Грани души - Алина Дин

— Как ей после химии-то? Лучше не стало?

Год назад у Лизиной мамы обнаружили рак. Девушка хотела перевезти её к себе в Уфу, но та наотрез отказалась покидать насиженное годами место.

Её родители познакомились в Новосибирске, когда оба оказались там по распределению ещё во времена Советского Союза. Родственников в городе не было. Однажды папа уехал в командировку, и так и не вернулся. Гордые женщины не стали возвращать блудного мужчину.

После школы Лиза поступила в Уфимский университет. Помогла двоюродная тетя. Лизина мама была родом из Башкирии. После окончания учёбы Лиза долго моталась в поисках работы, а когда наконец-таки её взяли в аэропорт, мама строго-настрого приказала держаться за работу, строить карьеру, не сворачивая с намеченного пути.

— Когда у тебя рейс домой? — поинтересовалась Таня.

— 31-го, последний. Представляешь?

— А я подумала, что шеф упросил выйти в Новый год. Ты ж у нас безотказная.

— Та-а-ань… Пусть сам выходит, — обиженно парировала Лиза.

— А он как раз таки и выходит. Не знала? Наш Вадим — праздниконенавистник.

Лиза вспомнила ёлку на его столе, а подле неё фото в рамке. Маленькая копия шефа. Только у того мальчишки лицо светилось улыбкой и глаза блестели, не то что у отца — тусклые, бесцветные. Бедный ребёнок. Все праздники без папы. Внезапно её накрыло знакомое щемящее чувство.

Лиза, будучи свободной, ответственной девушкой, часто выходила в чужие смены и при возможности бралась за дополнительную работу. Праздничные дни, к примеру, вдвойне оплачивались. А в деньгах они с мамой сейчас как никогда нуждались. Мама, педагог с большим стажем, уже была на пенсии. Да и с болезнью с этой… Лизу душила безысходность. Странное ощущение накрывало её — впервые этот кусок жизненной ленты хотелось поставить на паузу…

Лиза семенила по коридору и вдруг услышала окрик сзади.

— Девушка, помогите, ради Бога, пожалуйста!

Мужчина с портфелем в руках с диким ужасом в глазах пытался догнать её. Из-под мышки торчала голова плюшевого медведя в целлофане. Капельки пота проступали на висках сквозь шапку, надетую наискосок.

— Да, чем могу вам помочь? — вежливо и строго спросила Лиза.

— Мне срочно в Новосибирск надо. Опоздал на рейс. Приехал по работе — задержали, а там у меня жена рожает, представляете?!

Лиза участливо, но сдержанно улыбнулась.

— Прямо под Новый год. Преждевременно. Как можно достать билет? Все раскуплено. И с пересадками рассматривал. Нет ничего… — пыхтя, пытался он удержать её внимание. — Я сам, лично должен жену встретить, понимаете? У неё там никакой помощи.

— К сожалению, ничем не могу помочь, — оправдываясь, ответила Лиза. — Обращайтесь в кассу.

— Девушка… — его голос замедлился. — У вас глаза такие… добрые…

Лиза взглянула на мужчину. Это был не комплимент. Скорее, тихий крик о помощи. Или даже мысли вслух… Неважно. Она знала, что у неё глаза добрые. Ей об этом с детства говорили. На неё и собаки не лаяли, и дети чужие к ней тянулись. «Ну и что с того, что добрые», — подумала Лиза.

Взгляд её соскользнул на стиснутую голову медведя.

— Вы сейчас его помнёте. Деформируете, — сказала она и вспомнила своего потрёпанного временем игрушечного зайца.

Растерянный мужчина, опомнившись, перехватил медведя в другую руку.

Просканировав незнакомца отрешённым взглядом, она неожиданно для себя произнесла:

— У меня есть билет. В Новосибирск. Сейчас мы переоформим его на вас.

— Какой билет? — растерялся мужчина.

— Пройдите за мной.

— Как же так, дочь?

— Мам, не волнуйся. Ёлку тебе заказала, завтра доставят. Соседка, тётя Марина, обещала помочь нарядить.

Лиза стойко сдерживала накатывающие слёзы.

— Еду тоже закажу. Чего ты желаешь? Оливье, селёдку под шубой? Мам, всё доставят.

— Лизонька, да что, думаешь, картошку с морковкой не отварю, не покрошу, что ли? Мне бы тебя увидеть, родная. Как ты сама-то там справлять будешь?

— Не переживай. У нас предновогодний корпоратив, и потом ещё банный девичник намечается. А так работы много, мам. Приеду седьмого, на Рождество, жди. Мы с тобой ещё наобнимаемся вдоволь.

Тут же она представила их объятья, запах дома, колющиеся ей в шею прядки маминых волос и сухие, потрескавшиеся худущие руки мамы. Быстро распрощавшись, она положила трубку и, уронив лицо на рукава пиджака, разрыдалась.

Новый год они встречали с мамой по видеосвязи. Пытались найти в случившихся обстоятельствах свои прелести: чокались бокалами через экран телефона, показывали друг другу салюты из своих окон и даже синхронно подтанцовывали вместе с артистами из телевизора. Показывая ёлку, Лиза похвасталась новой новогодней игрушкой.

— Вот, видишь: свято место пусто не бывает. Презент из рук самого начальника. Так что можешь поздравить меня с почином — обещают повышение.

— Умничка моя, — благодарно произнесла мама. Как часто Лиза слышала от неё эти ободряющие слова.

Из-за напряжённого новогоднего трафика связь постоянно перебивалась, пока изображение лица мамы и вовсе не застыло на экране. Лиза что-то ещё вдогонку говорила, надеясь, что мама хотя бы слышит. Поняв, что наладить связь не удастся, Лиза пожелала маме спокойной ночи, взяла в руки пульт и ещё минут пять посидела, бесцельно переключая ТВ-каналы.

Когда она уже укладывалась спать, бойко затрезвонил телефон. Подбежав к нему, она увидела высветившийся незнакомый номер.

— Алло.

— Лиза Решетникова?

— Да.

— Здравствуйте. Это Анатолий. Корпухин. Вы не помните меня? — дребезжал радостный голос. — Это пассажир, которого вы выручили с билетом под Новый год. Дочка у меня родилась! Представляете?!

— Лиза, спасибо вам огромное, — в телефоне послышался благодарный женский голос.

— С Новым годом вас, Лиза! Поздравляем! — перехватил мужчина.

— И вас тоже с праздником! — улыбнулась Лиза, представив картину семейной идиллии. — И с новым счастьем!

— Будете в Новосибирске, заезжайте в гости!

— Обязательно! Лиза, ждём вас! — добавила супруга Анатолия.

В ту ночь ей не спалось. Небо разрывалось салютами, счастливые соседи сменяли зажигательные танцы на пение под караоке. Нащупав в темноте телефон, она передвинулась к нему и набрала номер диспетчера её службы.

— Я могу выйти на работу уже завтра, если в этом есть необходимость, — сообщила она.

Ей хотелось побыстрее заполнить этот новогодний вакуум.

Лиза мерила шагами непривычно пустой зал ожидания, но на самом деле картина происходящего была вполне обычной для первого дня в календаре. Завтра грянет поток пассажиров-туристов. Людям нужно отойти от застолья. Взгляд её отстранённо блуждал по огромным панорамным окнам, в которых уже сгущались сумерки.

Она не заметила проходящего рядом Вадима Игоревича. Он остановился, кивнув в её сторону, и сказал:

— Решетникова, вы, судя по всему, услышали мои пожелания и активно принялись