистом Дж. Смитом – так закончился очередной визит поэта Ананса Рябчикова в ресторан «Гламур» на прошлой неделе».

А уже через день пьяный поэт попытался разбить кувалдой витрину ювелирного магазина. Его вопли: «Воланд, сволочь, выходи. Все равно убью, консультант!» – слышали даже в соседнем квартале.

Тем же вечером Ананас устроил грандиозную пьяную драку во время премьеры спектакля «Гениальность группового секса» в театре «Метрополь амурик». Сначала он попытался откусить ухо актрисе Нинель Демо, а потом нанес несколько царапин потной пятерней на ее левую (наиболее удачную в творческом отношении) ягодицу.

Ходили упорные слухи, что как раз в это время Ананас Рябчиков работал над своей последней поэмой – «Картошечка»… Так это или нет, не знает никто. Но даже опытнейшие египтологи, исследовавшие эту поэму после того, как ее автор сначала напал на сумасшедший дом, а потом и попал в него, не смогли отыскать следов так называемой «человеческой трагедии» в ее строках. Светлому, сексуально-гигиеничному гению Ананаса Рябчикова всегда было чуждо все примитивное, темное и трагическое.

Для того чтобы вы смогли убедиться в этом, мы и публикуем эту поэму:

КАРТОШЕЧКА

Душа огрызком раскорячилась,

Между бровей – легла морщинь…

Что там так в сердце изсобачилось,

Под мозговую «дринь-дринь-дринь»?

Я помню ночь, рыбалку, звездочки…

Спор о России у костра,

Любашки пальчики тверёзые

И пар ушистого котла.

Ты доставала мне