Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

Госпожа Сюй продолжает:

– Вы сказали, что пришли сватать – за кого же?

Старушка помолчала немного и говорит:

– Ныне свахи много врут, а я отродясь этого не умею. Вот вам чистая правда: у военного министра Иня есть дочка, и он хочет отдать ее за богатого и знатного человека. Мать барышни меня послала, но не велела открывать, что я от Иней. А я думаю так: женитьба – дело полюбовное, молодым самим свое счастье устраивать.

Я кормилица госпожи Шао, а эта девушка, звать ее Лянь Юй, она служанка нашей барышни. А барышня у нас добрая, красивая, образованная. И в женском рукоделии равных ей нету. В сравнении с нею и Мэн Гуан, и жена Чжугэ Ляна – образины черномазые. Если после свадьбы отыщете в невесте хоть какой изъян, сажайте меня в тюрьму!

Отец и мать Яна изрядно посмеялись. Потом госпожа Сюй говорит:

– А вы настоящая сваха. Но только мы и бедны и незнатны против министра Иня. Сладится ли свадьба?

Кормилица в ответ:

– Главное, чтобы родители молодых были добрые, жених и невеста пригожие. Я вас увидела и теперь знаю, что у нашей барышни будут добрые свекор и свекровь. Чего еще-то надо?

Госпожа Сюй поднесла старушке бокал с вином.

– После свадьбы три бокала вам выпить!

Растроганная старушка поклонилась. Тут вышел Ян Чан-цюй и увидел Лянь Юй.

– С каким делом к нам?

Лянь Юй потупилась, а мать шепотом рассказала сыну обо всем. Ян слушал и довольно улыбался.

Когда кормилица вернулась домой, то рассказала госпоже Шао:

– Обычная сваха попусту ходит да ходит, без толку болтает да болтает, а дело ни с места. А я вот один раз побывала в доме жениха – и, любо-дорого, все уладила!

Лянь Юй, улыбаясь, пересказала то, что было у Яна в доме.

Старушка слушала и головой кивала:

– А зачем мне врать, барышне нашей вредить?

Появилась невеста. Старушка взяла ее за руки и говорит:

– Все хорошо, милая, будешь счастлива.

– Что ты такое болтаешь? – удивилась та и отняла руки.

– Ладно, пусть болтаю, – обиделась кормилица. – Зато когда вы с Яном и с детками проживете до старости в счастье и благополучии, тогда ты мне за эту болтовню спасибо еще скажешь!

Девушка смутилась, а старушка остановиться не может.

– Видела я твоего академика Яна: глаза у него широкие, лицо красивое, – пылкий, видно, мужчина! И про мать его скажу: добрая, без норову женщина, хорошей свекровью тебе станет!

– А вы, бабуся, говорили, помнится, что глазами слабы. Как же вы все это разглядели? – давясь от смеха, спросила Лянь Юй.

Старушка обиженно покосилась на служанку и продолжала:

– А еще вот что запомни: твой академик больно ласково поглядывал на эту ветреницу, – ты ее подальше от него держи, верней будет!

Невеста улыбнулась и ушла к себе.

На другой день министр Инь посетил Янов и после взаимных приветствий сказал:

– Я слышал о вашей семье много лестного, но дела мешали познакомиться с вами лично. Теперь знакомство наконец состоялось, – я очень рад.

Старый Ян в ответ:

– Для меня, жителя глухих мест, высокая честь – знакомство с вами. Ведь я очутился в столице только благодаря милости Неба – оно споспешествовало моему сыну. Сам я по здоровью вынужден отказаться от государевой службы. Однако сын мой часто бывает у его императорского величества на приемах. Не посоветуете ли, как ему себя держать, чтобы не лишиться благосклонности государя?

– Член императорской академии Ян – надежда страны. Обласкан государем, его уважают при дворе. Я же всего-навсего обычный министр, чиновник, – мне ли поучать ученого?

Старому Яну пришлась по душе скромность гостя, а тому в свой черед понравились любезность и прямодушие хозяина. Оба тотчас расположились друг к другу.

– Ваш сын – достойный мужчина, и он вполне созрел для супружества. У меня же есть дочь. Пусть она не так образованна и не имеет таких благородных манер, как ваш сын, но знает место женщины и в семье и на людях, согласна послушать родителей в делах замужества. Предлагаю свою дочь в жены вашему сыну, – что вы на это ответите? – произнес министр.

Старый Ян почтительно запахнул поплотнее халат.

– Глупому юнцу из небогатого рода вы предлагаете такую девушку! О чем тут говорить – это для всех нас счастье! Сын мой и вправду уже взрослый, шестнадцать лет исполнилось, должность хорошую получил. Пора ему остепениться. Давайте выберем благоприятный день для свадьбы!

Старый Ян и министр Инь, исполненные самых лучших и добрых чувств один к другому, начали тонкую и приятную беседу. И тут доложили, что прибыл сановный Хуан. Министр Инь откланялся, а хозяин вышел встретить вельможу. Поздоровавшись, тот сразу приступил к делу.

– Я уже говорил с вашим сыном о женитьбе на моей дочери и слышал его ответ. Но решил побеседовать все-таки с вами. К счастью, вы наконец прибыли в столицу. Род мой хоть и не очень знатен, зато не очень беден; дочь моя хоть не достигла высот в образовании и женских искусствах, зато не дурнушка и знает весь придворный этикет. Значит, будет хорошей парой вашему сыну. Мне кажется, все ясно. Не станем попусту тратить время на разговоры – когда сыграем свадьбу?

Старый Ян был человек скромный и деликатный, его покоробило от бесцеремонной чванливости гостя. И к тому же он успел дать слово министру Иню. Поэтому ответил уважительно, но вместе с тем твердо:

– Благодарю ваше превосходительство за лестное для нашей семьи предложение, однако должен сообщить вам, что мы уже дали согласие на брак нашего сына с дочерью господина военного министра Иня. Вы запоздали.

– Как это запоздал, – возмутился вельможа, – если я уже договорился с вашим сыном?

– Мой негодник ничего не сказал мне об этом, – взволнованным голосом произнес старый Ян. – Видно, он сам решил за родителей. Значит, я плохо его воспитал. Раскаиваюсь, но это – моя вина.

Сановник холодно усмехнулся.

– Вы ошибаетесь, ибо отец и сын – одна плоть, и они должны мыслить одинаково. Воспитанные и образованные люди обязаны держать данное слово во всех случаях жизни. Я возмущен донельзя! Имейте в виду: моя дочь состарится, но я не выдам ее ни за кого другого, кроме вашего сына.

Сказав так, он повернулся и ушел. Старый Ян хоть и посмеивался про себя над неудачливым сватом, но на душе у него стало неспокойно.

А министр Инь, вернувшись домой, сообщил жене о согласии семьи Янов на брак с их дочерью. И вот точно в