Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

Эти слова принадлежали циньскому князю Шэнь Хуа-цзиню, зятю императора и правнуку одного из соратников основателя династии, Шэнь Хуа-юня. Двадцати лет от роду князь уже не имел себе равных в военном и поэтическом искусстве и был выбран в мужья императорской сестре. Мудрый вельможа сразу распознал в Ян Чан-цюе выдающиеся способности и понял коварство Лу Цзюня.

Лу Цзюнь затаил зло, но спорить не стал, а Ян Чан-цюй простерся перед государем.

– Ваше императорское величество, мудрые сановники, может быть, правы, говоря, что я неуч и моя победа на экзамене незаслуженна. Мне нельзя стать вашим придворным, ибо вдруг я не смогу оправдать ваших надежд. К тому же я оказался непочтительным к монарху, посмев давать советы. Мне стыдно и совестно! Прошу ваше величество вычеркнуть мое имя из списков и наказать меня за непочтительность к государю.

Ян Чан-цюю было только шестнадцать лет, его скромные слова пришлись по душе всем и самому императору.

– Хотя он молод, но уже мудр, – произнес Сын Неба.

Император наградил Яна алым халатом и поясом с нефритовыми украшениями, двумя конями, музыкальными инструментами из придворного театра, пожаловал ему звание члена императорской академии и дом в Запретном городе. Отвесив почтительнейший поклон, Ян подпоясал новый халат, сел на одного коня, на другого навьючил инструменты и поехал в свой новый дом. На улицах толпились люди, желавшие взглянуть на молодого красивого вельможу, слышались возгласы восхищения. У ворот своего дома Ян спешился и прошел в покои, в которых толпились важные гости, уже прибывшие с поздравлениями.

Вдруг раздались почтительные восклицания – пожаловал первый министр Хуан. Ян вышел ему навстречу. После приветствий гость сказал:

– Ваши таланты потрясли всех, государь наградил вас по достоинству. Мы рады видеть при дворе такого способного юношу. У меня множество заслуг перед троном, но уверен, что у вас будет их еще больше!

На следующий день Ян делал ответные посещения. Сначала он отправился к первому министру. Тот радушно принял юношу и разговаривал с ним как отец. Потом, предложив выпить по чарке вина, подсел к юноше и взял его за руку.

– Хочу сделать вам одно предложение: у меня есть дочь, хорошая пара для вас. Вы еще не женаты, так не желаете ли стать моим зятем?

Ошеломленный неожиданным предложением, Ян не сразу нашелся. «Министр Хуан – могущественный вельможа, хорошо знает жизнь и понимает, что мне будет трудно ему отказать. Но ведь Хун прочила мне в жены барышню Инь». Так подумал Ян, а вслух произнес:

– Я не вправе ответить вам, не посоветовавшись с родителями.

– Это понятно, но я хочу знать, что думаете вы сами. Прошу вас об откровенности, – сказал Хуан.

– Женитьба – важное дело, и я обязан прежде спросить отца с матерью.

Вельможа обиженно промолчал.

Не успел юноша отъехать от ворот дома первого министра, как послышались крики скороходов, извещавших прохожих о приближении экипажа знатного сановника Лу Цзюня. Увидев Яна, тот велел придержать лошадей.

– А я разыскиваю вас, – что за удача! Мой дом отсюда неподалеку, не согласитесь ли зайти ко мне? – воскликнул хитрый вельможа.

Ян без большого желания последовал за ним. Проведя гостя в свои покои, Лу Цзюнь начал с извинений:

– Во дворце я дурно отозвался о вашем сочинении, но теперь понял, что был не прав. Вы уж не обижайтесь на старика – всякое бывает!

Ян пожал плечами.

– Разве достойно молодым обижаться на старших?

– Есть старинный обычай: после успеха на экзамене обзаводиться женой. Я слышал, что вы холосты, верно? – с улыбкой сказал Лу Цзюнь.

– Да.

– А у меня есть сестра, очень милая и добрая женщина. Она стала бы вам хорошей супругой.

– Это уж как скажут мои родители, сам в таких делах я не волен. Как будто они уже подыскали мне невесту.

Лу Цзюнь понял, что говорить о женитьбе нет смысла, и беседа прервалась. Он был раздосадован: сначала ему не удалось опорочить Яна перед императором, теперь, когда он задумал прибрать молодого академика к рукам, женив на своей сестре, сорвалось и это. Расставанье было холодным.

У себя дома Ян задумался: «Лу и Хуан желают породниться со мною. Если не сделать решительного шага, они сумеют окрутить меня. Нужно немедля повидать военного министра Иня и выведать его намерения относительно дочери, а потом навестить родителей и заодно получить их согласие на брак с барышней Инь».

Он тут же отправился к военному министру. Тот принял его радушно и, приветливо улыбаясь, спросил:

– А вы меня помните?

– Как я могу забыть вас, если в Павильоне Умиротворенных Волн вы были так благожелательны к моим стихам?

– Ваше лицо сияет, как полная молодая луна. Похоже, вы собрались жениться! Откройте тайну – на ком? – с веселым смехом произнес министр.

– Я не богат, не родовит, где уж мне жениться! – потупился Ян.

После недолгого молчания министр сказал:

– Вы ведь давно не видели отца с матерью. Когда к ним собираетесь?

– Как только Сын Неба даст разрешение, поеду сразу.

– А вы попросите государя об этом, – посоветовал министр Инь.

Ян, не откладывая, направился во дворец и подал прошение об отпуске. Император вызвал его к себе и сказал:

– Мы только что взяли вас на службу, и нам прискорбно расставаться с вами. Но родители ваши нуждаются в сыновней заботе, придется отпустить вас. Навестите их и через месяц-другой возвращайтесь ко двору. Такова наша воля.

Рано утром следующего дня проститься с Яном заехали и министр Инь, и вельможный Хуан. Оба пробыли недолго и, пожелав Яну благополучия в дороге, стали раскланиваться. Военный министр перед самым уходом шепнул юноше:

– Поговорить по душам так и не удалось. Когда вернетесь, тогда все и обсудим.

Уложившись, Ян велел мальчику-слуге подавать экипаж. Скоро столица осталась позади, но и за ее пределами Ян повсюду слышал:

– Смотрите на него – совсем недавно был бедняком, а сегодня стал важным придворным. Вот что значит судьба!

Ян торопился. Через десять дней путешественники очутились у развилки дорог, одна из которых вела в Сучжоу, другая – в Ханчжоу. Слуга говорит:

– Если ехать через Ханчжоу, дадим крюку пятьдесят ли.

Ян подумал немного и сказал:

– По пути в столицу я останавливался в Ханчжоу. Не годится забывать прошлое, едем туда!

Повернули к Ханчжоу. Чем ближе к городу, тем красивее окрестности, тем приятнее в обращении люди. Вот заблестела водная гладь. На берегу реки, чистой, словно озеро Сиху, высится красивый павильон. Ну конечно, это Ласточка и Цапля. Как и тогда,