Дикий Кот - Айрин Лакс

— И любовница, с которой Олег состоит в отношениях дольше, чем длится ваш брак. Одна уступка с твоей стороны, и я докажу тебе это.

Наверное, он просто врет. Потому что не привык к отказам, а я отказываю ему снова и снова, но выдержка тает…

Выдержки, честно говоря, уже нет. Было бы легче с ним не видеться вообще и обманываться, что все по-прежнему хорошо у меня с мужем…

— Давай я тебе помогу, — предложил Котов. — Пригласи мужа сегодня.

— Он у родителей. Вернется послезавтра, — отрезала.

— Странно. Я только сегодня с ним обедал. В городе.

Что?

Сердце пропустило несколько ударов.

Котов назвал ресторан, время.

— Увидишь, он там. С ней, — выделил слово, но не назвал имени.

— У нее есть имя? — поинтересовалась я.

— Есть. Узнаешь. Ну так что?

Котов выбрался из машины и бесцеремонно меня обнял. Воспользовавшись тем, что у меня обе руки заняты, Захар схватил обеими ладонями за попку, толкнул на себя. Мощная эрекция уперлась в низ моего живота.

— Будем смотреть правде в глаза или ты снова станешь бегать от меня? — повел носом по шее, собирая мурашки. — И от себя, в первую очередь. Не думал, что ты такая трусиха.

Пора это прекратить!

Иначе я сойду с ума.

Я плохо сплю, снова начала курить и сильно похудела — мои любимые брюки, ставшие слишком свободными в бедрах, не дадут соврать.

Меня изматывает это… Мучает.

Расставить все точки над i.

— Поехали, — согласилась я.

— Заеду в восемь. Финал вечера будет роскошный, обещаю. Я снял нам президентский люкс, — кивнул на прощание, уверенный в том, что у нас будет секс.

Избавиться от цветов? Честно говоря, немного жалко.

Решила привезти их домой. Поставила цветы от почти-любовника в наш общий с мужем дом и любовалась ими до самого вечера…

***

Надела черное платье, отделанное кружевом, собрала сумочку.

Подвела глаза, снова провела по губам помадой.

Меня потряхивало.

Муж сказал, что еще за городом. Я уточнила еще раз.

Ответ тот же: “Дариночка, я приеду послезавтра!”

Это просто профессиональное — перепроверить факты.

Котов был пунктуален, заехал, во сколько нужно, был учтив, красиво одет. Выглядел сексуально, соблазнительно — привычное амплуа. Он всегда выглядел настолько хорошо, что я хотела бы посмотреть на него измятого и небрежного. Или такого с ним не бывает?

Захар смотрел на меня слишком чувственно, и в груди костер разгорался лишь ярче. Когда он провел пальцами по моей ладони, сердце прыгнуло именно туда, где скользили его пальцы.

Боже, я как пятнадцатилетняя девчонка волнуюсь, даже ладошка стала влажной.

***

— Мы приехали. Пошли?

Как? Так быстро? Может быть, не стоит?

Сердце вдруг затревожилось, будто испугавшись, но было уже слишком поздно.

— Зайдем не с центрального входа, а через служебный. Очень хороший обзор, виден весь зал.

Я шла молча. Котов придерживал меня за локоть.

Пульс колотился на предельной скорости, как будто знал, знал, что меня ждет.

И я, наверное, в глубине души тоже знала, подозревала, но отмахивалась усердно-усердно, не желая верить.

Котов прав: отсюда, сверху, весь зал ресторана был как на ладони. Я почти сразу же нашла Олега и… ее.

Черт.

Они сидели рядышком, она прижималась к его плечу, беседовали.

Моя подруга и муж.

Господи…

Лида и Олег!

Он ведь сам меня с ней и познакомил!

Вот гад…

Знакомил со многими из своего окружения, и Лида среди них оказалась.

Мы как-то сразу начали общаться, она много знала о семье Олега, шутила о его второй жене, по секрету делилась…

Все потом что сама… сама была его любовницей.

Сомнений нет.

Вот она… потянулась к его уху, скользнула губами и опустила руку на пах, поглаживая. Интересно, что в зале незаметно, а сверху прекрасно видно.

Олег наклонился к Лиде, сказал ей что-то, она рассмеялась — он тоже. Они просто кайфуют. Им комфортно, знакомо друг с другом.

— Здесь есть номера. Один из них снят на целую ночь. На имя Лидии Бобренко. Знаешь такую? — раздался голос Котова над ухом.

Девичья фамилия Лиды.

Конечно, знаю.

Я достала телефон и написала ей сообщение, пожаловалась, что скучно, пригласила в бар, выпить.

Наблюдала сверху, как она достала телефон, прочитала, показала экран… Олегу. Обмен фразами… Прилетел ответ:

“Дариш, давай завтра? Сегодня я уже занята. Кое-кем”

И смайлик в виде банана без кожуры.

Пздц…

Я сделала несколько фото парочки издалека, приблизила. Лица ясны.

Обернулась к Котову.

— У Лиды номер здесь снят?

— Да.

— А у тебя?

— Люкс. Да. Изначально планировал жить в этом комплексе…

Я сама схватила Котова за галстук, потянула.

— Пошли!

***

Номер разглядеть не успела.

— Может быть, шампанского? — предложила с нервным смехом.

Но закончить фразу не успела.

Котов прижал меня к стене, впился поцелуем в рот, вынуждая замолчать.

От вкуса его поцелуя и ощущения языка во рту глаза мгновенно закатились — так приятно.

Котов рывком поднял меня под задницей и прижал к стене. Я мгновенно обвила ноги вокруг его торса.

Он требовательно двинул стринги в сторону и сунул в меня пальцы, двигая ими. Второй рукой спешно распустил ремень, дернул вниз брюки с трусами и жестко опустил меня на свой член.

— Наконец-то… — простонал он.

Глава 27

Дарина

Как глубоко и полно! Меня распирало, сжимало, выкручивало…

Из глаз покатились слезы, даже дышать было тяжело.

Котов резко хапнул воздух, выдохнул и признался:

— Довела, стерва! Едва сунул, уже хочется кончить! — зверски оскалился, резко двинул бедрами.

Вышел, крепче прижал к стене, буквально расплющивая по ней, и снова всадил в меня член. Я впилась пальцами в его шею, крикнув:

— Осторожнее, ты…

— Я же говорил, предупреждал, Дарь…. Чем больше тянешь, тем жестче выебу. Готовься… ебать буду! Даже твою высокомерную тощую задницу выебу… — пригрозил, двигаясь мощным тараном.

Я поскуливала от такого дикого и варварского вторжения.

Меня… реально пялили у стены. Пялили жестко и мощно, долбили так, как не трахали давно. И если бы не это ожесточенное выражение, будто из злости, я бы даже кайфовала, потому что любила… на грани, пожестче.

Сейчас же Котов драл меня нарочно так, будто в наказание. Пот катился по его лицу, шее, забирался крупными каплями под воротничок рубашки, между моих ног двигался, словно поршень, его член, а выражение лица было диким и жестоким…

— Предупреди, когда