Наследнички 5 - Алексей Игоревич Ильин

— Сейчас уже четыре утра, самый волчий час. Я закончу здесь уборку и пойду спать, днём не моя смена. — Ответила Юля на последний вопрос. — Но вы ничего такого не делали, господин. Ну, подрались немного, да перебрали слегка, ну так с кем не бывает. А морду нашему хозяину вовсе не вы разбили, так что он на вас не обижается. Тем более что вы помогли всё убрать, и даже мебель починилась. Только почему-то свой стол не убрали и соседний. Но это такая ерунда, — и девчонка радостно улыбнулась. — Да здесь так чисто не было с момента открытия. И посуда тоже сияет.

Я присмотрелся к столу, стоящему по соседству. Он был выскоблен до белого дерева. Это что же, я сумел применить конструкт чистоты, или как он там назывался? И сделал это, похоже, за один раз, как будто я маг крови. И как я это сделал? Я снова потёр лоб. И почему два стола остались незадействованные? Твою же мать! Нет, вот теперь я понимаю Стёпку, который так и не вспомнил, каким образом умудрился повлиять на структуру сразу нескольких материй одновременно, когда мы сыновей гор в воины посвящали.

Юля тем временем начала рассказ. Судя по всему, я действительно не сильно-то и отличился. Мы сидели с демоном и разговаривали, попивая вино. Где-то после первой бутылки демон вскочил на ноги и заорал:

— Вспомнил! Ты сын Зел… эм, Костика! И что ты здесь делаешь? Наследство своего папаши хочешь получить? — И он расплылся в широкой улыбке.

— Так, стоп, ты знала, что это демон? — я слушал, прислонив ко лбу кружку с водой. Она была такой восхитительно холодной.

— Они не скрываются. — Девушка вздохнула. — Правда, его величество, император Зелон наложил какие-то ограничения. Эти ограничения не имеют срока и действуют даже после его смерти. Они не могут здесь пакостить слишком сильно. Не сказать, что им это нравится.

— Представляю себе, — пробормотал я. — А не сказать, что ты так уж ненавидишь Зелона.

— Я его не знаю. Император погиб задолго до моего рождения. Но, не могу сказать, что его все ненавидят. Знать из Светлых — это да. А простым людям гораздо лучше стало после того, как он завоевал эту страну. Он довольно мудро правил, жаль, что недолго… — она замолчала. — Возможно, он делал это не потому, что любил нас. Да, скорее всего, ему было бы проще скормить нас демоническим лошадям, но Зелон не издал ни одного указа, сделавшего бы нашу жизнь невыносимой. И да, он наложил запрет на изменения. Лорды бесятся от этого как бы не похлеще демонов.

— Я так и думал, что он страдает нарциссизмом. Хорошо ещё, что в лёгкой степени. Но если уж Тёмный Лорд — то полное исчадье Бездны. Другое его ранимую душу не устроит, — пробормотал я, выпивая воду и тут же наполняя кружку из ведра и снова прислонив её ко лбу.

— Что вы сказали, господин? — Юля нахмурилась.

— Ничего, тебе послышалось. Продолжай.

Дальше я очень лениво посмотрел на демона и сделал замысловатый жест рукой. Стул подлетел к демону, подбил его под колени и, когда он на него упал, придвинулся к столу.

— Сядь. И не ори. Если я не безликий, то это не значит, что совсем безобидный. — Это я протянул. Только то, что я сильно растягивал слова, заставило заподозрить во мне сильное опьянение.

— С тобой совершенно невозможно разговаривать. Ты почти точная копия отца. — Пробурчал демон, но, к удивлению присутствующих, не сделал попытки тебе как-то отмстить за столь неподобающее поведение.

— О, ты ещё мою мать не знаешь, — протянул я и ухмыльнулся. — И слава богу. И вообще, модельер Щукин считает, что я красивее отца!

Никто кроме демона не понял, о чём я говорю. А мой собеседник расхохотался, но ничего не сказал. А дальше произошла драка. Драка произошла не с нами. Она возникла между наёмниками, приехавшими в город перед закрытием ворот, и стражниками, у которых закончилась смена.

— Кого я бил и за что? — хмуро спросил я. Юля хихикнула и продолжила рассказ.

Один из наёмников влетел мне головой в спину. В полёт его отправил один из стражников. Я сильно нагнулся и сильно ударился о стол, чуть не упав в миску с кашей мордой.

— Да ты совсем охренел, что ли? — пьяный-то пьяный, а двигался я как лучший боец имперского гвардейского полка. Может быть, даже, как тёмный воин. Но последних Юля даже не видела никогда, поэтому сравнила меня с гвардейцем.

Вот об этого наёмника я разбил костяшки. Напоследок схватив его за волосы, стукнул о стол и позволил стечь на пол.

— Ах ты, мальчишка, щенок! — ещё один замахнулся на меня кулаком, но я нагнулся, и кулак впечатался прямо в глаз хозяину трактира.

Самого наёмника я вырубил несколькими чёткими движениями. Демон участия в драке не принимал. Он веселился, подбадривая меня криками.

Ну а потом я всё починил и навёл порядок и упал на стол, сунув под голову сыр. Меня никто не решился будить. За что-то разбитое подозреваю, что за нос и глаз хозяина заплатил демон, сказав, что давно так не веселился. И что Орловы — те ещё перцы, которые могут встряхнуть этот замшелый мирок. Он ушёл, и все разошлись, а я так и остался спать на столе.

— А кто такие Орловы? — спросила девушка, глядя на меня уже совершенно без страха.

— Это… хм… это название моего рода, — я нашёл подходящее слово, потому что понятия «фамилия» в этом мире не существовало. — Помоги мне дойти до комнаты, мне нужно ещё немного поспать. Да, ванну-то мне налили?

— Она уже давно остыла, — махнула рукой Юля.

— Это даже хорошо, — пробормотал я, вставая и сильно наваливаясь на девушку, обхватившую меня за талию. Голова дико кружилась, и хоть я и не водник, но прохладная вода вполне может привести меня в чувство. Вот так мы и направились к лестнице. В этот момент я даже о Ромке не думал, а все мои мысли сосредоточились только на одном желании — не свалиться с этой долбаной лестницы и не свернуть себе шею.

Глава 11

Временный работник, принятый на виноградники по краткосрочному контракту, Жером Огюстен лихорадочно рылся в тайнике, пытаясь найти эти чёртовы пластины. Ему заплатил Адреас за то, чтобы он их спрятал. Но сейчас